Форум » Фронтовые сводки » Избушка в лесу » Ответить

Избушка в лесу

Romero: Небольшой старый домик в таёжной глуши, неизвестно кому принадлежавший. За крепкими бревенчатыми стенами кроется уютная комнатка с русской печью, разгороженная пополам всего лишь длинной занавеской. Убранство внутри хоть и скудное, но вполне достаточное для жизни: ржавая пружинная кровать в углу, керосиновая лампа под потолком, выскобленный стол и несколько табуреток в центре, да полки и лавки с сундуками вдоль стен. В лютые зимние морозы можно отогреться, забравшись на лежанку на печи. Сбоку к дому приставлена поросшая мхом деревянная лестница, ведущая на чердак. Долгое время дом пустовал и потихоньку врастал в землю. Единственное окно даёт мало света: через него можно увидеть только деревья, да услышать стук колёс дальнего поезда. В былые времена строили на совесть, и, несмотря на свой преклонный возраст, изба ещё готова принять жильцов. Было бы только кого... [more][/more]

Ответов - 132, стр: 1 2 3 4 5 6 7 All

SleepWalker: Лунатик поблагодарила и шагнула в полутемное помещение. Глаза быстро привыкли к такому освещению, и девушка разглядела вполне типичное убранство для сибирской избы - с печью, большим столом, лавкой и даже, кажется, сундуками. Заинтересовавшись почему-то печью, Лунатик подошла поближе и поняла, что для приготовления пищи она вряд ли используется - по крайней мере, примус со стоящей на нем кастрюлькой чаще был в употреблении. - Примус это хорошо, - удовлетворенно заметила лейтенант. - Всухомятку питаться вредно... Заметив свой нравоучительный тон, она против воли тихонько рассмеялась. - Извините, я... отвыкла разговаривать с людьми, несу какую-то ерунду. Вам больше ничего не нужно? - спросила она, заметив знакомую канистру с керосином. Лунатик мягко передвигалась по комнате, осторожно касаясь предметов кончиками пальцев. Некоторые из них были вполне новыми, а другие, казалось, стояли здесь с момента постройки избы и уже срослись с ней. Девушка очень хотела поднята глаза и встретиться взглядом с Кандидом. Хотела - и боялась. Поэтому, наконец подойдя к вампиру почти вплотную, она подняла голову и еще раз спросила: - Все в порядке?

Romero: Кандид впал в некоторый ступор, даже не зная с чего начать, однако подувший в открытый проход холодный ветер вывел его из этого состояния. - В порядке?.. - глухо переспросил Невструев. - Д-да, сейчас всё будет... Он закрыл дверь и задвинул засов. Изба погрузилась в непроглядную тьму, сквозь которую раздались странные звуки: тихий хлопок открываемой канистры, мягкий плеск, стеклянный звон. Наконец, посреди комнаты вспыхнул маленький огонёк, вполне уютно устроившийся внутри керосиновой лампы. Надо было у Наркома фитилей ещё попросить... Кандид обеими руками дотянулся до невысокого потолка и подвесил лампу к балке. Домик наполнился подрагивающим оранжевым светом, выудив из темноты всё нехитрое убранство, полки, но спичек и других подобных приспособлений нигде видно не было. - Ничего страшного... - протянул Кандид, не дав воцариться неловкой паузе. - Здесь людей и нет. Эм... Хотите чаю?..

SleepWalker: - Ой, нет, спасибо! - запротестовала Лунатик, но как-то слабо. - Я ведь ненадолго... А у вас тут уютно... Просто удивительно, до чего может свет обыкновенной керосиновой ламп преобразить, казалось бы, невзрачный дом. Мягкие золотистые отсветы ложились на стены, преломлялись в складках оконной занавески и каких-то мешков на лавке, а когда огонек подрагивал, тени и свет причудливо перемещались, отчего казалось, что дом живет, дышит, двигается. В таком свете и Кандид показался Лунатику... совсем другим. Не таким, каким она его помнила по первому знакомству, по событиям Гражданской войны, не таким, каким он появился перед ней из тайги. Как сказал капитан? Спокойствие? Да, до настоящего покоя было еще далеко, но все-таки... Лунатик тихонько вздохнула и потерла лоб. - Знаете, я и правда... Пойду я. Она сделала шаг к двери, но остановилась и, повернув голову, спросила: - Скажите, вы зайдете как-нибудь? Или... Или я... могу прийти еще? Руки лейтенанта уже легли на засов, когда тени в очередной раз качнулись. Покачав головой, девушка повернулась к начальнику и, стараясь, чтоб голос оставался ровным, сказала, чуть криво улыбнувшись: - Мне тебя очень не хватает. Правда.

