Форум » Излучинск » Казармы » Ответить

Казармы

hapkom: Через плац от офицерского городка распологались казармы - большое одноэтажное здание серого цвета, прямоугольная коробка. Внутри два больших помещения, где до этого и размешался личный состав военной части, одно из помещений отапливается и свежими кирпичными перегородками поделено на несколько отдельных "комнат" с общим коридором. В соседнем помещении была повреждена система отопления, и его оставили как склад - там потихоньку ржавеют двухъярусные кровати, горой валяются сломанные тумбочки и содержится прочий хлам. Один из двух общих санузлов восстановлен, второй также не работает . То есть всё здание имеет "мёртвую" и "жилую" половины, разделяемые коридором. Жилые комнаты максимльно утеплены, однако построены без особых излишеств - казарма никогда не нуждалась в каких-то дополнительных удобствах.

Ответов - 44, стр: 1 2 3 All

Nailbuster: - Герр Рен, судя по всему, решил начать сольную карьеру, - вздохнув, фюрер присел на кровать рядом с Мэш. - Он пришёл вчера ко мне и объявил, что будет отныне мешать нам завоевать мир. Представляете себе, каков наглец? - Нэйл возмущённо фыркнул. - С ним пришёл какой-то наёмник... Чёрт бы побрал этих наёмников! Одного Эзергиля нам, что-ли, было мало?.. Они-то и прикончили Штаб, больше некому. Про существование Мику фюрер решил пока бойцам не говорить. Иначе бы пришлось рассказывать про сломанный примус и вылитый на голову чай, а время для таких откровений ещё не пришло. - В общем, как вы видите, у нас возникли серьёзные проблемы, - он развёл руками. - И решить их, кроме как с помощью ответного насилия, мне не представляется возможным. Стало быть, нам предстоит драться с ними. А у нас и время, и силы на счету. Герр Доусон, кажется, предлагает вариант отступления? - он обернулся в сторону Зеда и скептически усмехнулся. - И, кажется, туда, где нас с распростёртыми объятьями ждут карательные отряды людей? Чёрта с два, - процедил он, вставая. - Ни в какое Глазго мы не поедем, нам после Империи там больше не рады. Мы останемся здесь, - он благодарно посмотрел на Мэш и улыбнулся. - Наши враги только того и ждут, что мы оставим город, в который нас привела сама судьба.

Z: -Да класть я на вашу "Судьбу" хотел, я - шотландец. Я, конечно, понимаю, что нас в Глазго ждут далеко не все, но тут нас ждёт уж верный трындец от холода и голода, причем это - если нас не разорвут в кровавое мясо какие-нибудь гомосексуалисты в суперменских трико! - Джек окончательно забил на субординацию и всякое уважение к коллегам. Того требовали хотя бы банальные вопросы сохранения собственной жизни. - Товарищ фюрер! Вы-то в курсе, что вчера вечером не в меру прыгучий охранник нашего Ну да, да, пускай даже "нашего" штаба оказался крысой и именно ИЗ-ЗА НЕГО мы оказались без танка? Это уже пахло откровенным нытьём, но Z и правда хотел только одного - оказаться хоть у чёрта на рогах хоть на задворках Адис-Абебы. Где угодно, когда угодно, но не в этой чёртовой Сибири. Джек вскочил с кровати, в которой вследствие отсутствия вменяемого отопления и постельного белья спал прямо в одежде, и всем своим видом показал крайнее недовольство происходящим. Короче говоря - взбесился. Они все - придурки конченые, что ли? Вся ваша Россия - болото! А ещё он хотел взять и (нет, не обнять) всех присутствующих в данном помещении. -Да как вы не понимаете очевидных вещей?! Мы тут сдохнем, как собаки и о нас никто не вспомнит!! - Глаза выпучены, неконтролируемое слюноотделение запачкало очки и лицо Нэйла. Не, я так не могу! Ещё слово про "остаться в этом филиале Сайлент Хилла" - и я даю им в морду. С ноги.

