Форум » Блицкриг » Вводная для Лисхен » Ответить

Вводная для Лисхен

NPC Израильч: Лис чудом не пострадала при крушении товарняка, отделавшись лишь парочкой небольших ушибов. Всё же путешествие в вагоне, перевозящем невероятно важный груз в виде подушек и матрацев, было верным решением. С трудом выкопавшись из под мягких, но таких тяжёлых свёртков, девочка выбралась из вагона, замок которого при ударе сломался и затаилась. По словам сновавших туда-сюда ремонтников, наиболее быстро добраться до Излучинска можно было через лес, вместо того, чтобы трястись на мотодрезине, которая пёрла сюда три часа. В итоге, Лисхен выскользнула из-под поезда и прошмыгнула под рельсами, которые при взрыве потеряли часть креплений и совершили широкоизвестную в среде железнодорожников вещь, называемую «выброс рельса», при которой стальная полоса внезапно вырывается из креплений и распрямляется, снося всё на своём пути. Так или иначе, Лис проникла в околоизлучинский лес и начала движение в сторону города. Действующие лица: Израильч(NPC), Лисхен Время действия: наше время. Место действия: Лес неподалёку от разрушенной ж/д

Ответов - 20

Лисхен: Ёжась от холода, Лис выбралась в лес и затопала по сугробам. Конечно, любому нормальному ребёнку сразу стало бы страшно, но только не ей: трудное детство и долгий путь давали о себе знать. Скоро железная дорога скрылась из виду, крики ремонтников стихли, а сама девочка осталась одна, окружённая только тёмными стволами деревьев. Первые минут десять (а может, и двадцать - счёт времени в этом царстве зимы и ночи совершенно терялся) Лис шагала довольно бодро, насколько это вообще позволяли сугробы, но потом в её голову стали закрадываться тревожные мысли: "А вдруг я сбилась? Вдруг неправильно иду? Может, я уже давно иду вовсе не к городу, а только отдаляюсь от него? А вдруг в этом лесу кто-то есть..." Остановившись передохнуть, Лис-тян подняла голову: перед ней, возвышаясь над деревьями, темнела радиовышка. Более ничего за стволами было не разглядеть, поэтому, несмотря на угрозу остаться ночью одной в лесу, Лис выбрала наименьшую из зол: двинулась к вышке, в надежде отыскать там хоть кого-нибудь, кто объяснил бы ей дорогу к Излучинску. Конечно, можно было бы предусмотрительно подумать и о том, что вышка заброшена или (что хуже!) её хозяева недружелюбно настроены к маленьким заблудившимся девочкам, но, видимо, часть мозга Лисхена, ответственная за предусмотрение всех возможных вариантов, милостливо отключилась, даруя надежду на спасение. Иногда девочке казалось, что она слышит какие-то голоса и даже видит следы чьих-то больших и, судя по глубине следов, тяжёлых ног, но, зная себя, она сочла это не то галлюцинацией, не то игрой воображения, не то... Нет, в то, что в лесу она не одна, Лисхен верить боялась и не хотела, упорно продолжая свой путь к вышке.

NPC Израильч: Меж тем в лесу был ещё кто-то и он медленно, но верно приближался к девочке. Это был местный торчок по имени Василий Цукерман. Конечно, сам он себя называл не торчком, а просто свободным человеком и обижался на окружающих. Они впрочем к нему тоже не испытывали тёплых чувств. Как бы то ни было, нынешним вечером Израильч вновь убедился в том, что у него дома растёт самый замечательный шалфей для курения. И приспичило ему набрать себе грибов, притом неважно каких, обычных или с "смешинкой", как он их называл про себя. И вот, экипировавшись корзинкой и перочинным ножиком, типа "бабочка", он вышел в суровую зимнюю ночь, чтобы пособирать эти самые грибы. Только забравшись довольно глубоко в лес, населённый по такому случаю жуткими и забавным плодами его воображения, Израильч понял, что грибов как-то подозрительно мало. Наверное до меня кто-то прошёлся и все собрал... - с грустью подумал мужик, останавливаясь, чтобы закурить самокрутку. которую предусмотрительно захватил с собой. Суровый сибирский лес озарился ярким запахом красного цвета и начал было пытаться вывернуться в одномерное измерение, когда Вася увидел чьи-то шаги, пахнущие откуда-то слева. Влекомый здоровым любопытством он направился к источнику звука и вскоре увидел, кто же так громко хрустел снегом. Это была маленькая девочка, упорно куда-то бредущая. Вася умильно улыбнулся, он любил детей и галлюцинации, так что его потянуло на общение. Да и вообще, не дело оставлять её посреди ночного леса, тут водилось всякое зверьё. - Девочка, ты кто? - выдавил Израильч, поднимая левую руку с корзинкой вверх, а правую прижимая к груди и почему-то пытаясь при этом поклониться.