Romero: Взгляд вампира потух. Может, действительно, зря он сегодня вышел в город? Не стоило подходить к Дому Офицеров? Ведь керосин можно было достать и в другом месте. Однако же, большим облегчением было узнать, что Лунатик жива и здорова. Ещё большим - самому в этом убедиться, но столь скорый её уход накладывал свой отпечаток, впрочем, сливавшийся со множеством других. Надо, значит надо. Последние её слова заставили Невструева в прямом смысле вздрогнуть. В кои-то веки он почувствовал что-то сам, а не впитал от другого. Собравшись, вампир подошёл к Лунатику, покинув пятно света вокруг лампы. Всё же, он не хотел, чтобы лейтенант видела его таким. - Знаете... знаешь, я хочу извиниться, - начал он, глядя ей в лицо единственным глазом. - За всё. За то, что пришлось увидеть и испытать в ту осень... И за все те лишения. Ведь это по моей вине вы попали сюда... Без надежд, без сил... - он замолчал и вдруг опустил взгляд. - Хотя, наверное, лучше просто держаться подальше...

SleepWalker: Выходит, Кандид все это время обвинял во всем только себя? Лунатик почувствовала, как внутри все переворачивается от понимания того, что ему приходится переживать... Хотя... Наверно, она никогда не сможет понять его по-настоящему. - Для кого - лучше? - переспросила Лунатик, чуть пожав плечами. - И... Не пытайся казаться хуже, чем ты есть. Не бери всю ответственность на себя, ведь все мы... Лунатик опять усмехнулась. - Ну вот, сейчас и я начну просить прощения, и все пойдет по кругу. Если ты не хотел меня видеть, значит, у тебя были причины... Девушке вдруг стало жарко и она стянула шарф и шапку. Не найдя, куда бы повесить вещи, она просто сложила их на ближаший табурет и снова подошла к Кандиду. - А сила и надежда... Они никуда не ушли, просто... Нужно время. Нам всем... Будет новый день и новый путь. Это то, что я знаю наверняка. Лунатик поняла, что она хочет слишком много сказать, что она слишком долго молчала и держала все возражения в себе. Не время для пустой болтовни. Но все-таки одна вещь... - А еще я надеюсь, что ты простишь меня за то, что так и не смогла тебя понять. И надеюсь, что мы еще увидимся... Иначе... Иначе все бессмысленно, потому что все это было ради... Лейтенант запнулась и почти испуганно посмотрела на начальника.

Romero: Вампир лишь молча улыбнулся, однако улыбка на заросшем лице получилась какой-то страшной, хоть и живой. Дело-то было вовсе не в понимании - насколько человек вообще мог понять многовековое мёртвое существо, если это не под силу порой и ему самому - а в том, что нельзя было закрывать глаза на происходящее вокруг. Никогда. - Действительно, - протянул Кандид. - Извинения ни к чему - всё равно ими ничего не вернуть. Всё равно, сколько не проси прощения, а ученица не оживёт, и ужас, прокравшийся в сердце, никуда не исчезнет. Хорошо хоть, тому ребёнку Зоны чудом удалось спастись... Нельзя вечно смотреть назад, но что поделать, если впереди только тьма. - Просто... я думал, ты злишься на меня, ведь я не оправдал доверия, да ещё и привёл к этому... - вампир невольно потёр левую руку, будто ощутив на ней металл. Снова поглядел на Лунатика. Кто сказал, будто он не хотел её видеть? Хотя, не удивительно, потому что подобные кривотолки только и порождаются трусостью. Бояться придти, бояться сказать. Получается, вампир был просто трусом? - Ещё увидимся, - повторил Невструев. - Да, пора бы уже и жить настоящим, и решать насущные проблемы. Наверное... Можешь... заходить сюда, когда захочешь... Да...