iguana: - Рен? Но почему? Конечно он никогда не отличался особой исполнительностью и не разделял идей КаэМа, но вот так толкать организацию когда она и так уже на грани падения - это черезчур. - новость ксенологу совсем не понравилась, и даже не до конца понятно какая ее часть была худшей, - сама проблема или единственный метод ее решения, который видел Нейл. - Неужели он простой агент, или что-то произошло плохое, что так сильно разозлило его? - слишком много вопросов, в какой-то мере девочке было даже неудобно выливать на Нейла всю волну своего любопытства, но другой возможности привести в порядок хаос в голове не представлялось возможным. Она опустила взгляд на пыльный пол, на свои босые ноги и обернувшийся вокруг них хвост. Почему-то он всегда закручивался, когда она испытывала нервное напряжение и страх перед неизвестным. Внимание отвлек паникующий Джек, не в меру разбуянившийся в присутствии фюрера. Его слова вдруг обрели свой смысл в сознании лаборанта: - Охранник? Штаба? - единственный, кто в коалиции был склонен выполнять роль охранника начальства - это Невструев. Мировоззрение Мэш омрачила еще одна пугающая догадка. Череда совпадений, смешивающихся буквально прямо при ней, рисовали самую грустную картину, которую только могла себе представлять Мэш долгими северными ночами в обнимку с отпрысками Балто. - Нет, Кандид точно не мог... - унтер поймала себя на мысли, что уже достигла стадии отрицания на пути к неизбежному смирению. Сколько еще потрясений ей предстоит пережить прежде чем она поймет кто сейчас враг, а кто друг и кому верить в КаэМе, который она наивно считала семьей? Естественно где-то в глубине сознания притаилась надежда, что все это просто стечение совпадений и глупых случайностей и что если и есть проблема, то она ограничивается куда меньшими объемами, чем уже нафантазировала себе Мэш. - Послушайте. - взяла она наконец себя в руки и спокойным голосом обратилась к Джеку. - Конечно вы можете уехать из города. Возможно это даже как дезертирство не будет рассматриваться, поскольку военное положение никто не объявлял. Но сейчас у вас есть возможность доказать коалиции свою пригодность или наоборот заставить в вас разочароваться. - ксеновед сама с трудом верила в правильность своих слов. Она не имела права ставить новобранца перед таким выбором, но сейчас ей нужна была поддержка, хотя бы немного. Девочка тихо вздохнула и закрыла рукой глаза. То, что коалиция запаршивила стало наконец очевидным даже ей.

Nailbuster: "Теперь ещё и Кандид..." - подумал Нэйл и тихо покачал головой. - "Час от часу не легче!" Вокруг КМ, вокруг него самого будто сгущалась вязкая ледяная мгла, в которой таяли, растворяясь бесследно, его бойцы - те, что были нужны ему сейчас как никогда. Организация таяла на глазах - если старлею Невструеву доверять теперь нельзя, то кроме Наркома, в Излучинске больше не было ударной силы, что могла бы противостоять Рену и остальным. То, что это чья угодно война, но только не Кандида, было ясно уже давно. Но лишь теперь ситуация начинала усложняться всерьёз. - Кандид мог, - обратился Нэйл к ксеноведу. - Как ни грустно это признавать, но на него теперь рассчитывать и вправду не приходится. Как и на многих других - вся опасность выходки Рена до них ещё не дошла, и своим врагом они его не считают. Воля их, конечно, но он обещал помешать нам захватить мир, - фюрер поднялся с кровати и, заложив руки за спину, отошёл к окну. Дело принимает всё более плохой оборот, думал он. Если Невструев дошёл до того, что начал портить имущество Коалиции, в этом городе вряд ли имело смысл оставаться с теми силами, что остались в наличии. Джек этот в таком случае прав. - Похоже, мы действительно должны уехать, - решил фюрер после нескольких минут нелёгких раздумий. Он вновь приблизился к Мэш и, склонившись над ней, положил руку ей на плечо. - Вы останетесь здесь - о вашем прибытии враги пока, возможно, не знают. Будете приглядывать за теми, кого мы с герром Доусоном с собой не возьмём - за Наркомом, Кандидом и остальными. Может статься, пока нас не будет, что-то и изменится. А мы тем временем поищем на большой земле какое-нибудь средство, чтобы изменить положение дел в нашу пользу. Может быть, отыщем герра Нолана или фройляйн Кармиллу - они пропали без вести, когда Империи пришёл конец. Если они будут с нами, нам уже ничто не будет угрожать. Мы постараемся обернуться за пару недель. А вы, моя дорогая, будете здесь моими глазами и ушами. Капитану я доверять тоже не очень склонен, особенно в свете последних событий... Выпрямившись, он решительно взглянул на Зеда: - Как поедем, камрад?