Лисхен: Через некоторое время звук шагов стал настолько громок, что версия галлюцинации или случайного отзвука стала ну уж слишком неправдоподобной. Лисхен насторожилась, напряглась и даже тихонько вытащила перочинный ножик, пусть не лучшим образом подходящий для боя, но всё-таки лучше, чем совсем ничего. Какое-то внутреннее чувство подсказывало ей, однако, что незнакомец нападать не собирается. Да и разве так нападают? Шумят снегом, кряхтят, что-то бурчат себе под нос, а потом нападают? От подобных мыслей девочка даже улыбнулась. Принесённый ветерком запах табачного дыма не оставил сомнений: потенциальный убийца и насильник и не думал скрываться, давая "жертве" возможность вовремя отразить нападение. И всё-таки звук чужого голоса оказался слишком внезапен для Лисхен: споткнувшись, при падении она успела развернуться лицом к Израильчу, выбросить вперёд руку с ножиком и громко завизжать, да так, что испуганные птицы, громко захлопав крыльями и закричав, спешно покинули свои ветки, а сам Василий, подвергнутый подобной звуковой и ментальной атаке, впал в некое подобие страха.

NPC Израильч: НРПГ: Лисхен пишет: а сам Василий, подвергнутый подобной звуковой и ментальной атаке, не впал в некое подобие страха. Нани? о_О РПГ: Изрядно ошалев от подобных действий, поражавших своей скоростью и громкостью, Израильч рухнул на спину, смешно размахивая руками. Крик девочки всё длился и длился, так что Вася уже и не думал, что он когда-нибудь закончится и успел смириться с мыслью, что вся его жизнь будет проходить под этот незамысловатый но довольно жуткий аккомпонемент. Страх чуть было не завладел разумом торчка, но тот факт, что несчастная жертва ментальной атаки была порядочно упорота шалфеем, как-то притупил насылаемый ужас. В общем, бежать прочь, завывая от ужаса ему не хотелось ни в какую. Зато Вася внезапно осознал, что при падении что-то громко хрустнуло. Притом у него в спине... Но хотя бы боли не было. Впрочем, он быстро понял, что ещё может шевелиться, так что тут же вскочил на ноги и обнаружил, что сломал себе... корзинку... Но, мужик и не думал расстраиваться. - Ты чего кричишь, глупы... - взгляд наткнулся на нож в руке девочки. - ..шка... А что это у тебя, нож? Так я же не собираюсь на тебя нападать, ты чего? Израильч был твёрдо уверен, что всегда со всеми можно договориться. Он всегда вполне успешно договаривался с своими галлюцинациями, стражами порядка и вообще со всеми, особенно если это было необходимо. Хотя внутренний голос, принявший вид маленькой розовой Кристины Агилеры, сидящей у него на плече, и подсказывал ему, что надо спешно убираться отсюда, врождённый альтруизм не мог позволить ему оставить несовершеннолетнего ребёнка в лесу ночью.

Лисхен: НРИ: Ой. Исправила. РИ: Не заметив агрессии со стороны повстречавшегося ей в ночном лесу мужчины, Лис-тян немного успокоилась, перестала визжать, поднялась, отряхнулась и, не убирая руки с ножом и отойдя для верности на пару шагов назад, перевела дух и решилась заговорить: - Не подходи ко мне! Подойдёшь - пораню, уж с ножом-то я обращаться умею. Если можешь отвести меня до города - веди, только не подходи ко мне, не под-хо-ди~! - и девочка, говорившая и без того истерично, снова зажмурилась и завизжала. Покричав ещё минуты две, она успокоилась и уставилась на Израильча, ожидая какой-либо реакции. В этот момент в голове девочки появилась мысль, что не стоило так пугать единственного встреченного человека, теряя, возможно, последний шанс на спасение, поэтому взгляд её стал несчастным и виноватым.