SleepWalker: Она только развела руками и улыбнулась в ответ на его улыбку. - Ну вот видишь... Сколько всего мы еще могли надумать, если бы я не пришла без спросу? А ведь иногда достаточно просто спросить... Лейтенант вдруг почувствовала, как заныла недавно зажившая рука - наверное, к перемене погоды, хотя утро было вполне ясным и спокойным. - Я просто не могла понять, почему ты оставил меня тогда одну - после всего... На Лунатика опять нахлынули воспоминания о том дне - вернее, не столько воспоминания о событиях, сколько те ощущения - казалось, тогда произошло все самое плохое, самое черное и самое больное, что только может вынести человек. Она вынесла все, но что-то все-таки сгорело вместе со штабом Отряда. Или... нет? За окном все сильнее шумели деревья, и Лунатик поняла, что это что-то посерьезней обычного ветра. Подобрав свои вещи, она сказала: - А я ведь тогда не успела поблагодарить тебя. Оказывается, ты хорошо умеешь накладывать шины, - девушка подняла в воздух левую руку. - Вот. Отлично срослась, только немного ноет к непогоде. Вот и сейчас... Поэтому, я, пожалуй... Порывисто обняв Кандида, она поцеловала его в заросшую щеку. - Спасибо, Кандид. Я еще прийду, с твоего разрешения... Я... "Я потеряла слишком многих и не хочу потерять еще и тебя," - хотела добавить Лунатик, но все-таки не решилась - уж слишком эгоистичной была подобная фраза.

Romero: - Позволь... - вампир аккуратно взял Лунатика за руку, закатал ей рукав и провёл по коже холодными пальцами. - Ровно, даже смещения нет. А остальное пройдёт со временем... Кандид пожал плечами. Организм всегда сам восстанавливает себя, надо лишь дать ему необходимый импульс, мотив, чтобы он захотел это сделать. Время лечило тоже, но только до тех пор, пока оно не превышало отведённую норму. Дальше оно перетекало через край и накапливалось, всё большим грузом давя на голову и сердце. Невструев опомнился и отпустил руку лейтенанта, виновато потупив взгляд. Шагнул к выходу, отодвинул засов. Дверь открылась каким-то рывком, с силой ударив вампира по лбу и заставив его сделать шаг назад. В проёме тут же завыл холодный колючий ветер. Неба и деревьев не было видно за сплошной стеной кружащегося снега, уже засыпавшего порог. - Буран, - констатировал бывший старлей, налегая плечом на дверь и возвращая в избушку сравнительную тишину и тепло. Наконец задвинув засов, он поправил повязку на глазу и повернулся к Лунатику. Обвёл её взглядом с ног до головы. Та была тепло одета, но даже шарф и длинная шуба не могли нормально защитить от здешней непогоды. К тому же легко было просто заблудиться. - Снова извини, но я тебя в такую бурю отпустить не могу, - тихо, но решительно произнёс вампир. - Может... останешься, пока она хотя бы немного не утихнет?..

SleepWalker: - Да... останусь. И теперь, наверное, чай будет в самый раз... - рассеянно ответила Лунатик, не глядя на Кандида. Медленно расправив рукав, она подумала, что это, пожалуй, первый случай на ее памяти, когда начальник прикоснулся к ней - тот раз, когда он оказывал ей первую медицинскую помощь, не в счет - девушка была без сознания. Ощущение было странным, но не пугающим. Лейтенант прекрасно отдавала себе отчет, что все это время искала повод, чтобы задержаться - и вот он, отличный повод, воет за дверью, заметает снегом все дороги и пригибает деревья к земле... Теперь главное - не перестараться. "А ведь Нарком и Нелл сейчас пошли на станцию, - вспомнила Лунатик. - Надеюсь, они успели вернуться..." Вдруг она поняла, что впервые думает о капитане с чувством, больше всего похожим на благодарность, и что, наверное, стоило пережить все, что было - ради того, к чему она пришла сейчас. Посмотрев на вампира, рыжая покачала головой и сказала: - Эк тебя дверью-то приложило... Теперь наверняка шишка вскочит. Йод есть? Сейчас сеточку нарисую...

Romero: - Чай... - задумчиво протянул Невструев, будто бы что-то вспоминая. - Сейчас будет... А ты присаживайся пока. В ногах правды нет... Он выдвинул из-под стола табуретку и смахнул с неё несуществующие пылинки. Прошёл к печи и достал закопчёный чайник. Рядом нашлась большая пластмассовая канистра, из которой этот чайник и был наполнен. Кандид снял с керогаза верхушку и зажёг фитили, просто проведя по ним ладонью. Вернул её на место, а на решётку поставил кипятиться воду, только вечером набранную из родника. - Откуда ж здесь йод, - проговорил вампир, один за другим подкручивая регуляторы. - Из медикаментов разве что спирт. Да и тот - разбавленный. А, и бинты ещё... - до сих пор зажили ещё не все раны. - Обойдётся, думаю. Полушарья не задеты - и главное... За зелёным стёклышком керосинки плясали три огонька, облизывая дно чайника, ветер всё усиливался, но у вампира не выходил из головы тот факт, что даже абсолютно спонтанное прикосновение к Лунатику оставило сознание на месте. Он поставил на стол две кружки и коробок с сахаром. Присел напротив лейтенанта. - Так... А к чаю сегодня есть сухари... кажется, - он снова потёр саднящий лоб. - А также шоколад и сгущёнка.