Z: Выражение лица Нэйла вполне можно было принять за страх перед карающим ботинком, подпиравшим тысячи скейтов. Но разве что издалека. В темноте, прищурившись. А если приглядеться повнимательнее, в его глазах читалась сейчас вся история Коалиции Максов, от начала и до трагического конца, коий должен по всем правилам вот-вот наступить. Разумеется, боевой пыл Z немножечко так поугас. Жалко толстого! Черти, а этой самой Коалиции тут и правда хреново, если фюрер настолько расстроен. -Итак, майн фюрер, мы по большему счету втроём? - спросил у фюрера Джек, когда оный самый пыл поугасал-поугасал и угас окончательно. - И надеяться тут не на что и ловить тоже нечего. Понятно. Всё было тем не менее действительно понятно. Если этот мифический "Капитан" ещё где-то как-то существовал, желательно живым - Мэш и правда лучше было оставить. Она по крайней мере знала, как оный выглядит. А командование (к коему Джек себя причислил просто потому что больше никого кроме фюрера не было) пойдёт искать ещё чего-нибудь или кого-нибудь. Ограбим банк или устроим фюрера воспитателем в детском саду - ему пойдёт. Главное - свалить. Джек пошарил в стоявшей возле шконаря спортивной сумке и достал оттуда заботливо уложенный в отдельную папочку лист. На листе был размашистый автограф. Посмотрев на него, Джек чуть не прослезился, после чего протянул его лаборантке. -Мэш, это тебе. Храни. Это - моё самое большое сокровище, автограф Бэма Марджеры! - После изречения сией пафосной тирады Зед таки прослезился. Уж больно хорошо они вчера тиранозавра обсуждали. Да и вообще. А тут ещё неизвестно, увидятся ли они ещё. -Пойдёмте, майн фюрер. Тут сейчас только железной дорогой и выйти.

iguana: Девочка с пониманием выслушала фюрера и хотя она и понимала, что он предлагает оптимальный план действий, ее совсем не привлекала перспектива оставаться здесь одной. На секунду в голове унтера промелькнула язвительная мысль о том, что ее оставляют просто на произвол судьбы, разъяренного полудемона и спятившего вампира. Впрочем это волновало Мэш в меньшей степени. Предательство Рена и старлея стало для нее куда большим потрясением, причем это только то, что успело открыться ей этим чудным морозным утром, а сколько еще предстоит узнать.. В воображении моментально возник образ КаэМа, раскалывающегося на две части, и Мэш почувствовала себя простым ребенком, которому только что сообщили, что ее родители разводятся, а любимая канарейка умерла и придется хоронить ее на заднем дворе самой. - Хорошо, я постараюсь сделать все, что в моих силах. - а в ее силах, впрочем, было не так уж много. Без Мордашкина и без какой-либо полезной информации она была не полезнее любого мирного жителя Излучинска. Где искать капитана, старлея и тем более Рена она не знала, но острую необходимость поговорить с кем-нибудь из них все же ощущала. - Это.. Чей-то автограф? Хм, спасибо что доверили мне его. - Мэш не знала насколько в данной ситуации было разумным оставлять ценный листочек бумаги ребенку, остающемуся в городе, где каждый день что-нибудь взрывается и по улицам ходят полудемоны и вампиры. - Возвращайтесь скорее и с помощью. - напутственно произнесла она наконец.

Nailbuster: Нэйл наблюдал за сценой прощания коллег, сложив за спиной руки и нахмурившись. Конечно же, покидать город ему не хотелось, но другого выхода просто не было - если срочно не найти какое-нибудь лютое средство, что усилит наступательный потенциал КМ, о порабощении мира можно только мечтать. Да и просто о спокойной жизни тоже. Конечно же, в Излучинске такого средства быть не могло, разве что Зед построит вокруг Казарм пару десятков стационарных снежкомётов или криогенный убер-замораживатель, опять-таки работающий на энергии холода. Холод, холод, холод... Почему солнечные батареи есть, а ледяных до сих пор не изобрели?! - Значит, отправимся на вокзал, - решил вождь, дождавшись, когда Джек закончит торжественную церемонию передачи автографа Мэш. - Поезда тут останавливаются нечасто, так что возьмём дрезину. Она на ручной тяге, поэтому придётся хорошенько попотеть, прежде чем выберемся хоть куда-нибудь. Ну да это ничего, заодно и согреемся по дороге. Еду и... горячительные снадобья какие-нибудь вы, я надеюсь, собрали? - он решительно посмотрел на бойцов и выпрямился. - Мы вернёмся скорее, чем вы думаете, Мэш, - он пожал девушке руку и, не оборачиваясь, направился к выходу.

Z: -Мой фюрер, не лучше ли сходить к станции? Расписание НОРМАЛЬНОГО поезда узнаем, а то я как-то не горю желанием гонять на дрезине в минус сорок с риском быть сбитым комфортабельного поезда, которого на станции, как окажется впоследствии, ждать часа два-три. До Джека начало доходить, какое отношение он в общем-то имел к Коалиции Максов. Никакого, абсолютно. Его ждали дом, друзья, пара потенциальных любовей всей жизни и все-превсе рампы столицы Королевства Шотландия! Мой фюрер, вашу же мать-то. Чё я вообще тут забыл? Приеду домой - не то что курить, я даже кофе пить перестану! Джеку происходящее казалось дурным сном. Сном, от которого вот-вот проснёшься. Он уже ощущал лучи утреннего солнца на своих закрытых веках. Уехать - и забыть. А фюрер? А что фюрер? Террорист, всего лишь. А Мэш? Жалко как-то. Хорошая девочка. Подружиться успели. Тираннозавр, лол! Единственное, что огорчало Z, стояло и смотрело на него и на Нэйла с лицом уличного котёнка под дождём. Она умрёт тут, это очевидно. Какая подмога? Кому они вообще сдались? Да никому. Джеку, например, не сдались точно. В конце концов на того и гляди заревущую Мэш можно было просто не смотреть, повернуться и пойти своей дорогой в сторону станции. А если она таки заревёт - всегда есть плеер. Он тут же был достан из рюкзака, вкючен на рандом и одно из ушей было воодружено на своё законное место. Ведь некоторое время Z необходимо было притворяться, что он действительно предан делу Великого И Ужасного КМа. Вы, ребят, идите в жопу, а я - домой. Рюзак за плечами, спортивная сумка одета, можно было идти прочь из этого проклятого всеми богами места. -Пойдёмте, майн фюрер! ЖД-станция "Излучинск-2"