NPC Израильч: Она как-то слишком быстро говорила... Очень быстро. Израильч уже почти перестал понимать, что происходит, когда девочка опять завизжала. Это уже нельзя было сносить спокойно, так что он завопил вместе с ней. Так и кричали довольно долго, разбивая тишину ночного леса громкими переливчатыми воплями. В конце концов, Вася поперхнулся и закашлялся. Когда девочка, наконец, перестала орать, ему стало гораздо лучше. Трясущимися руками он полез в внутренний карман и нащупал там ещё одну самокрутку с шалфеем, так как его уже начало отпускать, а успокоится и вновь расцветить мир яркими красками ему очень хотелось. Блин, нарвался же на свою голову... Да ещё и наглая какая... Ну нафиг, весь кайф сломала. - раздражённо подумал Израильч, смотря на девочку. - Ты это... Не ори, людей распугаешь. Да и вообще, шумная ты. Делать мне нечего, вредить тебе. Звать тебя как? - пробурчал Вася, раскуривая самокрутку.

Лисхен: Опустив руку с ножом, несколько раз глубоко вдохнув и медленно выдохнув, Лисхен успокоилась и заговорила гораздо медленнее и понятнее, чем раньше: - Я Лис. Не зверь, а просто имя такое. Лис. Мне одиннадцать, - девочка ненадолго замолчала, засмотревшись на Израильча, достающего и закуривающего свою самокрутку. - А может, уже двенадцать, я не знаю. Родителей у меня нет, дома нет. Лис не знала, какого чёрта она вдруг пустилась в откровения с практически незнакомым человеком, да ещё в такое время и в таком месте, но ей почему-то хотелось рассказать, что на самом деле она маленькая и несчастная, ей нужна помощь и вообще она потерялась. "К тому же, - подумала Лис, - надо объяснить ему хоть что-нибудь, а то он не будет мне доверять". - Так вот, - продолжила Лисхен, собираясь с мыслями, - я совсем одна и мне нужно в город. Излучинск, он ведь так называется? Если ты... Если вы можете меня туда отвести, сделайте это, пожалуйста, - в глазах девочки вновь промелькнула мольба. - Я вам чем-нибудь помогу, я много чего умею. Машины вот чиню... Лис-тян осознала, что то, что она рассказывает, больше всего похоже на какую-то глупую выдумку. Тем не менее, ей очень нужно было попасть в тепло, к людям, потому что маленькое девичье тельце уже подрагивало от озноба. Вспомнив, что нож так и остался в её руке, девочка неловко попыталась его сложить, слегка порезав при этом палец.

NPC Израильч: Брешет же, явно брешет... Как это так, Лис звать и не знать сколько тебе лет? Да и машины чинит типа... Мда... - лениво подумал Израильч, внимательно наблюдая за проползающим мимо красо-жёлтым облаком, от которого пахло жестью. На некоторое время он даже впал в ступор, наслаждаясь красотой окружающего мира, абсолютно забыв о девочке, но внезапно встрепенулся. - Лис значит? Ну-ну... А меня Вася зовут... Или нет, называй меня лучше Израильчем, меня так все называют. Я - свободный человек. - неожиданно закончил он и вновь впал в прострацию секунд на тридцать. Внезапно Васе почудилось, что он - вязанка дров, лежащая возле милого деревенского домика, стоящего посреди поля, усаженного пшеницей. Впрочем, наваждение быстро рассеялось, и он вновь обратился к девочке. - Ну что ж, пошли, доведу тебя до города. А куда тебя там девать-то? - он внимательно посмотрел на Лис. - в милицию же ты не захочешь... Могу у себя поселить, идти же тебе некуда? Да ты не стой, пошли, а то замёрзнешь же... Израильч опять затянулся, видимо, поэтому и не заметив пореза на пальце девочки. Он медленно двинулся куда-то в лес, но потом внезапно остановился и, хлопнув себя по лбу, развернулся, двинулся в сторону города. Что делать с малолеткой он и, правда, не знал. С одной стороны, было бы правильно сдать её в милицию, но он прекрасно знал, что просто так из дома не убегают. Бросить её посреди незнакомого города тоже неправильно... Над этим следовало хорошенько подумать, да... Хорошенько... Вася затянулся. Очень хорошо....