SleepWalker: - Разбавленный спирт - это немного для других случаев... А сейчас в самый раз чай с сухарями. Подперев подбородок рукой, Лунатик размешивала сахар и наблюдала за Кандидом, думая о том, что во всей этой ситуации есть что-то иррациональное - пить чай со сгущенкой в компании высшего вампира в его избушке посреди сказочной тайги, а снаружи буран, а внутри - свет лампы и тепло... И как будто уже привычно и нормально, и не было ни войны, ни пожаров... Ведь, по идее, все должно быть совсем не так - высшим вампирам полагается быть неприступно-готичными, а лунатикам... Хотя, к черту все. Кто сказал, что тогда было лучше, чем сейчас? Просто было по-другому... Но можно ли вести себя так, словно ничего не было? Лунатик подняла кружку с чаем. - Твое здоровье, начальник. Как там было? Желаю вам счастливо разбить своих врагов...

Romero: - Тоже ведь лекарство... в некотором роде, - пожал плечами вампир. К этому времени чайник уже остывал на керосинке, а на столе лежал пакет сухарей с изюмом, рядом с банкой сгущёнки, которой, за неимением потерявшейся где-то открывалки, попросту свернули завальцованную верхушку. Кубики сахара, брошенные в кипяток, тут же растворялись, осыпаясь на дно белыми крупинками. Наверное, так же падал и снег за дверью, только во стократ сильнее, заметая и лес, и далёкий город. Когда-то давно Невструев в такую погоду выбирался на улицу, куда-нибудь повыше и просто сидел или стоял, глядя в даль, на кружащиеся в порывах ветра снежинки. Потому что больше ничего не оставалось... Вампирское существование во многом идентично человеческому, только растянуто гораздо больше. Но ни на какую пургу он не променял бы вот такое утро... и такую компанию. А может, это было просто напросто ретроградством... Кандид поднял глаз на Лунатика и встретился с ней взглядом. - Своих врагов я давно уже разбил, - покачал он головой. - Так что, давай просто за здоровье... Будь здорова. Кружки ударились друг о друга с глухим звоном.

SleepWalker: - Куда я денусь, - усмехнулась Лунатик, подув на обжигающий чай. - Оказалось, что человеческий организм... многое может выдержать. А еще здесь в округе очень много лекарственных трав. Правда, к заготовительному сезону я опоздала, но в следующем году непременно надо будет собрать. Знаешь, а ведь их тут можно не везде собирать... Места знать надо, - важно заключила рыжая и взяла сухарик. - Волхвы говорили, что у меня получится собирать правильно, потому что это надо делать в одиночестве и молча... "Молча, как же. Можно подумать, ты умеешь. Расслабилась, успокоилась..." - опять принялась ругать себя Лунатик. Оборвав болтовню, она опустила голову и принялась сосредоточенно размачивать сухарь, макая его в чай. Время от времени она поглядывала на Кандида из-под упавшей на глаза пряди волос и слушала вой метели за окном. Если бы не буран, Лунатик сейчас бы вернулась в Штаб, наверняка закатила бы там молчаливую истерику и... работала бы дальше? Лейтенант поняла, что нескоро бы решилась еще раз прийти к начальнику, несмотря на его разрешение... А раз так - то можно и посидеть, и полюбоваться на него... еще немного. - Ну вот, опять болтаю... Извини... Расскажи лучше, как ты тут... все это время.