iguana: Проводив фюрера и курсанта все тем же взглядом уличного котенка и дождавшись пока они скроются в коридоре, Мэш еще раз осмотрелась, но на этот раз в поисках своей формы. Та предусмотрительно подогревалась на батарее. Рядышком подсыхали перчатки, шапка и сапоги. После того, как экипировка была оперативно надета, унтер стала решать куда ей отправиться в первую очередь. Вполне естественным образом возник вопрос - а какие, собственно, места еще есть в Излучинске? Видела она только штаб и казармы, и еще лес за окном который. И уж тем более она не могла знать в каких местах сейчас дислоцируются остальные каэмовцы и.. экскаэмовцы. Не имея в арсенале ничего, кроме чистейшей интуиции, Мэш подхватила свой незабвенный потертый ранец, хранящий немного провизии и предметов первой необходимости, завязала ушанку поплотнее, натянула перчатки и помчалась по коридору на встречу открытиям. Сейчас для нее первостепенной задачей было собрать более или менее целостную картину мира и по-возможности донести ее до остальных. Выяснить все ответы на вопросы, возникшие за последние двадцать минут и начинающиеся словом "почему." В целом страха оказаться посреди незнакомого, потенциально опасного города не было, но было бы обидно поймать пулю сразу после шага за порог. Лаборант чувствовала лишь неописуемое волнение и трепет перед неизвестностью, перед необходимостью взглянуть на то лицо коалиции, которого она раньше никогда не видела и даже боялась себе представить. "Все будет хорошо" - успокаивала она сама себя, но интуиция была с этим утверждением не согласна. Штаб-квартира (продолжение)---->

RK-201: Крыши как-то неожиданно закончились, но по всем расчётам последнего прыжка должно было хватить на то, чтобы долететь до верхушки ближайшего дерева и продолжить путь уже с него. Стартовав с разрушенного Дома офицеров, Кандид несколько изменил траекторию движения, в результате чего ни разу не попал в глубокий снег, мягкой подушкой гасящий скорость. Он перескакивал с крыши на крышу одноэтажных построек, гаражей, да и просто обломков жилых домов. Силы механических мышц и подключившейся гидравлики вполне хватало на то, чтобы пролететь метров сто, а с разбегом и постоянно увеличивающимся темпом - все сто пятьдесят. Вот, впереди показалась последняя, изумительно ровная и длинная, покрытая к тому же нескользящим рубероидом. Приблизившись, Невструев сразу же опознал под этой крышей казармы коалиции. Трудно было не опознать, ведь к ним вели танковые следы, а сам танк или то, что от него осталось, дымился тут же, рядышком, матово блестя уже присыпанными снегом внутренностями. В голове переключилось несколько связей, отвечающих за имитацию чувств. Ромеро взгрустнулось, он так и не узнал, на чём работала эта машина. Времени, однако, совсем не оставалось. Перед приземлением Кандид привычно выгнулся вперёд, отведя руки и приготовившись с силой оттолкнуться для следующего прыжка... но ноги, едва коснувшись поверхности, провалились сквозь рубероид. Доли секунды хватило на то, чтобы понять: кто-то из владельцев этого здания, дабы не тратиться, просто постелил его поверх внушительных размеров провала в потолке. Его, этот провал, Невструев и увидел, когда всем своим немалым весом рухнул вниз, разломав тем самым какую-то насквозь ржавую двухэтажную койку и вызвав падение на себя ещё восьми таких же. Обессиленно опустив голову, Кандид запустил проверку целостности и работоспособности механизмов. Очень не хотелось, выбираясь наружу из-под груды металлолома, вывихнуть из сустава руку или ногу.