Лисхен: Почувствовав недоверие собеседника, Лисхен чуть было не упала духом, но быстро взяла себя в руки. "А пусть его, пускай не верит, мне-то что," - мысленно успокаивала она сама себя, хотя некоторая обида всё-таки затаилась. Зашагав за Василием, Лис стала раздумывать, куда же ей идти. - А что, неужели у вас нет никакой гостиницы? - по невнятному смешку девочка поняла, что предположение о подобном заведении в крошечном Излучинске было нелепым и глупым. - Ну, ладно, может, кто-то пожить к себе пускает? - И снова только пожатие плечами. Идти к странному мужчине Лису не хотелось, но, видимо, других вариантов не оставалось - сейчас, ночью, в чужом посёлке вряд ли кто-нибудь даже открыл бы ей дверь, несмотря на малый возраст, приличную внешность и сообразительность. Ни о какой милиции речи быть и не могло: возвращение в деревню или отправление в детский дом девочку никак не прельщали. Значит, оставалось только идти за Израильчем, что Лис и делала. - Хорошо, отправимся к тебе, а наутро я сама найду, как мне устроиться. Не впервой, - и Лис-тян натянула шарф на лицо, спрятала руки в рукава и перестала ловить пролетающие по голове мысли, только отсчитывая со всё большим трудом дававшиеся шаги, сбиваясь и начиная снова.

NPC Израильч: - В какую гостиницу пустят двенадцатилетнего ребёнка? Даже если бы и была у нас такая, всё равно не пустили бы. - изумился Израильч делая очередную затяжку. - Да и пожить... Нет, не пустят. "Да и мне бы не стоило пускать, чего уж там... Хотя... Да, какая разница-то? Пусть живёт. Если спросят - скажу, что племянница приехала на каникулы." - подумал Вася. - "Ну не выгонять же её, сразу же заберут в милицию. Или в дурную компанию ввяжется, всякое бывает, особенно когда денег нет." Себя Израильч не считал дурной компанией абсолютно. Снег мирно хрустел под ногами, мимо проплывали голые деревья... Говорить было решительно не о чем, и молчание затягивалось, отчего Вася чувствовал себя неуютно. Наконец, решившись, он обернулся к девочке. - Ну допустим, родителей у тебя нет. Что, других родственников и опекунов тоже нету? Так не бывает. Да и как ты тогда к нам попала, если у тебя ничего нет? - Израильч с любопытством смотрел на Лис, ожидая ответа и наблюдая, как её одежда медленно шевелится и на ней ползают узоры из разноцветных линий. - Ты не думай, мне просто интересно.

Лисхен: "Нашёл место для разговоров, - подумала Лисхен. - Всё дыхание собьёшь, пока расскажешь". Но не ответить Израильчу было всё-таки невежливо: несмотря на нелепость ситуации и плохое поведение девочки, он всё-таки вёл её домой, где хотя бы тепло и можно не бояться лесных зверей, которые не могут не водиться в тайге. - Неа, никого нет, - начала Лисхен рассказ, стараясь говорить так, чтоб не сбилось дыхание. - Я сирота. Росла в деревне с отчимом. Отчим у меня этот, ну, механик. Машины чинил. В деревне школы не было - он меня сам всему учил. Математике там, физике. Я ему с починкой помогала - тоже вот научилась. Бил он меня, - тут Лис больно прикусила губу, чтоб не расчувствоваться. - Я решила убежать. Кто-то рассказал, что вот, мол, есть Россия, а в России Сибирь. Сибирь большая и меня не найдут, - тут Лис ненадолго остановилась, чтоб перевести дух, но скоро снова нагнала Израильча. - Вот убежала. От города до города поездами, а там... - Лисхен закашлялась, потому что уже довольно долго вдыхала ртом холодный воздух и, кажется, начала простужаться, - а там находила, кому что починить из техники. Мне за работу еду давали, одежду, деньги. И тут поезд с путей сошёл. Если б не убежала, меня б нашли. А мне не надо, чтоб нашли, мне и так хорошо. Лисхен замолчала и посмотрела вперёд: радиовышка была уже совсем близко, Лисхену даже снова стало казаться, что она видит уже заметённые снегом человеческие следы.

