Форум » Излучинск » Бункер » Ответить

Бункер

Nailbuster: В нескольких километрах от города, в глухой тайге, находится этот заброшенный военный объект. Вход в него - небольшой люк в земле с прочной металлической дверью, за которой скрыта узкая спусковая шахта, уходящая вниз на глубину десятка метров. Люк можно увидеть, лишь подойдя к нему совсем близко, а то и вовсе об него споткнувшись - летом его надёжно скрывает высокая трава, а зимой - толстое снежное одеяло. Неуютное место этот бункер - серые облупившиеся стены и пыльная мебель заставляют думать либо о капитальном ремонте, либо о суициде. Внутри он делится на несколько блоков, и самый большой из них - жилой. Комнаты бойцов неотличимы одна от другой, обставлены просто - двухъярусная кровать у стены, тумбочка, письменный стол и пара табуретов. Комнаты командования (их всего две) чуть более просторны и комфортны, представляют собой смесь спальни и рабочего кабинета. Рядом расположен брифинг-зал, он же зал заседаний, в нём помимо обычной для таких комнат мебели есть огромная грифельная доска на стене да видавший виды трескучий кинопроектор. При бункере имеется небольшая столовая - один общий стол в форме буквы Г, больше мебели практически никакой - и самая тривиальная кухня. Стратегический запас еды, на три четверти израсходованный, хранится на складе - огромном полутёмном помещении с длинными рядами одинаковых стеллажей до потолка. Там же хранятся и запчасти для генераторов, снабжающих бункер воздухом и электричеством. Также в бункере есть одна большая бронированная дверь, тщательно заваренная и опечатанная. Открыть её невозможно, и что за ней находится, неизвестно. Лишь полустёртая надпись на ней гласит, что это некий "Опасная зона, посторонним вход воспрещён". В документах, хранящихся в кабинетах командования, ответов на загадку двери тоже нет.

Ответов - 70, стр: 1 2 3 4 All

Nailbuster: Kylie Первое же, что увидела девушка, когда её ноги ступили на твёрдую землю - это скелет, распростёршийся на бетонном полу узкого полутёмного коридора. Его поза говорила о том, что перед смертью он изо всех сил старался доползти до спасительного выхода - правая рука была простёрта, казалось, прямо к Кайли - скелет будто умолял её о помощи. Облачён он был в камуфляжную форму без знаков различия - полуистлевшую и потрёпанную, а местами даже чем-то обожжённую. Больше не было видно ни зги - в таинственном подземелье стояла кромешная тьма.

Чёрный барон: В узком коридоре слышался отдаленный стон. На стенах возле скелета едва различимо был виден отпечаток крови в виде полностью раскрытой ладони, кто-то с сильным кровотечением поднимался с пола и двинулся дальше по коридору, оставляя за собой кровавый след через весь узкий проход. После выхода из узкого коридорчика в небольшой предбанник находилась целая лужа запёкшейся крови, предположитель её "хозяин" тут упал, потеряв равновесие, а затем снова поднялся и пошёл дальше. Через вход-арку в столовой на полу, если пригледеться и лежал тот самый "раненый". Вокруг него были разбросаны небольшие медицинские пакеты с искуственной кровью, некоторые были разорваны и пусты. Черный барон тяжело дышал и смотрел в потолок своими красными и хищными глазами. Вся одежда на нём была изодрана и сказать, что же на нем было одето до нападения на него - трудно, ясно только, что после этого он пытался сам себя перебинтовать, бинты на тех и других местах были уже старые, они не менялись, поскоульку и не играли особой роли. У Генриха отсутсвовала правая рука, которую кто-то ему отгрыз. Из неё непрерывно шел основной потов крови, который и оставил небольшую красную полосу по всему пути от входа в бункер до столовой. Он стонал от разрушающей боли и скалил свои крупные острые зубы. На его лице была написана ярость и страх за свою жизнь. Вампир, пусть и фрик, как только не пытался остановить кровь из всех ран, которыми было истерзано его тело, но ничего кроме постоянной подпитки кровью он не смог придумать.

Родаши: Родаши уселась прямо так, на пол, переводя дух и внутренне прислушиваясь к привычной для нее темноте, но совсем другой, чем снаружи. Что-то подсказывало, что она не станет для вора союзником... И вновь проснулся детский страх пространства, из которого не выбраться. Даже к стенам, которые сейчас могли бы стать опрой, не хотелось прикасаться... А надо всего-лишь открыть дверь и выйти в ночь, и неважно кто там поджидает, и пусть даже зная, что на это уйдут ее последние силы. Но, продолжая дышать здешним спертым воздухом слабо проветриваемого помещения, Родаши ухватилась за спасительные слова майора, вклинившиеся в паникующий разум девушки. Адреналин недавнего сражения быстро улетучивался, а накопившаяся усталость сразу заняло его место. Поэтому Рода, не поднимаясь, слабыми пальцами ощупала свой плащ. Робкий огонек зажигалки едва различимо высветил лица мужчин. - Надеюсь, в тех ваших баулах фонарей не было, а то иначе это весьма прискорбное упущение... - Бесцветным голосом прошептала она. - Впрочем, если у кого есть что ненужное - у меня еще осталась та воспламеняющая жидкость... Поведя рукой чуть в сторону, девушка попыталась высветить пространство впереди. - Что это за бесовское место вообще?.. Странно... Бред - по среди леса?.. По-мнению вора, коридор был слишком широкий для случайного склада какого-нибудь местного, засаливающего и хранящего здесь свои продукты. Словно впереди их ждали не меньшие по размеру помещения...

Z: -Снега по колено нет, волков с медведями нет. Всё бы хорошо, но да, фонари были. В баулах и еда была и спальники. Или вы думаете, что я там таскал конструктор "лего" и сорок килограмм грёбаной хурмы? Джеку местечко уютным не показалось. Но да, ни снега ни неведомой фигни. Главное - тут даже теплее как-то. И, смотрите-ка, целые лампочки остались! Джек спустился по лестнице и попытался оглядеться. Темно, фонарики в количестве двух штук и впрямь остались там, в сумках. А ведь хорошие фонарики, на солнечных батареях. Хм, интересно, мы тут надолго? LOST какой-то начинается таёжный. -Что-то сверхсекретное и стратегическое. Бункер какого-нибудь Доктора Зло, наверняка. Давно хотел где-нибудь в таком месте полазить, да вот только не в такой ситуации. Джек болтал с целью избавиться от стресса, но пока получалось наоборот - каждая из его мыслей в конце концов возвращала его к суровой реальности. Суровая реальность представала перед Джеком, раз за разом приобретая в его воображении всё более четкие очертания. Очертания фразы "НАМ ПИЗДЕЦ", большим готишным шрифтом на черном фоне, да ещё и переливающимися кислотными цветами до кучи. Его мозг бешено работал с целью придумать хоть что-нибудь ободряющее. -Нда, тут довольно мерзко. Но вещи нам нужны вне зависимости от степени мерзости, так что сходить за ними было бы неплохо. Когда волки там понаубегают, всё такое. Z достал сигареты, зажигалку и закурил. Затем начал идти вперёд, периодически ей щелкая, чтобы хоть что-нибудь видеть.

Nailbuster: Опустив руки в карманы, Нэйл напряжённо думал. Прислонившись спиной к грязной пыльной стене, он стоял, ковырял носком ботинка шершавый пол и размышлял о том, куда же они всё-таки сейчас попали. Что это за место посреди лесной чащи? В голову вдруг пришла запоздалая мысль: может быть, они вломились в логово врага? Того оборотня, например, и его таинственного друга-снайпера... А ведь их здесь могла быть целая банда. "Нечто-Нечто..." - подумал фюрер и покачал головой. Идти за полумёртвым товарищем сейчас, пока противники на взводе и, возможно, в это самое время прочёсывают лес в поисках каэмовцев, было равносильно самоубийству. Как и вообще выходить из этого каземата в ближайшие несколько часов. Они могут караулить у двери. Они могут, в конце концов, искать другой проход... Стоп! А насколько далеко простирается это местечко? - Фройляйн... - он не обратился к Родаши по имени, всё равно "фройляйн" здесь была одна. - Давайте-ка вашу смесь. Мне нужен огонь. Стянув с шеи потрёпанный шарф, Нэйл обмотал его вокруг лежавшей поодаль толстой ветки и протянул воровке. Пусть разбирается со светом сама, а он - человек умственного труда. Вновь спрятав руки в глубоких карманах пальто, фюрер прошёлся от одной стены до другой, считая шаги. Похоже, это был всё-таки коридор - в ширину метров шесть-семь, а в длину... Противоположной стены не было видно, зажигалка Джека не слишком-то помогала разогнать затхлый сумрак. - На минуту, - он ловко выхватил вещицу из пальцев Зеда и вручил Родаши вслед за факелом. На какое-то время подземелье вновь погрузилось в плотную тьму. Нэйл шагнул назад, поближе к остальным. Теперь они были идеальной мишенью для хозяев дома - если они, конечно, здесь вообще были. - Это бомбоубежище, Джек, - проговорил он негромко, чтобы разогнать давящую на виски тишину. Ага. Судя по эху там, впереди, помещение ещё больших размеров. Наверное... - Скорей всего, тривиальнейший советский бункер на случай ядерной войны. Их строили по всей стране в шестидесятые годы. Значит, где-то здесь должна быть и еда - по крайней мере консервы. Нет нужды идти за баулами. "Если наши новые друзья эти консервы ещё не съели." По спине фюрера пробежал неприятный холодок. Оборотня огнём не напугаешь.

Родаши: Вору вдруг подумалось, что мерцающий огонек в руке Джека - как костер ночью посреди открытой поляны. И наверно им не стоит разделяться в этом незнакомом для всех месте. Но сейчас девушку ничего не интересовало. Хотелось лишь найти безопасное место и еду. А для этого надо собрать силы, подняться и произвести разветку. С сожалением поднявшись, Родаши попыталась соорудить факел. Чертыхание и капли жидкости дали какой-никакой результат. - Но не сидеть же людям в этом бараке в темноте... Как тогда выглядело освещение? Рубильники, лампочки Ильича? - Держа импровизированный и активно полыхающий факел едва ли не кончиками пальцев вытянутой руки, Рода опередила бойцов. Во второй руке девушка зажала пистолет с последними несколькими патронами - так, просто на всякий случай, вдруг крысы или еще что...

Nailbuster: Тьма неохотно расползлась подальше от огня, словно древний моллюск, втянула свои щупальца вглубь коридора. Первым, что увидели каэмовцы при свете факела, были лампы дневного света под потолком - покрытые толстенным слоем пыли, но ещё почти все целые. Выключателя или рубильника нигде не было видно. В паре десятков метров от них коридор кончался, выходя в большое помещение, также залитое мраком. Впрочем, подойдя поближе, можно было различить какие-то коробки, ящики и длинные ряды высоких стеллажей, на которых они были составлены. Судя по всему, это был склад, и этим предположением фюрер поспешил поделиться с остальными. - Вы думаете о том же, о чём и я? - негромко вопросил он, шагая вперёд. - Среди этих залежей музейного добра просто обязаны быть съестные припасы. Пойдёмте, геноссен. Ограбим призраков на банку тушёнки, - и он осторожно ступил в полумрак стеллажей.

Z: Мама всегда говорила Джеку - не ешь на ночь глядя. А ещё она говорила ему не гулять в лесу с незнакомцами. А ещё она говорила ему не принимать наркотики. А ещё... Да много всякого говорила Джеку его мама. -Опа, и впрямь тут должно быть чойнть подзаточить! При свете факела его пощелкивание зажигалкой стало ненужным и вредным расходом водержавшегося в ней природного газа. Доусон огляделся, высматривая направление, в котором должны были вести все-превсе провода в этом бункере. Потому что если это действительно бункер - он явно не подключен к ЛЭП. Вернее, должен быть подключен, но автономный источник питания должен быть и должен быть очень большим и очень надёжным. Но сначала еда. А потом, если обойдётся без бункерных монстров, спать. Или там как гражданин фюрер скажет. Z подошел к потенциально хранящим вкусняшки обьектам, раскрыл первый попавшийся и посмотрел внутрь. -Хм, должен же тут быть генератор в этом подземелье?

Родаши: Родаши лишь головой покачала - вот так просто ринуться вперед ради поиска еды, забыв о предосторожности. Но возмущенное урчание собственного живота напомнило, что надо быть честной хотя бы перед собой. Поэтому, лишь прислушавшись на предмет посторонних и возможно враждебных звуков, девушка решила помоч хотя бы с освещением. - Генератор определенно должен быть, только где они обычно находятся? Это скорее по вашей части. - Она рассеянно оглядывалась по сторонам. Пока мужчины добывали еду, Рода среди многочисленного хлама отрыла подобие палки и кусок старой ткани. Стараясь как-то пристроить старый факел и освободить руки, она соорудила второй. На это ушла последняя жидкость, и пришлось сожалением выкинуть пустую бутылку. - Добро пожаловать в каменный век... - Родаши поднялась, и новый источник света вырвал из темноты еще большую площадь хранящегося в этой части помещения хлама: различные стройматериалы, разобранные механические приборы, канистры с надписями "огнеопасно" и два кусочка плотной ткани, незаметно для хозяйки выпавшие из пальто.