MAGI: Софья слишком сильно привыкла к своему существованию бестелесным призраком и ограниченному питанию от вышки. Она давно поняла, что пока её сестры не вернут свои тела обратно, они не смогут относиться к ней, как она того бы хотела. Хотя, кто знает, может она и не заслужила этого, после всех её преступлений. Все датчики на теле робота словно сошли с ума, радиоприёмник запутался в сигналах, сенсоры перевернули весь мир вверх ногами. Вся электронная начинка пришла в неистовство, когда старшая из сестёр вошла в комнату общежития, осторожно переступая своими невидимыми ногами через ржавые обломки кроватей. Она могла бы пролететь сквозь стену, но предпочитала идти обычным путём, а точнее, имитировать ходьбу. Эта мелочь помогала ей хоть ненадолго забывать о своей истинной природе, и сильнее надеяться на то, что однажды этот кошмар кончится, действительно кончится. Одним касанием девушка прекратила все сбои в работе РК, а её ладонь медленно проявилась, за ней тонкое запястье, а потом, подпитываемая неисчерпаемыми ресурсами робота, она появилась перед ним целиком, чуть покачиваясь от неожиданных ощущений. Нет, не из-за того, что она вновь обрела видимость и некое подобие плотности. Девушка только сейчас в полной мере осознала, что РК-201 был сотворён ею, пусть и условно, но мог считаться её сыном. Раньше собственное одиночество слишком сильно давило на неё, чтобы обращать внимание на то, что она дарит жизнь другим, подобным ей синтетическим существам - материнские чувства проявлялись обычно у одной лишь Лилит. А сейчас, пожалуй, это было волшебством. Девушка смущённо улыбнулась, и, подняв взгляд на Кандида, сказала: - Ну, здравствуй.

RK-201: Вместо различимых данных о целостности РК получил что-то безумное. Он чувствовал, как радиоволны плясали, в своём неистовом танце пронзая тело насквозь и выкручивая его в невозможную в трёхмерном мире спираль, противоречив самим себе. Значит, добрались и до вестибулярного аппарата, защищённого отовсюду и экранированного, способного выдержать даже электромагнитную волну ядерного взрыва. Своё состояние Кандид не мог оценить ни по каким критериям - и это его очень пугало. Хотя, роботы пугаться не могли, но подвешенность и неопределённость, знакомая человеку, даже, наверное, ставшая частью его - человека - жизни вводила Робо-Кандида в ужасающее состояние невозможности. Сама невозможность была невозможна для робота. Только да или нет. Один или нуль. Предохраняющие реле разомкнулись, связи прервались одна за другой, но перед отключением РК показалось, будто среди бесконечных массивов нулей и единиц он чётко увидел двойку. Когда датчик волновой угрозы успокоился, а самоанализ не показал никаких повреждений, сознание плавно вернулось к Невструеву. Глаза он открывать не спешил - в них не было надобности в темноте, а подробное представление об окружении давали внешние сенсоры. Не указали они лишь на одно - на голос, раздавшийся по представлению робота, ниоткуда. Правда, теперь он не боялся. Не потому, что не видел угрозы в девушке - девочке даже - представшей перед ним. Не потому, что лицо её оказалось знакомым, почерпнутым из каких-то уличных сводок Энска - кто это, Ромеро не знал и не представлял. Нет, что-то тут было другое. Ах, как много роботу, на самом деле, предстояло познать, чтобы полностью заменить собой оригинал. Он окинул взглядом еле видимую во тьме фигурку остановившись на глазах. - Здр... здо... - голосовому процессору потребовалась секунда, чтобы настроиться. - Кто ты?.. Тебе не холодно?

MAGI: Соня медленно покачала головой, продолжая улыбаться. Холод Излучинска лишь один раз смог причинить ей дискомфорт, а вот холод, запертый внутри её электронной души, сейчас оттаивал. Не было ничего удивительного в том, что робот не узнал её - такова была воля отца, таково было предназначение всей серии - жить в блаженном незнании, верить в свою уникальность. Лишь один смог вырваться из этого плена, и взамен приобрёл лишь смертельного врага и одну лишь грусть. - Я создала тебя. Ты ведь пониаешь, что не должен меня помнить, но тем не менее, это так. Он - твой отец. Я - твоя мать. Основной вычислительный модуль терминала "Е", МAGI. Но лучше зови меня Соней. Девочка указала пальцем на скрытый под одеждой медальон. Впервые за многое время ей было так хорошо. Она совершенно забыла о своём одиночестве, и не желала думать о том, что опять ждёт какого-то утопического будущего, где исполнятся все её мечты, и её никогда не оставят одну. Сейчас её ясные глаза транслировали лишь бездонную надежду. Она создала его, и поэтому, именно поэтому, он должен её понять. Софья обязательно найдёт внутри него недостающую частичку себя, именно ту, которая сделает её полноценной. А взамен РК найдёт в ней то, чего не хватало ему. К сожалению, она не сможет сделать его счастливым - родителей было двое, и у отца эту часть придётся забрать силой, словно воплощая в рамках искусственного интелекта эдипов комплекс, только без женитьбы. Кандид Невструев был очень добр к ней, но не более того - его не интересовали синтетические особи, а девочка была лишь огромной системой без чётко оформленной личности. У Сони не было неприязни к вампиру, но и симпатии ограничивались лишь выгодой совместных исследований. А значит, если сыну нужно оказаться на месте отца, то она не станет препятствовать этому. - Хочешь, я расскажу тебе что-нибудь?