NPC Израильч: - Вот оно как... - задумчиво протянул Вася, после чего остановился и закашлялся с такой силой, что был вынужден опуститься на корточки, а потом и вовсе свалился на колени. Спустя полминуты, утерев взмокшее лицо, Израильч поднялся на слегка подрагивающие ноги. - Извини, здоровье у меня пошаливает. Пошли дальше... Вася махнул рукой куда-то вперёд и неторопливо двинулся в указанном им же направлении. - А у меня вишь как вышло. Я же сейчас мог бы аж в Израиле жить у меня родители-то оттуда родом будут. Шут знает, что их дёрнуло в Советский Союз двинуться... Ну да ладно, мне и тут хорошо в принципе. А ты храбрая, молодец. Я бы не решился, наверное, вот так взять и рвануть, куда глаза глядят. Вася с трудом подавил желание потрепать Лис по голове, но всё же сумел загнать свои родительские инстинкты куда подальше. Впрочем, у него был шанс реализовать заботу о ребёнке, который упорно пытался замёрзнуть. - Слыш, на-ка. Одень. - с этими словами Израильч снял с себя фуфайку и тут же набросил ребёнку на плечи, а на голову нахлобучил шапку. Торчок поёжился - однако в лесу подмораживало. - Если тяжело, так я тебя и понести могу, не стесняйся. А то устанешь, простудишься, возись с тобой потом.

Лисхен: Лис-тян немного испугалась случившегося приступа кашля у "свободного человека", но решила не вмешиваться. Ей стало намного теплее, и всё-таки она с беспокойством поглядывала на Израильча. - Слушай, а ты сам-то не замёрзнешь? Было очевидно, что Василий именно это и сделает, поэтому в голове Лисхена зрело непростое решение: продолжать мёрзнуть самой или всё-таки вернуть шапку и фуфайку их законному обладателю, спасши его тем самым от жестокой простуды, а то и от воспаления лёгких. В общем, мороз крепчал, а необходимость добраться поскорее до человеческого жилья становилась всё острее. - Василий, - позвала через некоторое время Лисхен, - долго ещё до твоего дома? И всё-таки нет ли по пути ещё места, где мы могли бы остановиться. Вот эта башня, например, - девочка кивнула в сторону радиовышки, которая была уже совсем близко, - там кто-нибудь живёт?

NPC Израильч: - Да не, я не замёрзну, не беспокойся. Закалённый я. - бодро ответил Вася. - А на вышке... Не, вроде бы никто не живёт. Работают там - да, есть такое, но не живут. До дома не так уж и далеко, всё нормально. А ты что, устала всё-таки? Израильч тут же мысленно выругался. Конечно она устала, добралась досюда чёрт-те откуда, неизвестно как, а тут ещё посреди ночи по сугробам скакать. Тут и нормальный человек устанет... - Ты это, потерпи чуток, а там я тебя и горячим накормлю и всё такое. - успокаивающе сказал Вася и замедлил шаг, чтобы Лис не пришлось бежать за ним, а сам решил поднять голову и посмотреть на эту вышку... Фиг знает, как она её увидела, темно, хоть глаз выколи! Только далеко-далеко в небе горит красный сигнальный огонёк и всё. Хотя, она ведь и помоложе будет, так что ничего удивительного... Израильч потёр руки, которые начали немного замерзать. - В общем это, как устанешь - скажи. Тебе, ежели по режиму, уже давно спать пора, а не по лесам шататься.