Romero: - Конечно, на многое, - согласился Кандид. - В отличие от психики, которая очень хрупка. Да... Первая сотня лет всегда проходит более или менее нормально, но дальше обычно начинается форменный ужас, с каждым днём разрушая это самое сознание, уводя его всё дальше от человеческого. Невструев без опаски отпил горячий чай. Зачерпнул ложечкой сгущёнку и полил ею кончик сухаря. Попробовал... Нет, они определённо не сочетались, поэтому сгущёное молоко пришлось оставить до поры. - Насчёт лекарственных трав не знаю, - протянул вампир. - Но места здесь ягодные. Не сейчас, разумеется, - он снова чуть улыбнулся, - а летом, да по осени клюкву, морошку с малиной корзинами несут. Вампир помолчал. Где-то наверху устало заскрипела крыша, словно дом вздохнул, поёжился от мороза. - Да нет... Не болтаешь. Просто, что мне рассказывать... После... Штаба, как только оклемался, приехал сюда на машине. Помнишь "ГАЗ" тот?.. Нашёл вышку... нашёл ваш Дом офицеров. Постоял на пороге, да убежал в лес... сам даже не знаю, почему, - Невструев глотнул ещё чаю. - Вот, нашёл избушку, подлатал... потом себя латать стал. Да... Те несколько месяцев, проведённых в метаниях и борьбе с самим собой сейчас не очень хотелось вспоминать. Пусть просто лягут на глубину, рядом с другими такими же воспоминаниями. - Кстати, а кто такие эти Волхвы?

SleepWalker: - Ну... волхвы, - Лунатик сделала рукой с зажатой в пальцах чайной ложечкой неопределенный взмах. - Они... такие... Колдуны, друиды, ведуны. В общем, когда стали на Руси христианство вводить, их вытеснили. Сначала за Урал, а потом и дальше. А в Сибири... Здесь люди всегда были... другие. Вот и не стали их гнать. Они теперь выше по реке живут, на утесе. Вот только... - лейтенант погрустнела и опять подперла щеку кулаком. - Только к себе не пускают, вернее, то место само не пустит, кого не стоит. Если что надо - волхвы вниз спускаются. Они вроде тех, в Шамбале, только... Наши, понимаешь? Я ведь к ним хотела насовсем уйти... Просилась... Не пустили. Вспомнив, как и что говорили волхвы, чем объяснили, почему ей нельзя, Лунатик снова потупила голову и принялась тщательно размешивтаь в кружке уже давно растаявший сахар. Может, теперь-то, после того, как она наконец поняла все, о чем ей говорили, ей позволят? Но... Теперь она бы и сама не ушла, не бросила... - Просто им нужны те, кто светлее... А я... - она ухмыльнулась. - Мое место здесь.

Romero: - Кто есть волхвы-то, я знаю. Помню даже, один останавливался пожить... у Хозяйки. Просто, удивительно, что они ещё сохранились. В этот век, когда никто ни во что не верит. Кандид невесело вздохнул и развернул кружку, ручкой влево. С беспокойством глянул на лейтенанта, которой, казалось, этот разговор навевал плохие воспоминания. Умел же вампир подпортить настроение... - Здесь... - задумчиво повторил он. - Знаешь, звучит, как приговор. Только вот отчаиваться не надо... Не стоит. Если это действительно твоё место - хорошо. В противном случае, никто ведь не сдерживает от принятия того или иного решения, так? Просто, порой приходится от чего-то отказываться, чтобы, наконец, найти свой собственный путь. И порой цена отказа бывает слишком высокой... Вампир замолчал, не зная, что ещё добавить. Снаружи всё падал снег, после которого мир снова станет ослепительно-белым, но, впрочем, ненадолго. Люди выйдут из домов, будут топтать его валенками, счищать с улиц - и те вернут себе свой цвет. Серый. А потом снова пойдёт снег...

SleepWalker: - Кто бы говорил об отчаянии, - пробормотала Лунатик и покраснела. - Извини... Окончательно стянув пуховик, лейтенант подняла глаза к потолку, словно надеялась разглядеть сквозь него верхушки мачтовых сосен и темную хвою заметенных снегом елей. Все-таки ей нравилось это место, несмотря на нелюбовь к холоду. Вздохнув, она опять перевела взгляд на Кандида. - Цена... - повторила Лунатик. - Не знаю... Каждый раз, когда мне казалось, что она слишком высока... Происходило что-то, чтобы я поняла, насколько ошибаюсь! Выбор есть всегда, правда? Я, например, могла спокойно начать новую, нормальную жизнь в нормальном мире... Только это все равно был бы побег от того, чем я на самом деле являюсь. Поэтому я и говорю, что мое место здесь. Без страха и отчаяния... Склонив голову к плечу и сдув с носа рыжую прядь, она решилась и договорила: - А ведь сначала... все было не так. Теперь-то я понимаю, что волхвы имели в виду, говоря о моих целях - что раз я думаю только о себе, то мне самое место там, где все заняты только собой... Да, когда я шла на сигнал, я меньше всего думала о благе Коалиции, о долге перед товарищами, о идеалах, целях и задачах КМ. Я хотела просто разыскать тебя, даже не думая, нужно ли тебе, чтобы тебя нашли. Вот так... Повернув голову, Лунатик принялась до рези в глазах всматриваться в пламя лампы, словно та могла дать совет, как вести себя дальше. Как не начать бояться происходящего и произнесенного...