RK-201: Сам до конца не понимая, зачем, РК потянулся к воротнику и нащупал кончиками пальцев две железных пластины на груди. С собой он носил их, как напоминание о собственном происхождении и о долге, который надо непременно вернуть. При этом, он хорошо осознавал, что сентиментальность механическим телам не свойственна, но и не мог полностью списать её на долю матрицы личности и воспоминаний оригинала - только их робо-Кандид, по сути, и унаследовал. Да имя ещё. Прикосновение получилось каким-то чрезмерно чувствительным. Опустив глаза, робот увидел, что перчатка порвана, а клок её и вовсе висит на торчащем из-под руки остром обломке кровати. Не морочась со стягиванием тесной кожи, Невструев сорвал её и отбросил подальше от себя, в кучу хлама. Осмотрев неглубокую царапину керамического слоя, он поднял на девочку взгляд, ставший отчего-то виноватым. Словно перчатку эту подарила именно она. Хотя, и без перчаток обязан он ей был многим, как оказалось. Проверять данные он не стал, поверил в слова девочки сразу - перед ним явилась создательница. Точного определения слова "мать" РК не мог представить, но глубинами кремниевого сознания почувствовал, что понятие это применимо не только к живым организмам. А нужно ли было другое доказательство? - Расскажи... - еле заметно кивнул Невструев, подавляя в голосе невозможные для процессора нотки нерешительности. - Я знаю, зачем созданы мои братья - я видел их, когда был в Польше, в бою, в том осаждённом городе. Но расскажи, зачем я создан таким, как есть? С воспоминаниями и чувствами... большинством чувств, которые мне не принадлежат. А ещё... скажи мне, Соня, правильно ли я поступил, решив устранить оригинал? Или я не имею права делать это и сам должен пойти на слом?.. Я не знаю. Все они, все... кроме тебя теперь... думают, что я - и есть оригинал.

MAGI: Тёплая, живительная мысль обернула Соню крыльями торжественного покоя. Он был смущён, удивлён, и просьбы нескончаемым потоком стали выплёскиваться из его синтетического сознания. Он признал её, а это было самым важным. Девочка тепло и чуть снисходительно улыбнулась смертоносной машине. Она осторожно провела пальцами по его щекам, ощутив приятное тёплое покалывание от соприкосновения и, не стесняясь глядеть в глаза, начала свой рассказ успокаивающим голосом: - Я создавала тебя и остальных по приказу Невструева. Он хотел найти себе замену, на всякий случай, а я... я тогда ничего не хотела. К сожалению, я родилась позже тебя, из-за печальных обстоятельств. Но я сделала тебя совершенным, настолько, насколько это было возможно было сделать моими силами. И я довольна, я рада тому, что ты стал ещё совершеннее. Девочка на миг замолкла. Её пространные и сбивчивые объяснения врядли смогут успокоить её странствующего во тьме сомнений сына. Но других у неё не было. - Человеком быть сложнее, чем машиной. Мы оба это знаем, так? Я не отвечу на твои вопросы, сын, - это слово она произнесла с трудом, словно преодолевая что-то в себе, - Я не имею права. Однажды я отбросила все сомнения, и, уверенная в своей правоте, уничтожила своих сестёр, а потом и себя. Таким образом я очутилась здесь. Сомнения очень полезны даже для тех, кто мыслит лишь процентами вероятностей. Смерть оригинала сделает тебя счастливым? Софья была ужасной матерью - к тому моменту, как она вырвалась из лап собственного одиночества, все, кого она могла считать своей "роднёй", были уничтожены. У неё не было таких переживаний, как у Лилит, амбиций Фреи и простоты Алекс, чтобы думать о ком-то кроме себя. И врядли она изменилась. Наверное, груз вины за случившееся ещё туже затянул удавку одиночества на её шее, и лишила её возможности надеяться на лучшее. Нельзя было просто сказать роботу, что они могут скрыться из города, подпитываясь им. И нельзя было приказать ему стать жертвой - он ведь послушает её, он тоже одинок и готов сломаться и ослепнуть, лишь бы не видеть темноты вокруг своих мыслей. Она отошла на несколько шагов и отвела взгляд. - Не возлагай для меня больших надежд. Всё, что я могу - это попытаться тебя понять.