Nailbuster: Чутьё не обмануло Джека - в раскрытой им коробке действительно нашлись банки с тушёнкой, а также разные другие консервы и соленья. Судя по этикеткам на них, завезли сюда всё это добро годах в семидесятых. Нэйл, мельком взглянув парню через плечо и удовлетворённо хмыкнув себе под нос, решил оставить его пока наедине с едой. Сам же он решительно направился к канистрам, возле которых остановилась воровка. - Так, и что у нас здесь?.. Ага, это дизельное топливо... - проговорил он негромко, втянув носом характерный запах сорярки. - Значит, горючее здесь есть, и это хорошо. Плохо вот что - один бог знает, сколько его здесь хранят. Я не удивлюсь, если оно уже совсем никуда не годится, но попробовать не помешает. Теперь нам нужен генератор... Фюрер не спеша оглядел помещение. Оно казалось огромным, но лишь потому, что стены его терялись в густом полумраке. Всё же в дальнем конце склада ему удалось разглядеть небольшую дверь, которая просто обязана была вести к генератору, если он здесь вообще был. - Есть только один способ проверить, не выдохлось ли топливо... - он наклонился, чтобы поудобней взяться за канистру, и тут взгляд его упал на вещицы, которых в этом каземате явно быть не должно. Это были военные погоны, более того - нацистские погоны! Они лежали сиротливо, одна на другой, прямо на бетонном полу, и на них в свете факелов печально поблескивали звёзды. - Где вы это взяли? - Нэйл распрямился и, взяв у Родаши один факел из рук, в упор взглянул ей в глаза. В том, что они выпали из её кармана, у него сомнений не было. Если только капитан Нарком, владелец этих регалий, не уронил их, когда прятался здесь до них. Так, конечно, тоже могло быть, но лучше начать с простых вариантов.

Родаши: "Вот так раз... Здравствуйте, мои дорогие, а о вас-то я и забыла..." - Они вам знакомы? Хотя должны быть... Это того мертвого парня... к сожалению, кажется нашего соратника. - Слегка нахмурившись в ответ на пристальный взгляд, Родаши постаралась припомнить все виденное тем вечером. Картина самоубийства отказывалась проявляться, казавшаяся просто выдумкой уставшего разума. Слишком долгий день и слишком опасная ночь отодвинули недавние события на дни и даже недели назад. Поэтому рассказ получился быстрым, сбивчивым, словно рассказчица сама сомневалась в реальности произошедшего. - Этот пистолет тоже его, из него он и... - Закончив, вор совсем смутилась - то ли за приватизированные вещи, то ли несвоевременное сообщение о гибели товарища. Хотя она не знала, как к таким новостям отнесется начальство, ведь сама до этого не теряла ни напарников, ни друзей, за неимением таковых. Упомянут в рассказе был и доктор Тобиас, по "совету" которого прах и остальное были перенесены ею в казарму, в свою комнату. Что дальше предпринял Тобиас, девушка не знала, помнила лишь его желание наведаться в лес. Но, похоже и он не успел доложить майору о случившемся.

Nailbuster: Нэйл слушал девушку очень внимательно, не перебивая ни единым звуком и по-прежнему не сводя с неё пронзительного взгляда. Стоило ей упомянуть о каком-то "мёртвом парне", как у него впервые за шестьдесят лет ёкнуло сердце. И по мере того, как картина обрастала деталями, таяла и робкая надежда на то, что это может быть кто-то другой. Не Нарком. Не тот, с кем они вдвоём прошли огонь, воду и Армию Света, пусть зачастую и по разные стороны баррикад. Когда Родаши закончила и тишина вновь навалилась на них с пыльного потолка, Нэйл почувствовал в груди какую-то неприятную пустоту и холод. Но это был не только холод потери - нет, по внутренностям фюрера расползался мерзкий холодок страха. "Что же это за бред-то такой? Уж кем-кем, а самоубийцей Нарком не был никогда" - думать о капитане в прошедшем времени было на самом деле трудно. Слишком уж привык майор к мысли о том, что это существо так просто не даст себя убить и уж тем более не станет совершать подобных идиотских вещей. - "Если только он не решил взять пример с Ботаника." Нэйл со злобой скрипнул зубами и уселся с факелом в руке на ближайший ящик. Он решительно не знал, что делать теперь - капитан был последним шансом Коалиции выкарабкаться из этого дерьма под именем Излучинск, но теперь - и это было куда хуже, чем сам факт потери старого проверенного друга, которого оплакать можно и позднее - они вовсе остались без ударной силы. Что-то здесь было не то. Как-то всё слишком удачно складывалось для простого совпадения. - Человек, кончину которого вы имели неприятность лицезреть, был моей правой рукой, - проговорил Нэйл, стараясь не впускать в свой голос никаких эмоций, но всё равно в нём позвякивали тревожные нотки. - Да... Теперь дела наши хуже некуда, если такое вообще возможно... - он покачал головой и задумчиво перехватил факел в другую руку. Он явно нервничал, если не сказать больше - паниковал. Но показывать это бойцам было ни в коем случае нельзя. - Джек! - неожиданно обернулся он к парню, что возился где-то в другом конце складов. - Сходите помогите нам с генератором. Похоже, мы застряли тут надолго, и нам нужен хотя бы свет, - встав с ящика, фюрер подхватил две канистры - отдав чадящий факел Родаши обратно - и понёс их к обнаруженной им двери. "Переждём в этой норе сколько сможем, а затем - прочь, к цивилизации. Что бы не заставило Наркома сделать это, я почти уверен - оно существует и сейчас ищет нас."

Z: Джек меж тем кушал. Карманным перочинным ножом с вилочкой. Не деликатес, зато сытно и вроде даже не испорчено что-то. Кушал и слушал. Слушал и как-то не радовался тому, что слышал. Так, этот некий некто Капитан Нарком, о котором так много с любовью и надеждой в глазах говорил толстый, изобразил из себя Курта Кобэйна. Прям отлично, что уж там. Джек был зол на судьбу, на КМ, на фюрера лично, на неких притащивших их сюда леди-и-джентльменов, на самоликвидатора-Капитана, на предателя-Невструева, на злобного демона Рена, на неудачника-Нечто. На всех. Но больше всего на себя, любимого, который, сам не зная, зачем, взял и припёрся сюда. В это жалкое подобие города, где ему придётся теперь провести остаток своих дней, кушая тушенку и пытаясь починить проржвевший от сырости совковый генератор, в которм наверняка даже проводка толком не сохранилась. -Ща~с! Захватив с полки несколько открытых банок не протухших, судя по запаху всякостей своими уже давно жирными руками, Джек пошел к генераторной. По дороге он успел вспомнить, что все инструменты, которые могли в принципе спасти их задницы в случае даже простейшей поломки, были в сумках, а сумки - в суровой сибирской тайге с блекджеком и оборотнями. Ёмайо! -Камраден, я тут нашел что-то сьедобное, налетайте, я пока посмотрю, что там. Опять я инициатор Смака, а что делать. Жрать охота же иногда бывает. Хотя да, скоро дойдёт так до отыгрыша дефекации.

Ботаник: В генераторной среди расходящихся по всему бункеру проводов от двигателя сидел на коленях Ботаник. Он поставил возле себя коробку с инструментами, которая скорее походила на ящик с металлоломом, каждый гаечный ключ или винтик в нем были ржавые, а более сложные устройства уже были ни к чему не пригодны. Ботаник судорожно рассматривал поломанный двигатель, вспоминая свои инженерные навыки, которые у него были в одной из предыдущих жизней, но совковая машина была построена не по немецким стандартам 30-ых годов прошлого века. Ее внешняя и внутренняя простота устройства скрывало в себе отсутствие логики, а некоторые детали были просто лишними. Было бы больше времени у Ботаника, он бы догадался, что все устройство потребляет намного больше топлива, чем его западные аналоги, но он услышал, как кто-то проник на склад бункера. Немного прислушавшись, он вычислил, что человек было минимум трое. Он поднялся с колен и оглянулся вокруг, путей к отступлению не было, вторая дверь, выходившая в общий коридор, заела и не поддавалась ему. «Пришельцы», кажется уже обнаружили дверь в генераторную и Ботаник ничего более умного не смог придумать, как встать напротив двери со склада и направить луч фонаря на себя, так чтобы лицо получилось зловещим и отдаленно напоминающим императора Палпатина в его нелучшие годы. Даже белая одежда уже соотвествовала грозному повелителю вселенной из-за сырости и грязи. Неизменными остались только его синие волосы.

Z: Открыв старую, тяжелую и довольно скрипучую дверь, на которой было по-русски написано "НЕ ВХОДИ, УБЬЁТ!" с прималёваной молнией, Доусон обомлел. Он думал, что уж если в секретном (секретном ведь) подземном бункере посреди тайги есть что-то живое, оно оно выглядит явно немного по-другому. -Да тут грёбаный монстр! Данная фраза была произнесена с максимально возможной громкостью спустя секунду после того, как Джек узрел оного грёбаного монстра. Страшного, с жуткой морщинистой светящейся мордой. Z тут же развернулся и на всех парах побежал обратно к остальным, надеясь, что у них осталось ещё хоть что-то, чем можно стрелять. Пускай даже рогатки. -ПА-МА-ГИ-ТЕ!

Родаши: Действительно, все хорошее когда-нибудь кончается. Например надежда на то, что смерть неизвестного не так важна. Найденные наконец и вполне годные в пищу запасы. Или же тишина и состояние временной безопасности и спокойствия. Вот именно, временной... И когда Родаши перехватила немного еды, желая хоть чуть-чуть отдохнуть, пока соратники бы не разобрались с генератором. Но крик "помогите" убил на это всякую надежду. "Когда ж это кончится? Хоть бы это была просто крыса..."

Nailbuster: Услышанное фюреру не понравилось. Более чем не понравилось. Едва крик Джека разнёсся по мёртвым коридорам бункера, Нэйл уже схватил в руку факел, бросил канистру, где лежала, и рванул в сторону генераторной. Конечно же, парню надо было помочь, раз уж он так отчаянно об этом просит. Хотя бы потому, что иначе им грозит сидеть вдвоём в кромешной темноте - кроме Доусона, свет наладить некому - да ещё в компании "грёбаного монстра". Появлению которого рейхсподонок ну нисколько не был удивлён. "Как и следовало ожидать, мы в логове врага," - флегматично думал он, перемахивая через многочисленные ящики и коробки. - "Интересно, это то самое лесное чудо-judo или кто-то из его братишек да сестрёнок? Попробуем навалиться все втроём - авось и..." Мысли, несшиеся до этого со скоростью гоночного болида, будто столкнулись с бетонной стеной и исчезли из головы Нэйла. Да и сам он застыл, как вкопанный, узрев существо, напугавшее Джека до полусмерти. - Вы!? - вот теперь-то фюрер был действительно удивлён. Узнать вчерашнего гостя-писателя было хоть и сложно из-за устроенного им театра теней, но сомнений не было никаких - это был именно он. Как же там звали этого мастера русской словесности?.. Стоп. А нет ли прямой связи между этими двумя встречами? Может быть, наш новый друг - шпион проклятых оборотней-снайперов, а то и вовсе их главнокомандующий? - Позвольте осведомиться, что вы тут делаете? - рейхсподонок сделал шаг вперёд, загородив собою Доусона, и встал в как можно более грозную позу. - Что-то не похоже, чтобы это было ваше жилище - в прошлый раз вы выглядели... более ухоженным. Джек, всё в порядке, - бросил он парню через плечо.

Romero: Заброшенный город остался далеко позади, уже совсем не видимый за высокими деревьями. Кандид летел над самой верхушкой леса, но внизу почти ничего не было видно из-за разлапистых елей и сосен, засыпанных снегом, к тому же - синим в лунном свете. Да впереди только упиралась в бездонное небо своими мерцающими сигналами радиовышка. Однако, обострившееся вампирье зрение сумело выхватить на крохотной полянке внизу троих, а чутьё и взгляд на их поля подсказал, что людей среди них не было. Вампира Ромеро определил сразу, а с двумя другими впал в замешательство. Один походил сразу и на вампира, и на оборотня, у другого же и вовсе сердцевина разительно отличалась от внешнего поля, хотя и имели они одну структуру. Решив не забивать себе голову здешними загадками, Ромеро мягко спланировал вниз, отыскав между деревьев место посвободнее. И едва он встал ногами в рыхлый снег, как крылья с тихим шорохом рассыпались, не оставив в рубашке и следа. Пожав плечами, вампир втянул носом морозный воздух и тут же нашёл в нём искомые нотки крови. Позади - человеческой (он с трудом подавил желание идти туда), а спереди - звериной. С чудесной ловкостью проходя глубокий снег, Кандид скоро нашёл и место кровавого побоища. Здесь пахло порохом, горелым деревом, а вокруг лежали мёртвые волки и медведи. Но большее любопытство вызвали рюкзаки, валявшиеся посреди истоптанного снега. Верно, это были вещи майора и его компании, оставленные в пылу бегства. Кандид оскалился, обнажив длинные клыки в заострившейся челюсти. Он был благороднее своего начальства, потому обыскивать рюкзаки не стал. Вместо этого ещё раз вдохнул запахи леса, отыскивая среди них человеческий или хотя бы запах сырого железа. Дверь нашлась не сразу, пришлось побродить вокруг неё - порох, до сих пор витавший в воздухе очень сбивал. Это немного остудило пыл вампира и было даже к лучшему. Попытавшись повернуть "штурвал", он понял, что дверь не заперта и открыл её, стараясь не скрипеть. Что оказалось невозможным. Старые, перекосившиеся под тяжестью петли издали душераздирающий визг. Быстро войдя внутрь, Кандид захлопнул дверь за собой, скрипнув ещё раз. Даже если и так - пусть думают, что ветер. "Руль" он, однако, повернул, задвинув толстые засовы. Вниз вёл бетонный коридор, поросший мхом, издалека слышались разговоры, даже чей-то крик о помощи. Пока что говоривших было действительно трое, и среди них невозможно было не узнать самого Нэйлбастера. Дойдя до конца коридора, Кандид выглянул из-за угла, откуда доносились голоса, благо в темноте зрение Невструева ощутимо улучшалось. А вот источниками света на всю компанию оказались два факела. Сложновато, конечно, но пройти можно, надо только избегать освещённых участков, в том числе чтобы не напугать компанию своей исковерканной физиономией, потерявшей всякий человеческий вид. И как-то скрыть своё присутствие. Насчёт тишины передвижения Кандид не сомневался, а вот горящий золотом изнутри глаз был отлично заметен, хотя совершенно не испускал света, вопреки распространённому мнению. И словно по желанию, глаз этот потух. Оскалившись ещё сильнее, Невструев медленно и аккуратно, не издавая никаких звуков, даже не дыша, двинулся к людям.