Romero: - Жизнь - это выбор, - зачем-то проговорил вампир, констатируя очевидное. - И развитие... Огонёк в лампе дрогнул и, кажется, чуть померк, добравшись до последних сантиметров фитиля, но теперь-то Кандид знал, что даже когда тот погаснет, свет в избушке не пропадёт. И дело тут вовсе не в вампирском зрении. - Нужно ли, не нужно ли... Какое это вообще имеет значение? Хорошие дела делаются спонтанно, их не обдумывают, - он помолчал. - Хотя, откуда мне всё это знать. Может, я всё это время ошибался. Семьсот лет прожить, ошибаясь - жуть, а?.. Он усмехнулся. Стоило задуматься над тем, зачем вампир вообще приехал сюда. Не из благих побуждений. Тоже... поставил себе задачу найти лейтенанта? Но тогда почему он оставил её в Зоне? Какова тогда была причина? Обычный эгоизм? Невструев посмотрел на Лунатика. - Но ведь всё же нашла... Сделала хорошее дело, значит думаешь не только о себе... - он улыбнулся по-доброму. - Так что, меньше печали... А то уже голова начинает болеть. Улыбка стала чуть шире, но вампир вовремя остановился, чтобы не показать клыки. В этот же момент огонёк в лампе колыхнулся, будто сопротивляясь порыву ветра, и погас, погрузив избушку в непроглядную темноту.

SleepWalker: Лунатик согласно кивнула, потом, сообразив, что в темноте ее кивок незаметен, сказала вслух: - Конечно... Можем поговорить о... добре и зле, весне и осени, капусте и королях. А можем, - продолжила она, аккуратно передвигая табурет, чтобы оказаться поближе к Кандиду, - Просто сидеть, пить чай и слушать вьюгу... А что касается ошибок... Их ведь не совершает только тот, кто ничего не делает. Человеку свойственно... Нет, не так. Всему живому свойственно ошибаться. На том и порешим, хорошо? Темноты рыжая хотя и не любила, но боялась мало. Временами даже наоборот - предпочитала, чтобы царила непроницаемая тьма, потому что несовершенному человеческому зрению Лунатик доверяла еще меньше, чем изменчивому лунному свету, блеску звезд или бликам ламп. А так... Можно просто довериться своим чувствам и предчувствиям. Это не сложнее, чем искать дорогу через минное поле, хотя последствия ошибки могли оказаться гораздо масштабнее... В кружке оставалось чая еще на пару глотков, и Лунатик решила пошарить по столу в поисках сухарика, но в темноте наткнулась на руку вампира. Поколебашись всего долю секунды, девушка осторожно сжала ее и улыбнулась.

Romero: Вампир дрогнул, но руки, впрочем, не убрал. Напротив, повернул её так, чтобы ощущать ладонь лейтенанта. - Зачем?.. - раздался вопрос из темноты. Грусти в нём не было - скорее, искреннее удивление. Действительно, для него это была довольно странная ситуация. Не сказать, чтобы в новинку - всё же, за семь веков многое удалось испытать - но было и что-то необычное. А вместе с тем и пугающее. Уже почти год не хотелось в который раз приходить к тому же самому окончанию. Верно... ошибаться мог любой. И самым скверным было то, что никто на эти ошибки не укажет, а ведь без этого очень и очень сложно не только их исправить - признать, найти. Метель снаружи всё усиливалась, ветер стучал в дверь, снег, видимо, не собирался заканчиваться в ближайшее время. Совсем, как тогда. Только вместо стальных бортов были деревянные стены, табуретки, заменяющие покрытые рваным дермантином лавки, сладкий чай вместо сивушной водки, а единственный источник тепла... Кандид и сам придвинулся к Лунатику. - Если хочешь... я могу поискать другой фитиль. Или свечу... Может, найдётся.



полная версия страницы