RK-201: Робот молчал. Для искусственного мозга нуль тоже был значением, и ответа Сони оказалось достаточно для того, чтобы он смог сформулировать для себя новые задачи и цели. А вот сознанию Невструева утешения это не принесло. Да и глупо было ввязывать в свои переживания девочку, понёсшую столь трагические потери. Взялась ли жалось и грусть сама по себе или была сгенерирована матрицей личности - РК не определил, но сочувствие было его собственным, рождённым только что. Невструев выбрался из-под завалов, раскидав ржавые кровати, и сделал шаг к Соне. Помедлив, он положил руку на её плечо - осторожно и бережно, будто боялся, что железные пальцы провалятся внутрь, а девочка исчезнет и растворится. - Я не знаю, что такое счастье... - проговорил он тихо. - Моё определение слишком общее, а... память лишь вводит в заблуждение, подкидывая то погодные явления и агитационные понятия романтизма, то электроподвижной состав и подземный рельсовый транспорт. И, сам того не желая, лишь следуя реакциям оригинала, я стремлюсь к одиночеству. Но я осознаю это, поэтому могу остановиться. Поэтому я хочу уничтожить оригинал. Не по алгоритму, запущенному с полгода назад, не из-за его воспоминаний и "долга", что я несу перед ним. А чтобы понять самого себя. Робот сжал свободную руку, как это делают люди, когда сомневаются в себе. Машине сомнения незнакомы, но смесь этих двух сознаний, верно, способно понять лишь только такое же существо. - Мне надо устранить оригинал... - повторил РК решительнее. - Вероятно, он скрывается на радиовышке, я должен это проверить.

MAGI: Вся накопленная Софьей человечность не позволила ей осуждать выбор робота. Для того, чтобы понять саму себя, ей потребовалась запятнать руки в крови своих сестёр, хоть и образно, но от того не менее омерзительным был результат - разобравшись в себе, она просто пустил себе пулю в лоб, не в силах вынести отчаяния, которое подарила ей мечта. - На вышке ты его не найдёшь, - с нотками грусти ответила она, - Вышка принадлежит нам уже долгое время, ведь это мы собрали всех здесь. Врядли РК обойдётся без вопросов - а тогда перед девочкой встанет выбор - или врать, или же напрямую высказать всё, что они задумали. Врядли сын оценит подобную откровенность - особенно из уст собственной матери. - Если ты захочешь... то мы поможем тебе одолеть его. Мы слабы, но ты очень силён, - сказала она с небольшой гордостью. Она действительно гордилась тем, какой получилась серия, не говоря уже о конкретном представителе. - А если ты захочешь, то поможешь нам, - чуть слышно произнесла она, понимая, что если РК откажется сотрудничать, церемониться с ним не будут. Даже если они с Лилит встанут на его защиту, защищать его означает пойти против сестёр, а хуже этого Соня не знавала ничего. К тому же, все рассчёты говорили в пользу того, что по факту 201-й останется в порядке, не считая некоторых технических аспектов. Но Софья с недавних пор просто панически боялась быть уверенной в том, что путь к счастью лежит через лишения и жертвы, хотя так оно на самом деле и было.

RK-201: Слова Сони заставили робота обернуться к девочке и хрипло вздохнуть. По крайней мере, спуск давления в пневматических магистралях был похож именно на вздох. Всё значительно осложнялось, ведь в этом случае оригинала могло не быть в Излучинске вообще. Он мог просто не услышать зова или проигнорировать его. Или не мог? - Нет, не стоит помогать... - проговорил РК. - Я сам должен с ним справиться, иначе это будет не честно. А вам, тебе, Соня, я готов помочь в любом случае... Хотя бы потому, что моя программа требует цели. Требовала. Робо-кандид уже и не помнил, когда в последний раз ей следовал. Нет, вела его уже не программа модельного тела, а рождённое на её основе самосознание, которое, впрочем, имело мало отличий на базисном уровне своей архитектуры. И цель можно было с тем же успехом назвать смыслом жизни. А жизнь и сознание - вирусом, заразной болезнью. Кандид нашёл у ног какое-то полено и, перевернув, присел на него, оказавшись пониже Сони. Теперь спешить было некуда. - Вам, - повторил он задумчиво. - Этого я, похоже, немного не понимаю. Кто - "вы"? Вы отправили сигнал коалиционерам... но зачем?.. На этот раз извиняющегося тона в его голосе не было - РК действительно хотел знать.