Ботаник: Когда первый «гость» выбежал с криками о помощи, Максимилиану показалось, что план удался и тот со своими спутниками просто покинет это место, позволив ему завершить свой злодейски-садистский план. Но второй вошедший ничуть не испугался его образа, даже наоборот, он увидел в «Палпатине» что-то знакомое, смешав опять все карты. Ботаник не меньше своего недавнего знакомого удивился присутствию последнего в бункере посреди леса. Если правильно верить его голосам, то перед ним должен был стоять глава мощной организации, а никак не авантюрист или беженец, который посреди ночи будет искать себе убежище за первой попавшейся дверью. Побеждено отведя фонарик в сторону, чтобы никого не смущать, Ботаник несколько секунд обдумывал что ответить. - Вы совершенно правы, это не мое жилище. Если бы я здесь жил, то горел бы как минимум свет, а вместо этой рухляди — он показал на генератор, - стояло бы что-нибудь поприличнее. Но мне казалось, что я запер за собою дверь коридора, ведущую к выходу из этого бункера. Как же вы смогли ее открыть тихо? - Он пристально взглянул на вошедшего, но потом сделал неопределенный жест рукой, словно отмахнулся от своего вопроса. — Надо было догадаться, что в бункерах есть черный ход... В общем и целом, я боюсь, что вы не поверите в мой рассказ, поскольку он лишен рационального объяснения. Видите ли, у меня бывают словно видения наяву. Я долго от них отмахивался, но уже решительно не могу этого делать и решил последовать за их зовом. Я должен встретить здесь одного старого знакомого, но это явно не вы и не ваш спутник. В остальном я о бункере знаю не намного больше вашего, хотя я уже довольно долго здесь гуляю и пытаюсь что-нибудь сделать со светом. Пока безуспешно, как вы можете не-видеть. - Ботаник рассмеялся сам над своим небольшим каламбуром.

Родаши: Родаши пришлось поспешить вслед за майором, хотя бы потому, что совет не лезть на рожон будет уже не своевременным. Однако вместо озвученного монстра девушка увидела потрепанного, но вполне человека, хотя бы внешне. Незнакомец почти сразу был признан фюрером, и это значительно упрощало ситуацию. Но все-таки доверия у девушки он не вызвал. "Зачем было пугать?" О бункере, по его словам, он не знает, но находится в нем уже продолжительное время, да еще ждет кого-то именно здесь? Отличное место встречи для случайного путника и его друга... Как и опасался несостоявшийся монстр - Рода не поверила в его видения. Возможно она заработала паранойю в этом городе, но очень уж не хотелось влипать в очередные неприятности, опасные для жизни. Но без указания майора Родаши не решилась что-либо предпринимать, оставив ему право решать. Ведь при благополучном раскладе можно будет урвать хоть кусочек сна от этой долгой ночи... Однако, уставшая и подозрительная, вор все-таки буркнула под нос: - И с кем это у него свидание в таком месте?... Одновременно, не желая пока ввязываться, Родаши заглянула в генераторную, пытаясь разглядеть состояние техники и возможные следы преднамеренной поломки...

Z: -Так ты не монстр? - с нескрываемой злобой спросил ещё недавно такой перепуганный Джек, разглядывая нового соседа и товарища по несчастью. - так вы ещё и знакомы все? А я - Z. И я пошел смотреть на генератор. И Джек пошел смотреть на генератор, разгоняя кромешную тьму подвернувшимся под руку кустарным факелом, стараясь не подносить его близко - вдруг рванёт. Состояние этой жравой груды железа оставляло желать много лучшего, но, вроде, ручками там никто с деструктивными целями не ковырялся - похоже, сюда этот луддит Невструевич (или Невструевас? Или Невструенко?) так и не добрался. Особо порадовало наличие столь же ржавых, но самых настоящих инструментов. Ну, разумеется, далеко не всех требующихся - не было даже банального паяльника (да и от чего тут паяльник работать будет?), но что-то тут сделать можно было. В общем и целом, прогноз был несколько более утешающим, недели показалось изначально - полдня работы и эта конструкция могла при наличии топлива даже начать тарахтеть. -Эй, чудовище! Не принесёшь фонарик и какой-нибудь солярки на растопку, я тут сейчас починю чуток!

Nailbuster: Нэйл понимающе фыркнул в ответ на усмешку литератора. Теперь он вспомнил, что в их первую встречу тот просто не пожелал называть ему своего имени - тогда было ничуть не удивительно, что вспомнить, как зовут новоприобретённого товарища по несчастью, он никак не может. - Значит, вы застряли тут точно так же, как и мы, мистер Немо? - назвав собеседника данной ещё в неразрушенном штабе кличкой, он присел на пустую бочку из-под солярки, коих здесь стояло несколько штук, и уже гораздо более благожелательно взглянул на него. - Скажите, а ваш старый знакомый, часом, не мохнатый лесной оборотень с редкостно дурными манерами и гипертрофированной жаждой убивать? Снаружи, знаете ли, бродят как минимум двое таких господ, и именно поэтому мы здесь. Фюрер счёл, что можно частично посвятить человека в злоключения каэмовцев. Если он заодно с врагом, то ничего нового ему всё равно от них не узнать, а если нет, авось им пригодится его помощь. Всё-таки он лучше них знает и город, и бункер. - Свет мы вам сейчас наладим, - заверил он мистера Немо. - Если герр Доусон случайно не соберёт вместо генератора самоходную мортиру, совсем скоро лампы тут воссияют, как встарь. Так что будет лучше, если вы и вправду используете фонарь на более благие нужды, чем пугать бедных путников, - он хмыкнул и воззрился на вошедшую Родаши, собравшись было что-то ей сказать, да раздумав.

Romero: В бункере оказался и четвёртый, во внешности которого вампир с огромным удивлением узнал погибшего фюрера КМ. Можно было, конечно, предположить, что это был просто очень похожий на него человек - тем более, что самого фюрера при жизни Кандид видел лишь раз, на похоронах не было даже тела, оно сгорело в ядерной жаровне. Тем более, что, похоже, никто больше в синевласом незнакомце Ботаника не узнал. Но об этом можно подумать и позже, сопоставив двоих фюреров. На лица у вампира память всегда была хорошей. Невструев осторожно подошёл поближе, но остановился на полушаге, когда обнаружил под ногой капитанские погоны с потускневшими без хозяина звёздами. Вряд ли майор носил с собой свои старые, значит эти некогда принадлежали Наркому. Значит надо будет их вернуть. Подняв погоны, Ромеро сунул их в карман и замер, вглядываясь в действия каждого из компании Нэйлбастера, стараясь предугадать их взмахи факелами, чтобы не попасть на свет. В довершение, у двойника фюрера обнаружился ещё и фонарь, которым майор уже начал распоряжаться, как своим собственным. А хуже всего было то, что некто Доусон - видимо, тот самый местный механик - вознамерился починить генератор и принести свет в этот сырой и ржавый подземный ящик. Стало быть, прощай, маскировка. Этого Кандид допустить не мог. Не сейчас. Отойдя назад, он бросил взгляд на кабели, ведущие в генераторную и расползающиеся по стенам во все стороны: вдоль стеллажей склада, на кухню, за угол, где был длинный коридор с указанием жилых блоков и столовой. Взвесив решение, Невструев бесшумно подошёл к одной из стен, сорвал полуистлевшую обмотку с кабеля и просто-напросто перекусил медную жилу. Поморщившись от горечи металла на языке, он поводил потерявшими последние человеческие черты челюстями и повторил трюк с кабелями на противоположной стене. Затем вышел в коридор и оборвал проводку уже там. Всё это, разумеется, легко поддавалось починке, но времени должно будет отнять порядочно. Невструев надеялся, что измученная недавней схваткой компания всё же разумно решит поберечь силы и отправится досыпать оставшуюся ночь, чтобы продолжить обживание бункера на свежую голову. А другого, кроме этой ночи, Кандиду и не надо было. Сняв с клыков кусочек чёрной изоляции, вампир вернулся на склад, продолжив следить за майором и его немногими соратниками.

Ботаник: Ботаник внимательно оглядел всех вошедших, но старался не показывать свое внутреннее волнение. План был на грани срыва, но с другой стороны эти новые «знакомые» могут ему помочь в его осуществлении. Он покорно направил свет своего фонарика на сломанный генератор, так чтобы было удобно ремонтировать эту старую рухлядь. Из всех присутствующих он не смог завоевать доверия только у девушки, значит с ней надо быть начеку, остальных ему будет легче обмануть, когда это понадобиться. С другой стороны, единственный кто сможет в нем опознать его настоящую сущность лежит за закрытой железной дверью и коридором, нужно было придумать, как его убрать быстрее, чем его найдут «гости». Гости? Как будто я здесь хозяин... — промелькнуло в голове Максимилиана. - Как и при нашей первой встрече, я не считаю информативным говорить о своем имени, по сути оно мало чем нам сейчас поможет, я с радостью останусь для вас под именем Немо. - голос Ботаника был слегка нервозным; починка генератора может занять кучу времени, а действовать надо было быстрее. - На улице бродят оборотни? Я об этом подозревал, за мною кто-то следил вчера ночью, впрочем раз вы здесь, и они на вас напали, я могу сделать вывод, что здесь они так быстро не появятся... Но боюсь я с ними не знаком, а тот кого я хочу встретить, возможно пострадал именно от них... Свет мне нужен чтобы при нашей встрече можно было быстро организовать ему помощь... Топливо есть на складе, здесь я боюсь мы располагаем только одной небольшой канистрой, все бочки пусты, я их уж проверил... - Ботаник говорил медленно, после каждого предложения он делал паузы, чтобы обдумать все что он скажет. Перед его глазами маячал уже до тошноты знакомый красный призрак, который строил рожки Нейлу и показывал ему всяческие непристойные жесты. Если бы ты больше посвящал свое время коалиции а не своим фантазиям, этого бы не случилось — орал призрак Нейлу прямо на ухо, но майор не мог услышать звуковые и визуальные галлюцинации Ботаника. Что ты с ними возишься? Заверши наконец свое дело! Он лежит всего в нескольких метрах от тебя, а ты решил сделать из убийства целое представление! Как это на тебя похоже, но теперь ты видишь, что заминка в пару часов тебе принесла? Незваных гостей, да еще каких... - громко орал призрак уже на Максимилиана, который старался оставаться спокойным, чтобы не показать, что здесь есть кто-то помимо них четверых. В такие минуты он всегда желал, чтобы кто-то еще мог видеть все что происходит у него в голове. - Ваша починка, она займет много времени? - Обратился бывший фюрер к спине Джеку, который начал колдовать над генератором, чтобы скрыть от света пот от волнения.

Z: -Дорогуша, если вы всё-таки принесёте мне жидкого топлива и дадите фонарик - скорее, чем если нет. Z даже не повернулся. Частично потому что был действительно занят, частично потому что этот некто Немо начал его действительно раздражать. И первоначальная причина такого отношения не была единственной - к ней добавились его чертова анонимность и абсолютное, кажется, нежелание расставаться с фонариком во имя высшего блага. А без направленного света от фонарика было действительно плохо видно, что там внутри не так. Черт, тут же даже тестера нет, это ж как я тут буду? И инструменты ржавые.

Родаши: - Да, да - вот ваше топливо, - Родаши подтолкнула принесенные майором канистры к невольным ремонтникам. "Смотрите-ка, какой скрытный. И Нейла это устраивает?" Решив временно оставить компанию под присмотром друг друга, она незаметно вернулась на склад. Вор уже достаточно освоилась в здешней темноте, чтобы можно было положиться на собственные чувства и не ломать ноги о нагроможденные повсюду предметы. Свет светом, но и отдых после этой бесконечной ночи был необходим. Поэтому, дабы не терять время зря, Рода медленно искала пригодное для сна помещение. Свернув за ближайший от генераторной угол, девушка вышла в коридор, немалое количество дверей в котором, судя по всему, вело во все новые помещения. "Черт, осмотр каждого займет уйму времени..." Решив, что это не такая уж первостепенная задача, Родаши развернулась обратно, по привычке держась стены. Зацепившийся за что-то рукав жалобно затрещал, грозясь вот-вот порваться. Причиной послужили оборванные толстые провода. Аккуратно отцепившись, Рода недоверчиво проследила, далеко ли они ведут. Как назло, они действительно вернули ее к генераторной, к тому же по дороге обнаружился еще один разрыв. - У меня для вас отличные новости - одно топливо нам не поможет, - Появившись рядом с майором, сообщила вор. - Провода, ведущие сюда, в нескольких частях оборваны... "Или перекушены..." При этом настороженный взгляд вновь смотрел на "мистера Немо". Устало потерев глаза, Родаши жалобным тоном протянула: - Джек, починка ведь еще больше времени займет? Может организуем тихий час? Для безопасности со сменой вахты. А потом уже и инструменты поищем и всякие столовые поприличнее и другие склады осмотрим? И стационарный костер можно организовать...