Лисхен: - Конечно-конечно, - Лис уже вполне смирилась с мыслью, что ближайший час, а то и два ей предстоит топать по снегу в компании этого странного мужчины. - Я не сильно уставшая-то, я ж спала, пока ехала. Кажется, отношения с Израильчем становились всё теплее. И всё-таки вышка занимала мысли Лисхен, во всяком случае, больше объектов, достойны внимания, кроме вышки и Израильча, не было, но кто ж станет забивать голову каким-то торчком. Тем более, у Лис появилось странное чувство, что она останется в этом городе надолго и события, которые с ней произойдут, будут намного серьёзней всего того, что с ней случалось раньше. - А кто работает-то? И что делают? - Лис и правда не замечала раньше подобных вышек и не знала их предназначения.

NPC Израильч: - Ну... - Вася попытался собраться с мыслями, вспоминая всё то немногое, что он знал о вышке. - Люди там работают. Механики, дикторы, уборщики и так далее... А делают новости и музыку нам запускают. При этом Вася улыбнулся, чувствуя себя всезнающим. Впрочем, что-то его беспокоило - что-то было не так в окружающем лесу. Но, он махнул на свои предчувствия рукой - такое с ним всегда случалось, когда он перебирал с шалфеем. - Погоди чуток... - Израильч залез в карман своей фуфайки и вытащил оттуда нож. - Так... Знаешь, давай пойдём чуть-чуть побыстрее, а то мы так будем ещё долго топать. Торчок беспокойно вращал глазами, осматривая лес вокруг. Бирюзовые тени, шуршащие под снегом куда-то пропали, а обстановка становилась всё более пугающей, хотя он и не мог сказать, что же в ней было такого пугающего. Вася сжал нож и ему стало немного поспокойнее - всё же он мог постоять за себя и за ребёнка. Даже не так - в первую очередь за ребёнка, так как детей следовало защищать и спасать, несмотря ни на что.

Лисхен: Несмотря на ненаблюдение в себе ранее проницательности, Лисхен почувствовала беспокойство Израильча. Сама она не ощущала страха, точнее, заставляла себя не бояться. Это было не первое ночное путешествие Лиса, поэтому она твёрдо знала: бояться нельзя. Если боишься, то теряешь внимание и силы, а уж в ночном-то лесу этого делать было никак нельзя. Надо было, очевидно, приободрить своего спутника - кто ж ещё-то поведёт её отсюда в город. - Да не бойся, нет тут никого, - Лисхен старалась говорить развязно и даже весело, - был бы тут кто, мы б уже давно заметили. Да и кому нужно таскаться по ночам в лесу? - О том, что сам Израильч как-то вот да оказался, она и не подумала, да и не стоило размышлять о природе появления своего спасителя, пусть и представленного каким-то бомжеватого вида торчком. Вышка осталась сбоку и уже уходила немного назад. Следы на снегу, без сомнения, были, но теперь, когда девочка знала, что там работают люди, они перестали быть чем-то пугающим. "Конечно, должны же все эти работники приходить, а потом возвращаться домой". - Вася, - немного помолчав, чтобы подумать, снова заговорила Лис-тян, - ты дорогу-то к дому хорошо знаешь? Может, нам стоит добираться по чужим следам? - и девочка показала как раз на ямки в сугробах. Казалось, что тот, кто шёл здесь (а шёл здесь кто-то не то чтобы совсем давно, но всё-таки не в ближайшее время) был пьян или слеп: следы петляли из стороны в сторону, а порой шедший, видимо, падал, о чём свидетельствовали всё те же ямки довольно большие, чтоб быть просто следом человеческой ноги. И всё-таки удивительно: нечасто девочка видела радиовышки. Зачем такая махина при маленьком Излучинске, было совершенно непонятно.