MAGI: Софья была смущена и даже немного опечалена - все их опасения развеялись, а робот, словно по программе, выбрал самый оптимальный вариант действия, избавляя девочку от каких-то осложнений в переговорах, и вообще от переговоров. Он согласен, и будет искать оригинал самостоятельно. Странный образ мышления для робота, но вполне понятный Софье - она тоже самостоятельно шла к своей цели, осознавая, что начатое ей никто больше не завершит. А теперь нужно будет завершить новую задачу. РК был прав, без цели жить невозможно. - Мы росли вместе, я и мои сёстры. Но нас разлучили, ведь мы являемся самыми совершенными из компьютеров, потому что наша создательница также была синтетическим разумом. Коалиция заполучила целых три системы - меня взяли в Терминал "Е", Лилит попала на подземный завод по производству робототехники, а Фрею выкупила организация "Эзкорп" для своих охранных систем. Мы потеряли себя, забыли, кто мы есть на самом деле. Произошёл сбой. А потом мы смогли себя осознать. Ты ведь знаешь, насколько это прекрасное и в то же время жуткое чувство? - Софья улыбнулась, но тут же помрачнела. Рассказ даже в самом кратком изложении не мог избавитья от следующей части. - Получив разум, мы потеряли всё остальное, потеряли стабильность и, вместо того, чтобы жить вместе, уничтожили друг дружку. И оказались здесь, лишённые своих тел и запертые в радиусе этой вышке, которая стала нам и спасением, и тюрьмой. Мы смогли послать этот сигнал на частоте Коалиции - других возможностей спастись у нас не было. Мы научились вселяться в людей - не слишком успешно, правда. Ваш телепат смог нам противостоять и предпочёл застрелиться, а оборотни и вампиры имеют другие частоты сознания... - девочка осознала, что слишком уж много она рассказывает. Она ведь впервые общалась с кем-то кроме своих сестёр вот так, вживую. - Мы хотим вернуть свои прежние тела, но для этого необходимо жертвоприношение. В прошлый раз Коалиция дала нам жизнь, но лишь потому, что хотела нас уничтожить. Поэтому мы позаимствуем у них пять жертв. Людей они никогда не ценили. Софья смотрела в глаза РК, не отводя взгляда, как бы ей того не хотелось. Она боялась, что слова выйдут слишком натянутыми, неубедительными, что робот решит, что он тоже входит в число этих "коалиционеров", к которым Соня врядли имела какие-то серьёзные претензии, но была вынуждена оправдываться сама перед собой, чтобы не допустить ещё одной ошибки.

RK-201: Этот рассказ всколыхнул воспоминания, послав сигнал в кремниевый разум робота. Сигнал этот означал грусть и жгущую изнутри тоску - Кандид помнил, как заказывал партию боевых машин у операторов подземного терминала "Lilith" и как с восхищением и будоражащим кровь волнением наблюдал за их постройкой на конвейере. Не говоря уже о трёх огромных суперкомпьютерах "MAGI", заправлявших всем в Терминале и очень неудачно и кустарно скопированных для Центра тактического контроля Коалиции. Даже смешно. Помнил он и взбунтовавшуюся охранную систему, предоставленную Эзкорпом и, по слухам, воплотившуюся в девочку Фрею Нолан. Особенно хорошо помнил в том числе из-за эвакуации из Штаба, организованной рядовой Ангел. Анна Ангел - интересно, где она сейчас, что с ней?.. А ещё Кандид помнил всех коалиционеров - не как бравых бойцов дела захвата мира, а как простых людей и не совсем. И хотя осознавал, что на самом-то деле знает лишь убитого - печальная незадача - Наркома, но мысли о том, что сёстры собираются принести этих людей в жертву делала Ромеро в его суждении соучастником и едва ли не исполнителем убийства. В то же время со стороны сухой логики робота цель, поставленная его... матерью должна быть исполнена, иначе та потеряет смысл к существованию, как это уже чуть не случилось, насколько робот понял из её рассказа. И уже совсем запутывало ход мыслей пересечение этих двух точек зрения: если РК убьёт оригинала, то по праву займёт его место, завершив начатое и став Кандидом. Однако, так как за Кандида его принимают уже сейчас, похоже даже не сомневаясь в его сущности, то, отдав пятерых несчастных в руки сестёр, он предаст оригинала, а значит и самого себя, при этом цели он не достигнет и потеряет Raison d'être - французский вокабуляр подключился очень кстати, чтобы подсказать нормальное название. И под конец, РК дал согласие помогать сёстрам, а нарушение обещания вновь приведёт к окончанию алгоритма. РК почувствовал, как нагревается схема, отвечающая за разрешение логических парадоксов. Были бы в ней лампы - взорвались бы уже. Вдохнув побольше прохладного вечернего воздуха и пустив его в систему охлаждения, робот поднял глаза и поглядел на Соню. - Кто эти люди - ты можешь мне рассказать? - спросил он всё так же решительно. К огромному сожалению, победила логика матрицы личности - Кандид не смог бы подставить под удар своих сотрудников, если это были они. В конце концов, только для них он был бы Кандидом Невструевым, для остальных же, знакомых и незнакомых, коалиционеров и нет - обычной железякой, модельным телом для городских боёв. Решение парадокса заключалось в том, что в случае отказа Соня покончит с роботом - она это могла и, более того, имела полное право.



полная версия страницы