Чёрный барон: Вжик, и последний пакетик с кровью снабдил раненого Генриха своим содержимым, но раны словно и не собирались затягиваться. Регенерация обычно так долго не проходила, даже такие сложные раны раньше затягивались быстрее. Это могло означать только одно... Он точно жив! И он скоро придет за мной! - эти мысли так сильно испугали черного барона, что его кожа кажется стала еще более белой. Предстоящая встреча его с бывшим фюрером грозила ему только смертью, но за всю свою неполноценную жизнь искусственный вампир научился ее любить. Расставаться с нею он никак не хотел. Проследовать в Излучинск его как раз заставили первые подозрения о возрождении Ботаника, КМ, а точнее Нейл были его единственным спасением. Если бы только удалось встретиться с ним раньше, поговорить и убедить в том, что возрожденный Максимилиан не тот же самый что и до смерти и что от него следует избавиться, тогда Шлюсселю удалось бы спасти свою жизнь. Но это все было мечтами. А пока вокруг этот сырой и темный бункер в который с разницей в два часа проникло несколько человек. Первый явно не обратил внимания на тело, но он прошел пару раз мимо Черного барона, только двигался он так будто знает что лежащий в столовой вампир еще жив и специально ему не давал себя разглядеть. Еще один «вторженец» застрял за дверью коридора от главного входа, которую закрыл первый. И, наконец, несколько человек проникли в бункер откуда-то еще. Были бы у него силы, Генрих бы поднялся и как следует изучил пространство, но он не мог даже пошевелить целыми конечностями от истощения, кровь надо было экономить, но теперь она кончилась. Черный барон набрал в легкие как можно больше воздуха и пронзительно крикнул на весь бункер, так чтобы его было слышно. В конечном счете, кто бы там не вошел в бункер, они ему помогут.

Romero: Кандид уже начал уставать от бесконечного промедления фюрерской компании. Прислонившись спиной к стеллажу, он был даже рад девушке по имени Родаши, что высказала, похоже, первую разумную мысль за сегодняшнюю ночь - устроить, наконец, привал и поспать, отдав себя в хладные руки вампира. Хищно улыбнувшись в предвкушении, Невструев сложил руки на груди, как вдруг его носа коснулся тонкий и терпкий запах крови. И даже не горячей, только что выпущенной из тела, а давно остывшей, смешанной со всякой химией. Сперва Кандид даже подумал, будто это ему почудилось, тряхнул пару раз седой головой, но запах не исчезал. Стало любопытно, откуда в ржавом бункере посреди тайги могла взяться донорская кровь. Осторожно, чтобы не показать никому своего присутствия, Ромеро двинулся по коридору. Но тут ото всех стен разом отразился чудовищный вопль, заставивший даже вампира вздрогнуть. Проследив, откуда могли кричать, Кандид заглянул в столовую и едва смог сохранить рассудок от царившего в ней аромата пролитой крови. Видимо, не почувствовал он её раньше только из-за стен, усыпанных липкими эмоциями, рыхлой ржавчиной и благоухающей в вампирском обонянии плесенью. Сохранить рассудок-то он смог, а вот единственный глаз снова вспыхнул золотом. Делать было нечего - и Кандид подошёл к телу, распростёртому в луже, видимо, собственной крови. Это оказался вампир, изрядно замученный, обессиленный, но вроде "живой". Крик его, однако, явно услышали бы и каэмовцы на складе, поэтому Невструев плотно затворил за собой похожую на переборку дверь, подперев её какой-то найденной рядом трубой. Склонился над телом. - Кто ты?.. - вкрадчиво поинтересовался хрипловатый голос в голове Генриха.

Nailbuster: - Час от часу не легче... - скорбно выдохнул фюрер, услышав про оборванные провода. Факел в его руке догорел уже наполовину, и вопрос света становился с каждой минутой всё актуальнее. К тому же его уже минут двадцать гложело крайне мерзкое чувство - будто бы в окружающем сумраке появилась новая угроза, и её источник, создание явно не людской породы, наблюдает за каэмовцами издалека и чего-то терпеливо ждёт. Впрочем, это могло быть просто игрой разыгравшегося некстати воображения, но причин запустить наконец генератор хватало и без этого. - Пожалуй, Родаши права, - после пары минут сосредоточенных раздумий изрёк Нэйл. - Джек, если я хоть немного смыслю в электронике, заменить провода у вас быстро не получится. Есть смысл вернуться на склад и развести там костёр - тут для ночлега будет тесновато, да и бензина во сне нанюхаться можно... - он поморщился, представив, сколь интересные сны ему уготованы рядом с мёртвой машиной. - Дежурить будем так... И тут в далёких глубинах бетонного лабиринта кто-то закричал. Вопль, наполненный болью и страхом, заставил Нэйла вздрогнуть от неожиданности. - Вы это слышали? - обернулся он к остальным. - Надо проверить - вдруг в нашем маленьком клубе жертв лесных стрелков наметилось пополнение? С этими словами он покинул генераторную и зашагал к источнику крика, разгоняя тьму на своём пути догорающим факелом. На складе ничего нового не нашлось, но в дальнем его конце обнаружилась ещё одна дверь - похоже, за ней-то и кричал незнакомец. Дверь оказалась заперта - пару раз дёрнув её в обе стороны и в сердцах пнув ногой - звук удара гулко разнёсся по коридорам - вождь убедился, что попасть внутрь возможности нет. Между тем по ту сторону двери больше не раздавалось ни звука. - Там заперто, - чертыхаясь вполголоса, прошипел он, вернувшись к остальным. - Простите, что покинул вас, но кажется, на одну неразрешимую загадку стало больше. Мистер Немо, - обратился он к писателю, которого решил считать самым сведущим среди своих товарищей по несчастью. - Что находится за другой дверью склада и есть ли туда ещё проходы?

Ботаник: Ботаник послушно тыкнул фонарем в спину Джека, пока тот не забрал фонарь, но через мгновение уже вернулась спутница майора и Z, которую так и не представили Максимилиану, с известием о том, что света не будет. Он немного разочаровался при мысли, что маленько представления не получиться, хотя вроде и зрители собрались и сцена готова, только свет... После того как раздался пронзительный вопль Генриха, Ботаник отвернулся от все источников света и беззвучно улыбнулся. Было бы трудно уговорить всех проследовать в столовую, когда они собираются лечь спать, чтобы не вызвать подозрения, а черный барон сам призвал их к себе. Представление начинается. Максимилиан, как и полагается злодею, злобно сжал свои руки в кулак, а потом повернулся, на мгновение забыв о конспирации, но Нейл уже ушел, а Z пока не смотрел на Ботаника и тот быстро сделал из себя безобидного «мистера Немо», слегка испуганного фактом перекушенных проводов и вопля неизвестного где-то внутри бункера. Он долго не знал что сказать присутствующим, так как теперь ситуация полностью вышла из-под его контроля, но надо было как-то убедить их проследовать в пресловутую столовую. К счастью бывшего фюрера, слова подбирать не пришлось, так как вернувшийся Нейл четко дал понять, что кричавшего надо найти. - За другой дверью со склада находится что-то подобие кухни смежной со столовой. В столовую саму можно попасть через главный коридор, там нет двери. Но и кухня не должна быть заперта, по крайней мере она не была... - Ботаник задумался.- Кто-то пошел к кричавшему, и раз он закрыл за собой дверь, значит это не ваш знакомый. Думаю стоит разделиться на пары и проникать в оба входа... - Максимилиан запнулся. - Простите, я тут ничего не решаю, я просто хотел предложить что-то, но у вас даже нет повода мне доверять...

Чёрный барон: Помощь пришла быстро, как этого и ожидал Шлюссель. Правда «спасатель» зачем-то закрыл дверь и не то чтобы очень был похож на существо с благородным намерением помочь израненному черному барону. Генрих долго сверлил глазами склонившегося к нему вампира и последняя надежда спастись от Ботаника у него растаяла. Простой человек «помог» бы ему тем, что одолжил бы свою кровь, а кмовец его мог бы и узнать, хотя его не было в коалиции уже целых полтора года и кто знает, сколько за это время не стало боевых товарищей и сколько набрали новых. Когда барон услышал в голове голос, он сразу сообразил, что не стоит говорить вслух, возможно люди за той дверью не были так надежны, раз этот вампир их там закрыл, а возможно что вампир просто от них скрывается и тут уж тем более не стоило выдавать его присутствия и навести на себя его гнев. - Я Генрих Шлюссель, вампир-фрик из бывших рядов Милениума и КМа, если тебе эти названия что-то говорят, вампир. Я тут немного пострадал от одного местного чудовища. - барон попытался улыбнуться своей шутке, но ему от этого стало только хуже. От проступившего сильного кашля ему пришлось даже немного подняться, но потом он снова лег на холодный кафельный пол столовой. - Я здесь уже много часов валяюсь, но мои раны даже не начали затягиваться. Это дрянь нихрена мне не помогла за все это время.- пустой пакетик крови, который Генрих до этого сжимал в кулаке, совершил небольшой полет по столовой, где было уже раскидано несколько штук ему подобных. - Это был последний, и если честно, я понятия не имею, как мне добраться до своих. А кто ты? Хотя это глупый вопрос, какая мне разница кто ты?! Лучше скажи кто в этом треклятом бункере есть помимо тебя?

Romero: Золотой глаз вампира немного потух, будто огонёк с той стороны отнесли подальше. Число каэмовцев в бункере, похоже стало расти - их словно манило ко всему, что несёт на себе эхо войны или повальной секретности с тремя грифами! Удивительно было то, что каэмовцы эти появлялись не с поезда, не выходили из леса, а сходили с летописных книг коалиции. Сперва Ботаник - а теперь Ромеро почти не сомневался, что это был именно почивший фюрер - немного позже и Генрих Шлюссель, которого Невструев вживую никогда не видел, но был наслышан о нём. - Старший лейт... - голос в голове фрика оборвался на мгновение. - Нет... просто Кандид Невструев. Вряд ли один из первых коалиционеров и подозревал о его существовании - простого вампира, коих когда-то насчитывались десятки тысяч. Теперь, правда, уже не совсем обычного, но что это меняет? Ромеро обвёл взглядом израненное тело Шлюсселя, глянул на пустые пакетики рядом. - Здорово тебя отделали... потому и не затягиваются. Вот, - он достал из-за голенища сапога ещё один плоский пакетик с мутно-чёрной субстанцией и передал его Генриху. - Был при КаэМе научный отдел. Это - одна из последних его разработок... В основном, донорская кровь, но обогащённая и сверхпитательная. Повышает скорость реакции клеток на выделяемые... эм. Словом, выпей, восстановишься быстрее... Мне она всё равно уже не помогает. Повернув полупарализованное лицо в сторону двери на кухню, Кандид вслушался в голоса за стеной. Разобрать, однако, смог только монотонный бубнёж Нэйла и "мистера Немо". - Там четверо... - вновь дал о себе знать голос в голове фрика. - Нэйлбастер, его приближённая - Родаши, манипулятор теней по нашей классификации. Некий Доусон, местный механик и... и парень, очень похожий на Ботаника. Невструев не имел привычки бросать в беде тех, кто нуждался в помощи. Тем более, если болезный попросил не перерезать всех, кроме него, а лишь сказать, есть ли кто вообще поблизости.

Z: Раздосадованный Джек встал с корточек, на которых так уютно устроился, развернулся и подошел к присутствующим с явно уставшим и не очень-то довольным жизнью видом, по дороге успев посветить фонариком в глаза каждому (каждый раз внутренне умиляясь кинутой ему в ответ "зиге", призванной загородить яркий бьющий прямо в глаза свет) да и вообще едва ли не во все стороны. -Моё дело тут вообще маленькое до невозможности - сидеть, чинить генератор, периодически дрыхнуть, жрать и надеяться, что это кричали от боли перебитые провода. Слушай, Эмо, а ты, случаем, не в курсе, кто тут вообще обитать может? Для заброшенного бункер как-то перенаселён. А я всего лишь хочу спать. И проснуться дома, желательно забыв всё происходившее здесь. У меня скоро от недосыпа глюки пойдут, честно, пойдёмте уже хоть куда-нибудь, где чуть-чуть тепло и мягко. Насчет глюков не знаю, но бредить я уже начал и прекращать пока вроде не собираюсь... -И вообще мне не нравится этот хмырь! - бормотал Джек всё неразборчивее, иногда зевая посередине предложения и, разумеется, обращаясь уже не кому-то конкретно, а непосредственно в Мировой Эфир - Мало того, что напугал меня посреди ночи тут своим фонарём, дык ещё и в упор не хочет говорить ни кто такой ни как тут оказался.