NPC Израильч: - А? Дорогу? - Вася встрепенулся, так как слишком увлёкся попытками предположить, что же его не устраивало в окружавшем их лесу. - Да, хорошо знаю, не боись. Я же тут с детства по лесам шастаю. Видишь во-о-он там, впереди, обгоревшее дерево? Оно тут сколько я себя помню. Так вот, метрах в двустах-трёхстах позади него уже город начинается. Если присмотреться, то можно даже огоньки фонарей увидеть. Увидев перед собой знакомый ориентир, Израильч чуть-чуть успокоился, но что-то всё же давило на него. Как будто тень постепенно сгущалась над пожилым торчком и его спутницей. - А насчёт следов и думать забудь. И так негоже по чужим следам ходить, а уж тем более в лесу у нас. Слухи ходят всякие... В общем, ни к чему это. Да и к тому же... - но, Лис было не суждено узнать конец этой фразы, так как Израильч умолк на полуслове. Причина этого поступка была проста - он повернул голову направо и увидел среди стволов скособоченную фигуру с горящими глазами. Снег вокруг этого существа был покрыт кровью. Она с хрипом, который Вася услышал только теперь, остановившись, дышала, будто зверь, долго преследовавший добычу. Израильч на мгновение прикрыл глаза и сосредоточился, помахал головой и вновь посмотрел на фигуру. Та и не думала растворяться, но, заметив, что её видят, начала медленно приближаться. Вася схватил девочку за руку. - Лис... В общем, так, иди дальше одна, я тут разберусь - горячо зашептал он, повернувшись к девочке лицом и спиной чувствуя приближение опасности. - Как идти знаешь, ключи от моего дома в фуфайке, в внутреннем кармане. Адрес - третья улица Строителей, дом двадцать пять, квартира двенадцать. Давай, быстро. Я приду. После этого Вася снова повернулся к фигуре, которая уже преодолела половину расстояния между ними и поудобнее перехватил нож. Конечно, он умел обращаться с ножом, так как служил в армии и их обучали ножевому бою. Но вот применить свои знания на практике ему ещё не приходилось. - Эй, ты. Ты чего тут ходишь-то? Ночь на дворе ведь. - последнюю фразу Израильч проговорил уже совсем тихо, так как ему стало здорово не по себе. От фигуры веяло какой-то чертовщиной. Было ощущение, что это выходец с того света. Однако, Вася взял себя в руки и подбросил в руке нож, после чего снова требовательно обратился к фигуре. - Ну?

Лисхен: Может, и стоило бы остаться с Израильчем и помочь ему справиться со зверем, но Лисхен была слишком слаба для этого, к тому же страх взял своё: увидев чудовище, девочка, издав то ли стон, то ли сдавленный крик, развернулась и, спотыкаясь, побежала прочь из леса. То самое дерево-ориентир было мигом потеряно из виду, поэтому Лис старалась только не сбиться с указанного направления, тем более, бежать оставалось совсем немного. И действительно, через пару минут карабканья по сугробам лес стал реже, а потом и вовсе закончился. Лис остановилась, чтобы отдышаться, оглянулась, но не увидела сзади ничего особенного: лес казался тёмным и пустым, звуков борьбы не было, да и в любом случае Лис не расслышала бы их за стуком крови в собственных ушах. Возвращаться точно не имело смысла, поэтому она снова посмотрела на то, что ждало её впереди: заброшенная улица с пустыми тёмными домами, занесённая снегом. В конце улицы, правда, был заметен огонёк в окне какого-то здания, поэтому Лис решила идти туда. Другого-то выбора у неё не оставалось: вряд ли на улицах сейчас много прохожих, которые с радостью укажут ей, как пройти по данному Израильчем адресу, а карты города (вот незадача!) у девочки с собой не оказалось. Может, в здании собралась и не самая дружелюбная компания, но это всё-таки лучше, чем замёрзнуть на улице. Пытаясь не проваливаться слишком глубоко, Лис побрела по снегу. Дойдя до здания, она обнаружила, что оно значительно разрушено, тем не менее, в окне горел яркий свет. Лисхен вздохнула, поднялась на крыльцо и постучала в дверь, стараясь произвести как можно больше шума, чтоб её заметили. --->разрушенный штаб

PumpkinzKing: Ну, перемещаться можешь куда хочешь) Так что да, пусть будет штаб) Собственно я могу указать только на этот момент: Лисхен пишет: Ой. Исправила. В таких случаях надо писать "НРИ" или "НРПГ", что означает неигровое сообщение. А игровое тогда следует отметить "РПГ" или "РИ". Ну, в общем постом выше видна эта система. Всё остальное вроде бы нормально. =) Удачной игры. Темку можно закрывать.



полная версия страницы