Чёрный барон: Генрих внимательно слушал и следил за Невструевым. Это был крайне необычный вампир, как барон успел заметить, еще и из «своих»... Удача? В нее Шлюссель не верит, все было задумано заранее высшими силами, которые ему не дано постичь, лишь бы самим выжить, а остальное пусть идет мимо. Еще один пакет крови от «своего» был весьма кстати, если кровь так хороша, то сил хватит чтобы добраться до Нейлбастера. Когда он услышал, что Нейл здесь, в этом бункере, Шлюссель буквально забылся от счастья и перестал цепляться за пакетик крови, как маленький ребенок за леденец. Судьба ко мне благосклонна, сил точно хватит дойти, в конечном счете, я смог доползти до столовой, тут еще немного усилий, коридор и пару дверей, а дальше надо уговорить фюрера убить Ботаника, чего проще? Генрих уже было поднялся и сел, когда наконец до него дошло, что с Нейлом было еще трое. Некая Родаши, которая была из «наших», какой-то местный механик и... - Б... Бо.... БОТАНИК?!- черный барон наорал на своего «спасителя» вслух, но тут же закрыл рот руками. Идиот! Они же могут услышать тебя. - Ты, то есть простите, Вы уверены, что это был именно он, а не кто-то еще очень похожий? - Шлюссель вернулся к телепации, чтобы хоть как-то обезопасить себя от ужасных мыслей. Он так хотел услышать неуверенность в голосе своего собеседника, что с мольбой взглянул на вампира, хотя какая мольба может получиться у безумного убийцы, это был скорее обреченный взгляд приговоренного на смертную казнь. - Простите, я не могу вас просить об этом, но мне нужна более серьезная помощь от вас, чем этот пакетик крови. Раны не затянутся даже если вы мне принесете живой воды из какой-нибудь сказки, это все из-за Него. - всё тело черного барона напряглось, а в голосе уже начали звучать нотки истерии.

Родаши: Нет, разделяться, как предложил мистер Немо, и действовать по совету подозрительного для нее лица в таком месте Родаши не собиралась. Да и Джек кажется разделял ее отношение. Но бдеть за всем бесконечно они уж точно не смогут. И какой теперь безопасный сон с неизвестными и кричащими? Оставить за спиной, тем более, что их даже двое? Вор иногда и вела себя необдуманно, но сейчас этого делать была не намерена. Хотя лезть на рожон вряд ли со стороны назвали бы разумным... Заговорила Родаши так, чтобы создать впечатление пустяковой заминки в их планах, и ни о чем беспокоится им не стоит. - Да, майор, идите на склад и попробуйте отдохнуть. И захватите вашего знакомого - нечего его без присмотра оставлять. И вот, возьмите, - Родаши вложила в руки Нейла пистолет. - Пока он вам нужнее, но надеюсь применять его не придется. Я же проверю в том направлении и вернусь к вам. К тому же, запертые двери мне не помеха. Полномочиями командовать ее никто не наделял, но ведь до КМ вор и вовсе была предоставлена сама себе. Так было проще - полагаться на себя. Уж тем более в таком месте, где твориться все, что угодно. Поэтому Родаши просто пожала плечами как знак извинения за своевольность и за бросание соратников и исчезла за пределами света факела. Ведь с ними ничего не случится, я вернусь...

Romero: От Генрихова крика вампир мелко содрогнулся, поддаваясь порыву и жадно впитывая чужие эмоции. Фрик, впрочем, быстро, хоть и ненадолго, взял себя в руки, прервав их поток, и Кандид остался наедине с вопросом - чем же могло испугать имя бывшего вождя, почётного мертвеца и прочая? Особенно того, кто был под его непосредственным подчинением очень долгое время. - В Излучинске слишком мало жителей, чтобы один из них имел характерную внешность, - голос в голове фрика как будто стал чуть более глухим. - Нет, он не точная копия Ботаника, но очень-очень похож. С допустимой погрешностью можно сказать, что это действительно он... Извини... В сознании Шлюсселя из ниоткуда возник словно запечатлённый на фотоплёнку портрет мистера Немо посреди генераторной. Пускай Кандид и потерял возможность читать чужие мысли, но это не повлияло на работу с психикой и людей, и ему подобных, и даже искусственных вампиров. Сам же Невструев снова обратил взор к заблокированной двери, навострил уши. Голоса стали слышнее, значит компания вышла из генераторной, а шаги говорили о том, что кто-то один отправился-таки на разведку. Мгновение спустя по сравнительной их лёгкости понятно стало, что идёт сюда единственная девушка из фюрерской шайки. Что ж, пусть идёт. Наткнётся на запертую дверь и вернётся. - Я не знаю, чем тебе помочь, - после непродолжительного молчания сказал Ромеро, машинально коснувшись пальцами засохшего пятна собственной крови на рубахе. - Дверь есть только между этой столовой и коридором, по которому сейчас к нам идёт Родаши. Судя по её досье, она человек исполнительный. Да и близкий к Нэйлбастеру. Может поймёт и что-то сделает. Кандид поднялся на ноги и ещё раз глянул в сторону тяжёлой двери, поразмыслив - не убирать ли трубу. Решил убрать - и кусок ржавого железа ни с того ни с сего отлетел от двери, звонко загромыхав в углу столовой. - Не буду же я тащить тебя раненого на склад, где тот, кто тебя искалечил... Он - это ведь реинкарнация почившего вождя?

Чёрный барон: - Если бы за меня принялся фюрер, я бы тут уже не сидел... Нет это был какой-то очень сильный вампир оборотень, что бродит в лесу, но это уже не важно. Помочь мне теперь может только чудо, впрочем, если вы один из КМ, то почему закрыли за собой дверь, оставив по ту сторону товарищей? - Генрих на самом деле не хотел знать ответа на свой вопрос, это было уже не важно. Синеволосый мистер Немо у него в голове безусловно был Максимилианом Ботаником, который пришел сюда его убить, точнее уже добить. Между людьми в генераторной чувствуется напряжение, не зря Родаши, как ее назвал новый старый знакомый Шлюсселя, пошла одна, она больше всех не доверяет Ему, это может помочь, вот только Генрихне был искусным дипломатом. - Ботаник настоящий трус, он не способен никого убить, кроме как себя, но и это ему не удается. Пытаясь себя убить он порождает «нас», а мы должны ему служить. «Мы» лишь его марионетки, и он дарит нам умения по своему усмотрению. Как только он умрет, мы все должны покончить с собой чтобы его душа смогла полностью восстановиться. Но я ослушался, а он все равно смог возродиться, вот только ничего не помнит о своих прежних жизнях. У него на уме теперь только одно — убить меня и вспомнить все, он даже не знает почему. А я потерял все свои способности, ну кроме некоторых, которые даруют мне чипы Милениума. Не знаю зачем я это тебе говорю, но ты явно умнее меня, раз был начальником в научном отделе. Может ты что-нибудь придумаешь. - Черный барон раздавил полученный им пакет с обогащенной кровью и выпил полностью. Самочувствие улучшилось, но тело не начало изменяться, только перестала идти кровь из ран и боль немного отошла. Генрих поднялся и прислонился к одной из стен столовой, слушая с замиранием сердца, что теперь происходит на складе или в генераторной.

Romero: - А что, это так бросается в глаза?.. - раздался хриплый вопрос, быстро затихший в голове Шлюсселя. Кто тут был умнее ещё следовало узнать - Кандид не представлялся главной научного отдела, хотя это и можно было понять из сбивчивых объяснений с обилием специальных терминов. - Интересный у него способ продления жизни, - проговорил вампир, вспомнив пару сотен своих не пригодившихся марионеток. - Но тут я действительно бессилен без научной базы, образцов чипов, инструментов и много чего другого. Каэмовские фрики создавались без моего участия. Ещё один взгляд светящегося изнутри глаза скользил с освободившейся двери до прохода на кухню и обратно. Невструев замер в ожидании, тщательно вслушиваясь в каждый шорох. Весь продуманный план действий рушился на глазах - да и был ли этот план вообще? В порыве безумия Кандид пролетел огромное расстояние, но тут же пришёл к взаимоисключению, как только решил маскироваться до последнего, прикидываясь темнотой подземелья. А и надо-то было выяснить лишь то, куда майор подевал принесённое Кармиллой доказательство Кандидова поражения. Но... если и действовать, то действовать до конца. - Я закрылся от них, потому что меня здесь нет и никогда не было, - продолжился сеанс чревовещания в голове фрика. - Я не знаю, чего ты хочешь, но если жить - я охраню тебя от Ботаника, пока не выберешься из бункера и не напьёшься чьей-нибудь крови. Если смерти Ботаника - я никого убивать не буду. Услыхав, что Родаши совсем близко, Ромеро глянул на Генриха, удостоверился, что тот способен самостоятельно стоять, и подскочил кверху, схватившись за висящий над одним из столов плафон без ламп. Качнулся и, подтянувшись, приник спиной потолку, упираясь руками и ногами в выступающие стальные балки. Золотой глаз, выдающий его, гаснуть не хотел, и вампир просто прикрыл веки. Чувствовать происходящее в столовой можно было и без зрения. В голове Шлюсселя он больше не вещал.

Nailbuster: Прежде чем Родаши скрылась в дверях, Нэйл окинул взглядом всех присутствовавших и задумчиво покачал головой. Как бы ему ни хотелось броситься разгадывать загадки бункера посреди леса, но они все и впрямь были порядком измотаны, а тут ещё и рука, израненная в битве с собакой, начала некстати ломить. Почему фюрер не обращал на боль внимания до сих пор, было неразрешимой загадкой его великодержавной физиологии, а между тем на пальцах и в ладони похрустывала засохшая кровь. "Ладно, пёс с ней, с рукой", - флегматично решил рейхсподонок, постаравшись забыть о боли ещё ненадолго. Коротко кивнув воровке - мол, хвалю за исполнительность, выполняйте - он обратился к оставшимся: - Господа хорошие, а ведь Джек прав. Денёк, да и ночка тоже, выдались напряжёнными, и нам положительно нужен отдых. Как видим, - он кивнул в сторону двери, - фройляйн Родаши решила проявить инициативу и разведать, что там к чему. Я в неё верю, как в себя самого, поэтому считаю, что тыл наш прикрыт. На самом деле как раз в этот момент фюреру вспомнилась рана ефрейтора, полученная на острове, и он жёстко усомнился в собственных словах насчёт прикрытого тыла. Но мистеру Немо и уж тем более многострадальному Доусону виду подавать не следовало. - В общем, ведите нас в любое безопасное помещение, где мы сможем вытянуть ноги, - скомандовал он таинственному хозяину подземелья. - Если Родаши что-то найдёт, мы об этом узнаем по громким крикам о помощи, выстрелам, хрусту костей или ещё чему-нибудь... А сейчас хотя бы двоим из нас нужно поспать.

Ботаник: Общая нервозность собравшихся перешла и к Ботанику, в начале грубость от механика, потом недоверие со стороны единственной девушки в этом бункере и, наконец, абсолютное спокойствие их начальника. Ботаник думал до этого о том, что интересно было бы поиграть на чувствах этих людей, или сделать ситуацию еще более мистической до чужой дрожи костей, так чтобы у них сдали нервы, но потом передумал, поскольку они этого никогда не почувствуют, они слишком сильны для этого. Максимилиан грустно оглядел оставшихся с ним Джека и Нейлбастера. Возможно, что была права именно фройляйн Родаши, которая и покинула, на счет мистера Немо, но теперь у бывшего фюрера были развязаны руки, он мог спокойно завершать свой план. Они ведь не знают устройства бункера и он их спокойно может привести в столовую... Нет это будет слишком легко. - Здесь, пройдя через центральный коридор, мы сможем попасть в бывший жилой блок этого бункера, там есть комнаты с кроватями и на некоторых из них даже остались матрасы с постельным бельем. Могу вас провести туда, если пожелаете. На складе не много вещей, из которых можно было бы сделать удобное спальное место, к тому же там весьма холодно. - Ботаник перешел на более мягкий и несколько певучий голосок, завлекающий «жертву» в ловушку. Пока Максимилиан говорил, он успел дойти до двери, выходящей из генераторной и остановился на пороге, приглашая «гостей» проследовать за ним на темный склад. Фонарик он обратно требовать не стал, зрение нелюдя легко привыкало к темноте, так что все было видно, конечно без мелочей, но достаточно, чтобы не бояться идти. Ботаник просунул обе руки в широкие рукава своего грязного плаща и скрестил их на груди. Пока он ждал, что оба его спутника пойдут за ним, его правая рука нащупывала спрятанный во внутреннем кармане пистолет, тоже на всякий случай...

Родаши: Удивительно, но дверь спокойно открылась без всяких ухищрений со стороны вора. "Либо майор что-то напутал, либо... Добро пожаловать в кошмар..." Если б не подкативший к горлу мерзкий и давящий комок, Родаши обязательно бы нервно хихикнула, войдя в помещение столовой. Оказывается, воображение уставшего и напуганного человека имеет свойство материализовываться наяву. Изувеченный, без одной руки и в разорванной одежде, но все-таки стоявший на ногах человек вкупе с пропитанным запахом крови помещением производили нереальное впечатление. Рода уже прокляла сама себя, что позволила раненому себя сразу обнаружить, не таясь. Одновременно хотелось спросить его о ранах, возможно предложить помощь и расспросить. Но кажется проще было напасть или же вообще убежать, оставить и не видеть всего этого и не думать, кто или что могло лишить того руки. Не приближаясь и держась стены, Родаши нервно окликнула: - Э-эй, вы жживой? Вы здесь один? Глупо было задавать такие вопросы тому, кто больше походил на хороший труп, чем на хорошего собеседника, но сейчас девушка была действительно растеряна.

Чёрный барон: … сейчас к нам идёт Родаши. Судя по её досье, она человек исполнительный. Да и близкий к Нэйлбастеру. Может поймёт и что-то сделает. Вспомнил Генрих, когда наконец смог увидеть вошедшую, по всей видимости, она и не сильно старалась скрыться из-за вида столовой, который провел ее в ужас. Черный барон хотел бы многое продумать, рассказать вошедшей и объяснить все, лишь бы она его правильно поняла и сделала все как надо, но на это катастрофически не хватало времени. Кровь, которую дал Невструев, могла вскоре иссякнуть, и Шлюссель это чувствовал, раны отнимали много сил, а потерять сознание, когда недалеко находился Ботаник, было крайне опасно. - Бывший лейтенант КМ — Генрих Шлюссель. Я один из старых доброжелателей и подчинённых Нейлбастера... Надеюсь, что он следует за вами, а вы просто проводите разведку? - это был самый короткий и ёмкий ответ, который смог быстро сформулировать барон. Но был и второй вопрос к раненому, ответ на который ему, бывшему Кмовцу, казался логичным, вот только в реальности все было по-другому. Генрих ответил бы «да» в любом случаи пока был в рядах КМа и не был бы при смерти, не смотря на личную просьбу скрывающегося. Но сейчас положение таково, что единственное живое существо, которое его защитит, намекало на запрет раскрытия его присутствия. В голове бывшего немецкого и тоже исполнительного офицера столкнулось два жизненных принципа, один из которых был совершенно ему не свойственен. Единственным выходом из положения, как это смог быстро понять Шлюссель, стало игнорирование второго заданного вопроса, и списание его (вопроса) на испуг вошедшей.

Родаши: - Что ж, бывший лейтенант, отлично выглядите... Знаете, потеря руки для обычного человека была бы весомой проблемой. Что с вами произошло? Страх ушел, вернулась настороженность. Родаши тянула время, решая, вести ли Генриха к фюреру. Она уже заметила пустые медицинские пакеты, в которых была кровь - но это особо не удивительно, ведь в КМ мог служить кто угодно и с любыми способностями. Это если верить в доброжелательность Шлюсселя. Однако существовал и риск привести к соратникам враждебного нелюдя. К тому же, хоть Рода и не подала виду, раненый показал, что вполне уверен в нахождении майора в данном бункере. "Откуда, интересно?.. Тьма, моя паранойя развивается с ужасающей скоростью". Стараясь держаться уверенно в глазах Генриха, Рода вдвое сократила расстояние между ними, небрежно доставая нож. Слабый перевес в силах, но вор больше не собиралась показывать свою неуверенность.

Romero: Висеть под потолком оказалось на удивление легко, вес тела будто бы и не чувствовался вовсе. А вот обзор с этой точки был замечательным. По крайней мере, видна была похожая на переборку дверь, вошедшая в неё девушка, и виден был Шлюссель. Кандид не удержался и втянул носом пыльный воздух, пропитавшийся такими разными, но желанными эмоциями: страхом, переживанием, решительностью. Переставив руку, вампир заметил, что потолочную балку сжимают закованные в когтистый доспех пальцы. То же случилось и с другой рукой, но значения этому Невструев не придал, когда заметил, что Родаши как-то успела достать нож. Того ещё не хватало - чтобы на израненного Генриха снова бросались со вполне понятной целью. Но с другой стороны, у девушки хватало причин сомневаться в честности фрика - вернее, не было причин не сомневаться. Кровоточащий, хотя и напившийся крови нечеловек, ошивающийся в бункере и просящий аудиенции у самого - это бы и Кандид поставил под сомнение... когда-то... когда всё было иначе. Сейчас же его затуманенный разум был предельно ясен. И даже больше - Ромеро отдавал себе отчёт, что видит, как двигается каждый мускул на лице Родаши, слышит, как понемногу распрямляется скомканный полиэтилен пакетиков из-под крови, готов бросится сверху на воровку, едва та замахнётся своим ножом на Шлюсселя. Кандид даже прогнулся вперёд, сжав балки в стальных когтях, нависнув над ними двумя и сверкая холодно-золотым глазом.

Чёрный барон: Не отвечать на вопросы вышестоящего по званию и сметь задавать свои?! Пронеслось в голове черного барона. Оно было бы и на устах, если бы не данная ситуация и тот факт, что он пропал из жизни КМа почти на полтора года. Однако это типичная для офицеров среднего звена мысль заставила вспомнить Генриха былые времена. Тогда, когда он боролся за каждый кубик на погонах, давным давно в небольшом концлагере на территории Польши. Но война кончилась, а его звание младшего лейтенанта СС из «средненьких» превратилось чуть ли не высшее в обоих организациях, в которых он позже состоял. Повлияла и близость к руководству организаций. - Если бы я был простым человеком, то полагаю, что мой возраст был около 98 лет. - попытался пошутить Шлюссель в совершенно не смешной ситуации. - То что со мной случилось пока что — это пустяки, но то что может еще произойти будет весьма дурно как мне, так и вам с Нейлбастером. Дело в том, что в этом бункере находится враг номер 1 нынешней коалиции. - блеф, все что осталось из арсенала Генриха. Ему даже советовали научиться играть в покер, но по признанию более профессиональных игроков, барон был прозрачен как вода. Сам он не любит карточные игры и считает их развратом. - Полагаю, что вы его уже где-то здесь встретили. А раз за вами пока никто не пришел, то оставили герра Майора с ним наедине? Это весьма... - Генрих запнулся, так как могло слишком растянуться. Основная идея должна была дойти до собеседницы, а для него это было бы выигрыванием времени и подготовкой ко встречи с Ботаником. Так проверим же вашу близость к Фюреру...

Nailbuster: Тон хозяина подземелий резанул Нэйла по ушам. "Переигрывает!" - догадался он. - "Но с чего бы? Хочет просто перед нами повыделываться или же смертельно напуган?" Фюрер покосился на Джека. Тот, судя по всему, пока ничего не заподозрил или же усердно это скрывал. Во всяком случае, не стоило отнимать у юноши надежду на отдых - раз уж они решили пойти спать, они туда и пойдут. Просто проявив чуть больше бдительности. - Ну что ж, тогда пойдёмте скорее, мистер Немо. Только после вас-с, - рейхсподонок посторонился, пропуская писателя через дверной проём во тьму. Теперь вариантов было не так уж много - таинственный мистер Немо приведёт их либо действительно в "жилые помещения", либо в ловушку, подстроенную его лесными сообщниками. В любом случае, сидение в генераторной их не спасёт, если это бункер врага. Надо было идти. - Проклятая нога, - проворчал Нэйл, подбирая из угла тяжёлую трубу с массивной гайкой на конце и опираясь на неё, к на трость. Нет, он не перепутал больную руку с ногой, но ещё какое-нибудь оружие не помешало бы - пистолет в узких коридорах явно проигрывал доброй дубинке. Стараясь находиться в стратегической близости от затылка литератора, он направился за ним...

Родаши: "Неужто он Мистера Немо имеет в виду? Скверно! Не надо меня запугивать - дальше уже некуда!" - Так ничего дельного вы мне и не сказали. Считаете, у меня больше оснований верить вам, чем ему? Родаши продолжала создавать впечатление уверенности и контроля над ситуацией, однако совсем этого не ощущала. Раздумывая несколько секунд, девушка сняла и бросила в руку Генриха свой плащ. - Накиньте, на вас смотреть страшно. - Ладно, пойдете впереди и медленно. Без неожиданных резких движений и остановок. Вор отошла на несколько шагов и махнула ножом, пропуская Шлюсселя к выходу. Плохо было то, что Рода не думала, каким лучше путем нагнать фюрера и как обезопасить обе стороны от возможных проблем. "Что ж, продолжаем поступать глупо, да?"

Z: Они все вели себя как-то странно, особенно этот синеволосый чувак с именем, стыренным у пиксаровской рыбёшки. Он явно что-то недоговаривал. Пойдёмте туда, пойдёмте сюда, я вам тут экскурсию проведу как в лучших домах Помпеи. А у самого рожа хитрая-хитрая. Фюрер это, похоже, заметил, раз для ещё десять минут назад здоровой ноги взял такую большую и массивную штукенцию. Может, тоже чего взять? Джек огляделся. В потёмках увидел только разводной ключ. По счастью, он выглядел довольно внушительно. Джек взял его, не стесняясь и ни от кого не тая своей задумки - его отношение к происходящему, кажется, секретом ни для кого не было. Мысленно прочитав пару литаний на тему спасения от неотвратимого трындеца, Z повернулся к фюреру и всё ещё уствашим голосом сообщил то, что все и так давно знали. -Да, пойдёмте уже хоть куда-нибудь. После этого он зевнул раза в три шире, чем хотел. Конспирации ради - пускай синеволосый считает, что он ну совсем устал. Хотя, в сущности, так и было.

Чёрный барон: - Кхе-хех-хе-хе — только и смог посмеяться барон, когда ему дали плащ и предложили куда-то идти. Он принял накидку, но накидывать на себя сразу не стал, а лишь глянул в потолок. Где-то там был Невструев и наблюдает за ними, и Генрих решил с ним связаться мысленно. - Только ты теперь сможешь мне помочь. Я все же плохой игрок в покер. - Шлюссель был уверен, что Кандид внимательно следит за ситуацией, хотя он никак не мог понять, зачем он ему помогает. Черный барон накинул черный плащ на оторванную руку так чтоб ее не было видно. Он оглянулся, внимательно посмотрел на Родаши и у него не возникало мысли, что где-то будет безопаснее чем тут, что он попытался выразить скептическим взглядом. - Фройляйн, не обманывайте себя тем, что вы сейчас видите. Я еле держусь на ногах и боюсь дальше чем эта дверь я пройти не смогу. Если вы так торопитесь, то уходите, я стреляю только в спину врагов. Да и пистолета у меня сейчас нет, так что не бойтесь, скоро я не смогу даже мухи обидеть. А если боитесь, то просто не советуйте никому ходить в столовую. Но я вас предупредил на счет неизвестного человека, он вас не послушает и обязательно придет сюда, когда узнает, что я здесь. - Генрих почувствовал, что небольшие раны снова раскрылись и кровь медленно начала впитываться в накидку. - И да, большое спасибо за плащ.

Ботаник: Раз, два, три, четыре... по два патрона на каждого. Ботаник пошел довольный впереди колонны, держа руки скрещенными на груди и заправленными в противоположные рукава. Проходя мимо рядов стеллажей заваленных коробками, он шел уверенно, зная весь путь наизусть, и было немного времени подумать над тем, как же ему убить черного барона, но при этом не получить сзади по голове трубой и разводным ключом, или пулю в спину. Это можно было бы устроить простой встречей Майора с Шлюсселем, они могли бы начать говорить и узнать друг про друга, а потом Генрих получил бы пулю в лоб. Но тут же возник красный призрак прямо перед бывшим фюрером, от чего последний резко остановился и мог получить тут же по спине. Нельзя, чтобы барон успел поговорить с Нейлом. зашипел злобным голосом призрак. - Но разве они знакомы? - вслух проговорил Максимилиан, слегка удивленный этим фактом. Конечно дурак, они знают друг друга, да и барон не изменился почти, Нейл его сразу признает, а Генриху достаточно двух слов, чтобы разоблачить тебя. вопил уже призрак от злости. - Но что же мне делать? Призрак хотел что-то ответить, но взлетел над Ботаником и понял, что его подопечный говорит вслух, а его спутники слушают стоя за его спиной. Конечно Нейл и Джек не могли видеть сам призрак и слышать его слов, но подозрения у них точно возникли. ИДИОТ! они тебя слышат! Закричал призрак и скрылся от Ботаника, оставив его одного перед дверью, которая разделяла склад и коридор. Максимилиан робко повернулся к своим спутникам и улыбнулся еще шире чем раньше, легко открывая тяжелую дверь.

Romero: Натужный скрип железной двери в коридоре заставил вампира отвлечься от Генриха с Родаши и оглянуться в сторону прохода. Оттуда послышались голоса и шаги, причём первого шагавшего Невструев, рассудив, тоже не отнёс к роду людскому. Шёл он слишком уверенно для того, кто по определению не видел в кромешной тьме подземной коробки из стали и бетона. - Не выходи, - прохрипел резко изменившийся голос в голове Шлюсселя. - Скажи ей, чтобы вызвала майора сюда. Здесь пространство. Однако, надо было обеспечить безопасность с тыла, и Кандид решил перебраться поближе к двери. Цеплясь железными когтями за потолочные балки, а кое-где и за арматуру, торчавшую из осыпавшегося бетона, упираясь сапогами в ржавые стальные рёбра, вампир ловко и умело полз поверху, как диковинный гад, сливаясь с чернотой столовой. Виден был лишь его тускло сияющий золотом глаз, но, похоже, внимания на это никто не обращал. Добравшись до самой стены, Невструев без особых усилий, но как можно тише пробил когтями продолговатую дыру в балке, оттолкнулся ногами от потолка, качнувшись, снова распластался под ним, лицом кверху и, продев сквозь балку мысок сапога, разжал пальцы, просто-напросто повиснув над дверным проёмом, до которого едва-едва не доставали седые волосы. После чего, подавив хищную ухмылку, прикрыл глаз, полностью отдавшись чувствам и ощущениям, наполнявшим столовую, коридор да и, похоже, весь бункер.

Nailbuster: - Вы что-то сказали, почтеннейший? - Нэйл тронул мистера Немо за плечо, остановил и развернул лицом к себе. Пытливо глянул ему в глаза и склонил голову, будто доктор, размышляющий над диагнозом. - Похоже, долгая жизнь в одиночестве сказалась на вас пагубно, - произнёс он сочувственно, но с еле различимым нажимом в голосе. - Беседовать с самим собой - привычка очень вредная. Так можно ненароком сболтнуть лишнего. Правда ведь, Джек? - он посмотрел на шедшего сзади Доусона. "Или наш творчески одарённый друг и вправду бредит, или одно из двух", - подумал фюрер, отходя на шаг. - "Как они общаются? Какой-то передатчик или телепатия?" - Идёмте дальше, - наконец решил он. Будь что будет.

Z: Он же не сам с собой разговаривал, да? Спорим, с ним говорит милый девичий голосок? Джек прекрасно помнил, что с ним говорил такой же. А возможно, что и тот же. Вероятность того, что перед ними обычный городской сумасшедший, была очень мала. Дядя Немо, конечно, был со странностями, но вроде не настолько. Скорее всё его поведение говорило о том, что он что-то скрывает. Теперь стало чуточку яснее, что именно. Другое дело - что скрывал фюрер и его женщина? Тоже ведь не самые добрые ребята в мире. Когда Нэйл отошел на шаг, Джек пошел вперёд, обгоняя его. -И правда странно себя ведёшь, Немо! Прежде, чем фюрер произнёс последний звук в слове "дальше", с лицом синеволосого неожиданно пришел поздороваться взятый давеча ржавый разводной ключ. Джек не скупился - для этого удара он подался вперёд всем корпусом, помня, что сила удара разводным ключом - это не только скорость, но и масса пришедшего поздороваться. -Он не с собой разговаривал, у меня в голове тоже голос чужой был!

Ботаник: Дверь, искусно открытая одной рукой, открыла черный проем, внутри которого слабо виднелись стены и пол, а чуть дальше находился еще один черный проем, ведущий в столовую. Но долго наслаждаться видом этой манящей темноты Ботаник не смог. Вначале его бесцеремонно развернули на 180 градусов, да так, что он чуть не выпустил пистолет из руки еще спрятанной в рукаве. На него уставилась в начале одна, затем две пары недоумевающих глаз новых знакомых. Он смог только криво и неубедительно улыбнуться своим спутникам в ответ. Они начали произносить какие-то слова, но Максимилиан ничего не услышал так как был поглощен своей местью. Хотя нет, месть — не то слово. Он шел за тем, что по праву рождения, ну или точнее возрождения, принадлежит ему — память. И избавление от назойливых призраков прошлого, что преследовали его. Для этого он шел убить некоего человека по имени Генрих Шлюссель, который лежал в паре десятков шагов от него и уже испускал свой дух. Бывший фюрер слышал каждое дыхание жертвы, а все что происходило вокруг, его вдруг перестало волновать. Как порядочный маньяк он услышал музыку в голове, дирижером которой был он сам. Как бы подыгрывая себе свободной от рукава левой рукой, он хотел развернуться и во чтобы то ни стало побежать в сторону столовой, где завершился бы обряд. Идемте - услышал он и принялся было исполнять приказ этого майора, но его остановили... Удар Джека разводным ключом пришелся прямо промеж глаз Максимилиану, и музыка в ушах последнего из мелодии превратилась в скрежет, который дополнял звук ломающегося носа. Возможно треснули передние зубы, но это было не так важно, как звезды, что появились у бывшего фюрера перед глазами. Он медленно начал падать назад, и ничто его не тормозило — сзади был только открытый дверной проем. Все мышцы резко сократились и тут же расслабились, но этого хватило чтобы палец нажал на курок припрятанного пистолета, и тот произвел выстрел. Пуля полетела куда-то влево от него, но это уже не сильно беспокоило Ботаника. Он медленно, как ему казалось, летел вниз в темноту, сопровождаемый звездами. Думать расхотелось, ведь тело само решит когда встать. А пока надо отлежаться и прийти в себя. Он упал с грохотом на пол и еще раз зажал курок пистолета, прежде чем отпустить его. Две пули в пустую... Но одно ему стало ясно — из Бункера в живых выйдет только он один... Так бывший фюрер потерял сознание в коридоре, всего в десятке шагов от цели.

Чёрный барон: Один удар, два выстрела и всего одно упавшее тело. Да так близко! Что же произошло? И кто сейчас лежит? Возможно, этот механик с Нейлом смогли уложить Ботаника. Или же он уложил обоих? Фюрера конечно так просто не остановишь, но времени у бывшего фюрера будет достаточно чтобы преодолеть эти пару шагов... Услышанное взбудоражило воображение израненного Генриха. Он долго метался между плохими и хорошими мыслями, но так быстро, что запутался, и от непонимания схватился одной имевшейся рукой за голову и снова сел на корточки громко где-то внутри себя проорав Я ПОТЕРЯН!. Думать о хорошем перед самой смертью он никак не мог позволить себе. К тому же Ботаник фрукт посложнее Нейла будет и даже два выстрела и удар, пусть и по голове, его остановят разве что на пару минут. Нормальный бы человек радовался бы этим немногим драгоценным минутам, что были предоставлены ему случаем, но только не бывший лейтенант КМ Шлюссель — он знал мощь своего первого начальника и боялся его больше смерти. Просто умереть — это даже небольшая радость для любого, ведь его могут вспомнить, особенно в век, когда о каждом из нас столько источников — фотографии, письма, родные... А Генриха ждало нечто пострашнее — полное забвение, его имя сотрется сразу из памяти всех, кто мог бы его вспомнить. Он не был самостоятельным, он был лишь своего рода «хранилищем» чужой памяти. Делай то считаешь нужным, я уже никуда не сдвинусь с этого места... обратился он мысленно к Невструеву. Затем он повернулся к Родаши и еще раз оглядел ее с ног до головы, но уже снизу и несколько грустным взглядом. С детства отучив себя плакать, он теперь проклинал себя за это. - Фройляйн, чтобы со мной не случилось, сохраните эту безделушку. — Генрих целой рукой полез во внутренний карман своего пиджака и достал старый жетон еще времен великой войны, на котором было его имя, группа крови и прочая личная информация, который протянул ей.

Nailbuster: Пули, точно бешеные свинцовые осы, с визгом заметались по коридору, рикошетом отскакивая от бетонных стен. Одна из них нашла свою цель - прошила навылет Нэйлово плечо. Схватившись за шубу, фюрер гаркнул крепкое немецкое ругательство и повалился на стену, выронив из рук заветный обрубок трубы. Увы, спастись от шальной "маслины" эта дубинка не помогла. - Джек... - прошипел Нэйл, указав на лежащего писателя. - Свяжите его... и заприте дверь. Немедленно. Боль накатывала волнами, но не отступала полностью. Под шубой стало влажно и тепло от крови. Надо бы её остановить, думал вождь КМ, но чем?.. К чёрту. Время заняться делом, их и под землёй, оказывается, хоть отбавляй. - Вы сказали - голоса в голове... - пробормотал он, сползая по стене на пол и садясь подле бездыханного Немо. - Что вы... хотели этим сказать? - здоровой рукой он попытался стянуть с себя верхнюю одежду, но это оказалось неожиданно трудно.

Родаши: Дернувшись при звуках выстрела, разнесшихся по молчаливому бункеру, Рода в отчаянии взглянула на Генриха, затем на выход. Два выстрела. Пистолет был у Нейла. Ему пришлось стрелять? - Сидите здесь... И я сохраню ее. - Взяв металлический жетон и больше ничего не сказав, вор выбежала из помещения. Может ей и не хотелось этого признавать, но девушка начала верить Генриху. Он все более походил на потерянную жертву каких-то обстоятельств, о которых ей было не известно. Или искусно создавал такое впечатление... Но лежащий без сознания мистер Немо и раненый майор стали еще большим доказательством правоты слов бывшего лейтенанта. Прибежав к соратником с бешено колотящимся сердцем, Родаши огляделась. Слегка побледнев от мысли, что Немо мог их всех перестрелять, а не просто ранить, Рода отшвырнула его пистолет подальше. Поспешив к майору и осмотрев рану, вор спросила Джека, злясь и на себя и на весь мир: - Это ты его? - Кивнула на валяющегося. - Он ведь живой? Что у вас случилось? Пока нет лишних ушей следовало разобраться в происходящем - кто знает сколько их проводник будет оставаться без сознания. Помогая Нейлу снять шубу и оторванным куском ткани останавливая кровь, девушка быстро рассказала ему о раненом Генрихе Шлюсселе, бывшем лейтенанте КМ, о его предупреждениях и своих подозрениях, что кажется именно его и искал Немо.

Z: Чем его связать-то, не шнурками же? Джек огляделся в поисках провода, верёвки или изоленты. Разумеется, ничего такого тут не было. Вернее, провод был и свисал с потолка, но он был ещё нужен. Перво-наперво нужно было найти способ обездвижить синеволосого. Блин, склад же! На складе он заметил краем глаза вещмешки с палатками. Там могло быть достаточно верёвок. Главное, чтобы они не прогнили. Этим и следовало заняться, но для начала рассказать фюреру и Родаши, что он вообще натворил и зачем. Это дело было совершенно неотложным - кто знает, когда проснётся этот голос и может ли он в действительности, как и обещал, убить Джека и завладеть его телом, не вызвав ничьих подозрений. Рассказ занял минуты две, Доусон старался не упускать ни одной детали произошедшего - внезапное появление, уничтоженную электронику, действительную возможность управлять его телом и столь же неожиданное исчезновение. -Я не знаю, когда она появится в следующий раз и что я смогу сделать. Возможно, именно она и вселилась в синеволосого, но я не уверен ни в чем. Может, она просто исчезла, легла поспать или я - шизик. Я сбегаю за верёвкой. Разводной ключ и пистолеты у вас, разберётесь. Туда-обратно. Ещё где-то полминуты. Назад он притащил длинный моток довольно крепкой бечевки из лежавшей там плащ-палатки.

Nailbuster: - Теперь мы с вами в расчёте, да? - слабо усмехнулся фюрер, глядя в глаза колдовавшей над ним воровки. Боль усиливалась, и ресурсы позаимствованного когда-то тела с трудом справлялись с нависшей над ним угрозой. Но - справлялись, и через сутки-двое от раны не останется и следа. Это немного успокаивало Нэйла, но сильнее всё же была тревога за остальных, за собственную, пусть и временную беспомощность. Контроль над ситуацией, казалось, был утрачен, и нужно было восстановить его во что бы то ни стало. - Интересно... очень... интересно, - пробормотал он, выслушав обоих своих спутников. Картина начала обрастать новыми деталями - Генрихом Шлюсселем (что было хорошей, но слишком внезапной новостью) и таинственным голосом в голове Джека (что было не столь внезапно, но из рук вон плохо). Последнее, как подумалось Нэйлу, могло объяснить сходу почти всю творящуюся в городе чертовщину, если предположить, что "голос" был не один или мог контролировать по крайней мере несколько умов разом. - Что мы имеем? - поморщившись, фюрер загнул два пальца. - Мы имеем синеволосого литератора, который пытался нас укокошить, - в этом у него не было теперь никакого сомнения, - и глубокоуважаемого герра старшего лейтенанта люфтваффе, который неизвестно какими путями затесался в наше скромное убежище и по каким-то причинам боится мистера Немо. Знаете, я склонен больше верить герру Шлюсселю, чем этому... - Нэйл зло кивнул на бездыханного Немо, но от резкого движения поморщился и закрыл глаза. Отдышавшись, продолжил. - Значит, будем исходить из того, что мистер Немо опасен, а мы все по горло в больших проблемах. И среди них есть как решаемые, так и нерешаемые, по крайней мере сейчас... - он снова отдышался - тяжело было ораторствовать с простреленным плечом. - Эти ваши, Джек, голоса - проблема из разряда нерешаемых - в любой момент они могут вторгнуться в наш рассудок, а защиты против них нет. Делать шапочки из фольги, как я понимаю, глупо, не так ли? - фюрер издал саркастический смешок. - Поэтому забудем о голосах, пока они себя не проявили, и сосредоточимся на тех проблемах, что можно решить. Ведь герр Шлюссель про голоса не говорил? Значит, этот фрукт опасен и без них, - он вновь кивнул на Немо. - Я бы предложил его пристрелить, пока он не очухался, но он ведь может что-нибудь знать... Думаю, это стоит всей возни с ним. Скопившиеся в голове вопросы начинали переплетаться между собой, путаться и сминаться в неудобоваримейший ком. Проглотить его с ходу будет сложновато, понял майор. Значит, будем глотать кусками, по мере поступления. - Джек, вы закончили вязать? - сварливо обратился он к Доусону. - Разбудите эту акулу пера, я хочу с ним слегка побеседовать.

Romero: - Можешь не сдвигаться... - донеслось из глубины сознания Шлюсселя, отразившись от сводов его черепа, отдавшись в висках и заволновавшись на кончиках клыков. - Твой фюрер без сознания и вероятнее всего обездвижен... Раскрыв тускло сияющий золотом глаз, Кандид подтянулся и, не особо беспокоясь о конспирации, спрыгнул на пол, сильно стукнув по бетону каблуками сапог. Оглянулся по сторонам, шумно втянув воздух в тонкие ноздри. Для него сейчас вся эта столовая и кусок коридора за распахнутой дверью были окрашены чувствами, насыщены эмоциями, которые он постоянно, с упоением впитывал. И отчаянье Генриха, и страх и опасения Родаши и некоего Доусона, боль и переживания майора - всё это висело в сыром воздухе, казавшемся густым, и всё это до того вскружило голову оголодавшему Невструеву, что он не способен был даже молвить слово или придать форму собственным мыслям. Оттого и сменился голос в голове Генриха сплошным потоком информации. Ромеро сейчас был своеобразным передатчиком, безобразно шумевшим, и если бы Шлюссель поднапрягся, то с лёгкостью смог бы уловить всё то, что вампир сейчас чувствовал сам. Впрочем, из-за силы транслятора, у фрика, видимо, и так возникали перед глазами картины из видимого Невструевым. Рассудив, что Генрих теперь вне опасности, Кандид понял, что потерял интерес к происходящему, к бункеру, невесть кем и когда здесь выкопанному, к двум фюрерам. Хотелось вдохнуть свежего морозного воздуха, вместо пыли и плесени бункера. И захотелось ещё кое-чего... Едва Невструев шагнул за порог столовой и увидал сгрудившихся под стеной коридора людей, обоняния его коснулся запах, который невозможно забыть или выкинуть из головы. Сильнейший, ароматнейший запах крови, хорошо сдобренный адреналином, сочился из раны майора. Заставил сознание вампира помутиться окончательно. Окружавшая беглецов тьма ощутимо сгустилась, что свет колыхавшегося огня факелов едва-едва стал доставать до кончиков их собственных рукоятей. А в недрах коридора, зажёгся золотой огонёк, плавно приближающийся к группке каэмовцев, дрожащий, качающийся из стороны в сторону, оставляющий за собой медленно тающий в воздухе шлейф. Были слышны и мерные шаги, но настолько глухие, будто не по длинному бетонному коридору шли, а по мягкому паласу. Но хриплый диковатый смех, разразившийся вдруг, гулко отразился от холодных стен, поднялся к самому потолку и оттуда обрушился на головы новых постояльцев этого рукотворного подземелья.

Z: Немо по степени связанности был похож на новогодний подарок любительнице бдсма. Пару раз легонько стукнув по нему ногой, Джек хотел хоть как-то привести его в чувство. Как вдруг услышал сначала бубум, затем топ-топ, затем впридачу ещё и бугага. -Что за пиздра тут гоготала? Джека прямо колотило от ужаса. Кто бы это там ни был - Шлюссель, истинный хозяин голосов в голове (Джек почему-то полагал, что у них должны быть тела), ещё какой-нибудь ночной кошмар, плевать. Он страшный. У него светится глаз. И он явно не сильно хочет подружиться. Вот теперь я точно труп! Я труп, я труп, я труп! -Не, я серьёзно, кто это там?!

Родаши: Послушав выводы майора, Родаши пришло в голову, что пожалуй самого Джека также стоит связать по примеру мистера Немо. Со своими призрачными голосами, если дело было в них, эти двое представляли равную угрозу. По личному мнению вора, которое не было озвучено. Девушка предпочла бы уже выбраться из бункера ко всем чертям. Внезапный шум и нездоровый приближающийся смех отозвались кавалькадой мурашек на спине девушки, заставив ее вскочить на ноги. - Тише, Джек... Это точно не Генрих. Кто-то, кто был здесь все это время? Кто бы к ним ни приближался - попадаться ему на глаза не стоило. Но один из них ранен, остальные напуганы, да еще груз в виде Немо. - Майор, двигаться и стрелять сможете? - тихо, почти теряя голос, спросила Рода. Ее пугало то, что ранее она ничего не почувствовала, и сейчас очень некстати было сталкиваться с неизвестным и скорее всего опасным неприятелем. Вор позволила темноте скрыть себя с глаз соратников и, как ей хотелось думать, незваного гостя. Крепко сжимая нож и готовая прикрыть майора и Джека, Родаши затаилась в стороне, ожидая от фюрера решения. Если они успеют что-либо решить...

Nailbuster: "Ну вот и дождались..." - с грустной усмешкой подумал Нэйлбастер, глядя на огонёк, приближавшийся к нему по коридору. Отзвуки дьявольского смеха ещё не успели раствориться во мгле, а фюрер уже знал, кто надвигается на их невезучую компанию. Конечно, это было слегка неожиданно, но ошибиться было нельзя - единственный глаз принадлежал собрату по Командованию, как и этот дьявольский хохот. - Над чем потешаетесь, герр Невстуев? - проговорил Нэйл, спокойно следя взглядом за перемещениями алого огонька. - Уж не над нашим ли бедственным положением? Взорванный танк... Открытое неповиновение последних дней... Всё указывало на то, что помощи от этого существа ждать не придётся. Если он и не пришёл их всех поубивать, смех его не предвещал ничего хорошего. - Вы ведь пришли для того, чтобы спасать наши шкуры, верно? - на всякий случай уточнил фюрер, хотя уже знал наверняка, каков будет ответ.

Romero: Смех растворился в бетонном подземелье сразу после того, как стал больше похож на вой диковинного зверя. Стихли и шаги, золотой огонёк застыл на месте, лишь немного покачиваясь вверх-вниз. Тьма не рассеялась, но сквозь неё теперь слышалось тяжёлое, немного хрипящее дыхание. В голове вампира глухо отразились слова, которыми ароматно кровоточащий человек позвал кого-то. Кажется, там было даже имя, но его вампир так и не смог отнести к кому-либо знакомому - а ведь краем сознания понимал, что точно его знает. Но не было времени - вдохнув глубоко, вампир почувствовал, что кровоточащий боится всё меньше, и на смену страху приходит сомнение. А сомнение всегда горчило. Золотой огонёк снова качнулся в сторону и смазался, скользнув к стене и вдоль неё, быстро приближаясь к сидящему. Обогнув препятствия в виде каких-то разномастных калечных и не очень, он принял более или менее чёткие очертания перед самым майорским лицом. Обладателя же горящего глаза видно не было, потому что сам глаз не освещал собой ничего, а факелы в наведённой подземным монстром тьме стали бесполезны. Щёку майора страстно и с аппетитом пощекотал холодный и неестественно долгий язык, липкий от слюны. Правое бедро его обхватила костлявая длиннопалая рука. Спустившись немного к колену, пальцы обхватили его покрепче и стали уверенно смыкаться, всё больше сдавливая ногу фюрера, пока плотный треск переломившейся кости не прервал удовольствие. И тогда же огонь факелов в руках беглецов вспыхнул с несвойственной ему силой, развеял вовсе густую тьму и осветил вампира, его вытянувшееся отощавшее тело под окровавленной рубахой и потерявшее последние человеческие черты, перечёркнутое повязкой серое лицо, острое, с жадно оскаленными клыками и единственным глазом, холодным золотым куском мутного золота смотрящим на фюрера. Это был уже не Кандид, каким все привыкли его помнить, но вряд ли он сам понимал это. И всё же, будто бы с диким усилием заставил себя втянуть влажно блестящий язык и спросил хрипящим сиплым голосом: - Где... мой... глаз... - нарочито медленно, чтобы различить, донёсся трескучий, как кладбищенское дерево, вопрос.

Родаши: Никто из них не успел отреагировать, когда темная фигура промчалась мимо и атаковала майора. Не видя нападавшего, Родаши однако чувствовала всю дикую жажду, как у зверя, исходившую от него. Когда же внезапно вспыхнувшие факелы осветили худую фигуру противника, Родаши испуганно замерла, не дыша и не произнеся ни звука. Казалось, из всех запахов остался только запах крови, а внутренний голос только и требовал: Беги! Беги! Беги!, в то время как фигура что-то потребовала. Кажется, это был глаз? Лишь через несколько секунд Родаши заставила взять себя в руки. В вампира полетел, коротко сверкнув, кинжал воровки, а сама она метнулась к отброшенному ранее пистолету Мистера Немо. Стреляя в голову и постоянно перемещаясь, Рода старалась отвлечь напавшего от его жертвы и одновременно не подставиться самой.

Romero: По-видимому, майор не собирался отвечать на вопрос, и вампир схватил его за горло другой рукой, прижав к стене и приподняв над полом. Правый бок разразился болью. Присмотревшись, вампир увидел торчащий прямо из давней раны кинжал, а краем глаза заметил отскочившую в сторону беглянку, уже тянущуюся к пистолету. Всё получилось само собой - не разжимая пальцев, вампир развернулся, выставив перед собой фюрера, но первые пули попали в костлявое плечо, остальные же с сочным хрустом утонули в майорской спине, оставив чуть дымящиеся обожжёные дырочки в его одеждах. Жажда крови затмила сознание - и острые клыки всё же вонзились в грязную шею, вырвав из неё кровоточащий кусок мяса. Кандид вгрызся глубже и хрипло взвыл, отбросив в сторону обмякшее тело. Припал к земле, чтобы уйти от обстрела, и ринулся к Родаши, высекая искры царапавшими бетонный пол когтями. Ему не было дела до кусавших отощавшее тело пуль, да и в облике-то ничего напоминающего сдержанного аристократа не осталось. На воровку надвигалось оскалившееся чудовище, капающее кровью с кривых клыков, обрастающее иссиня-чёрными перьями, желающее только убивать.

Родаши: "Тьма тебя раздери, да что это?!" Дела пошли не просто худо - они покатились по горке прямо в бездну. А точнее в пасть, клыкастую и окровавленную. О майоре можно будет погоревать позже. Сейчас главным было спасти свою шкуру, ну или же продать ее подороже - обезумевший монстр уже выбрал себе следующую закуску. С нарастающей паникой Родаши поняла, что пули не только не причиняют существенного вреда твари, но даже не задерживают. Осознавая всю свою беспомощность, вор могла лишь успешно уворачиваться, перемещаясь, в надежде прорваться к выходу. Решившись, Родаши подпустила вампира как можно ближе и, пригнувшись, ринулась на встречу противнику. Тенью проскользнув мимо него, вор одовременно вцепилась в нож, все еще торчащий в боку. Провернув лезвие и что было сил дернув на себя, она постаралась нанести как можно большую рану. Не останавливаясь более и боясь оглянуться, девушка понеслась вперед по темному помещению.

Romero: Когда нож со всей силы выдрали из тела, вампир зашипел от боли, покачнулся и, кажется, даже сшиб кого-то с ног. Помутившееся сознание наполнилось ещё большей жаждой крови, а оставляемый беглянкой след из сладкой паники манил за собой, не оставляя другого выбора кроме новой жертвы. Поднявшись на ноги и встав в позу человека с переломленным позвоночником, Кандид двинулся вслед за Родаши. Он мог бы нагнать её в пару прыжков, но вампиру сейчас доставляло удовольствие заставить жертву томиться, раз за разом переживать собственный страх. Удлинившиеся вдруг руки когтями царапали бетонные стены коридора, а когда тот кончился, Кандид попросту запрыгнул на потолок и пополз поверху, крепко цепляясь за стальные конструкции. Всё внимание он сосредоточил на воровке, не выпуская её из поля зрения, поэтому о тишине заботиться не приходилось - железные когти лязгали в темноте, сжимая потолочные балки и оставляя в них следы. Вампир не нападал, но будто бы готовился к прыжку.

Родаши: Поражаясь, как смогла сделать это невредимой, Родаши добежала до двери запасного выхода. Вопреки всему девушка резко затормозила и обернулась, всматриваясь в хищную темноту. Хотя всматриваться не было необходимости - скрежет когтей по металлу намерено выдавал своего хозяина. Казалось бы выход - вот он, только проскользни за дверь. Но вор просто не выдержала напряжения погони. Когда отчетливо чувствуешь врага за спиной, каждый миг ожидая нападения. Когда в голове слышен только лишь бешеный стук собственного сердца. И теперь она замерла, задрав голову, машинально стискивая окровавленный нож в руке. Все это напомнило какую-то дуэль, где, не двигаясь, ожидаешь сигнала к нападению, надеясь успеть первым. Вновь выждав и убедившись, что вампир не отступился от своей цели, вор решила рискнуть. Привычно позволив своему телу раствориться в бесконечных тенях бункера, Родаши метнула нож, в этот раз почти наугад. К темноте запертого помещения нехотя примешались свежие, свободные тени ночи, властвующей снаружи. Вор покинула пределы бункера, боясь помыслить о том, что будет, если тварь последует за ней и здесь.

Romero: Сминая пальцами ржавую сталь, вампир нарочито медленно подбирался к своей жертве, с сожалением понимая, что боязнь её уходит с каждым мгновением, всё больше давая разлиться на языке вкусу чьей-то крови. Но и её сердцебиения, слышного с потолка, пока хватало, чтобы не упускать из виду беглянку, даже когда та исчезла, будто бы ушла в никуда. А сразу после неё пустая глазница разразилась жгущей, палящей болью. От долгого висения под потолком повязка с того, что когда-то было лицом вампира, съехала на лоб, и нож, метко брошенный Родаши, угодил в рану, нанесённую ещё осенью, в Лондоне. Рану, которая не заживала. А ведь лишь полсекунды назад сознанию чудища показалось, что нож пролетел мимо, скрывшись в мёртвой зоне. Липкую сырую темноту бункера вспорол полный боли и отчаянья вопль, не похожий ни на звериный, ни на человечий. Упав на пол, вампир всё же нашёл в себе силы подняться, оставив под собой горстку невесомых перьев. Тяжело дыша, он хрустнул выбитым из сустава плечом и, не вынимая ножа из глазницы, устремился к выходу на поверхность по оставленным Родаши следам угасающего страха. В голове стучало желание доставить телу воровки те же страдания, что она причинила и ему. Вверху показался просвет, и вампир, сильно оттолкнувшись от бетонных ступеней, метнулся в него, выкинув вперёд левую руку. Тускло поблёскивающие когти заговорённого доспеха смазались, исковеркались, будто в струях раскалённого воздуха - и Кандид повалил воровку на снег, вытянув оттуда, где она была. Когтистая рука упиралась в её ключицы, и вампир уже потянулся свободной к ножу в черепе, но поднявшиеся с макушек деревьев стаи ворон остановили его. Через пару секунд чистое небо со стороны города окрасилось ярко-алым, грянул гром тысячи пушек. Всё ещё нависая над беглянкой, вампир, казалось, потерял к ней интерес, повернув чудовищную окровавленную морду с торчащим из правой глазницы лезвием ножа в сторону взрыва и немигающим взглядом следя за растущим к звёздам огромным серым облаком.



полная версия страницы