Форум » Фронтовые сводки » Избушка в лесу » Ответить

Избушка в лесу

Romero: Небольшой старый домик в таёжной глуши, неизвестно кому принадлежавший. За крепкими бревенчатыми стенами кроется уютная комнатка с русской печью, разгороженная пополам всего лишь длинной занавеской. Убранство внутри хоть и скудное, но вполне достаточное для жизни: ржавая пружинная кровать в углу, керосиновая лампа под потолком, выскобленный стол и несколько табуреток в центре, да полки и лавки с сундуками вдоль стен. В лютые зимние морозы можно отогреться, забравшись на лежанку на печи. Сбоку к дому приставлена поросшая мхом деревянная лестница, ведущая на чердак. Долгое время дом пустовал и потихоньку врастал в землю. Единственное окно даёт мало света: через него можно увидеть только деревья, да услышать стук колёс дальнего поезда. В былые времена строили на совесть, и, несмотря на свой преклонный возраст, изба ещё готова принять жильцов. Было бы только кого... [more][/more]

Ответов - 132, стр: 1 2 3 4 5 6 7 All

SleepWalker: Лунатик поблагодарила и шагнула в полутемное помещение. Глаза быстро привыкли к такому освещению, и девушка разглядела вполне типичное убранство для сибирской избы - с печью, большим столом, лавкой и даже, кажется, сундуками. Заинтересовавшись почему-то печью, Лунатик подошла поближе и поняла, что для приготовления пищи она вряд ли используется - по крайней мере, примус со стоящей на нем кастрюлькой чаще был в употреблении. - Примус это хорошо, - удовлетворенно заметила лейтенант. - Всухомятку питаться вредно... Заметив свой нравоучительный тон, она против воли тихонько рассмеялась. - Извините, я... отвыкла разговаривать с людьми, несу какую-то ерунду. Вам больше ничего не нужно? - спросила она, заметив знакомую канистру с керосином. Лунатик мягко передвигалась по комнате, осторожно касаясь предметов кончиками пальцев. Некоторые из них были вполне новыми, а другие, казалось, стояли здесь с момента постройки избы и уже срослись с ней. Девушка очень хотела поднята глаза и встретиться взглядом с Кандидом. Хотела - и боялась. Поэтому, наконец подойдя к вампиру почти вплотную, она подняла голову и еще раз спросила: - Все в порядке?

Romero: Кандид впал в некоторый ступор, даже не зная с чего начать, однако подувший в открытый проход холодный ветер вывел его из этого состояния. - В порядке?.. - глухо переспросил Невструев. - Д-да, сейчас всё будет... Он закрыл дверь и задвинул засов. Изба погрузилась в непроглядную тьму, сквозь которую раздались странные звуки: тихий хлопок открываемой канистры, мягкий плеск, стеклянный звон. Наконец, посреди комнаты вспыхнул маленький огонёк, вполне уютно устроившийся внутри керосиновой лампы. Надо было у Наркома фитилей ещё попросить... Кандид обеими руками дотянулся до невысокого потолка и подвесил лампу к балке. Домик наполнился подрагивающим оранжевым светом, выудив из темноты всё нехитрое убранство, полки, но спичек и других подобных приспособлений нигде видно не было. - Ничего страшного... - протянул Кандид, не дав воцариться неловкой паузе. - Здесь людей и нет. Эм... Хотите чаю?..

SleepWalker: - Ой, нет, спасибо! - запротестовала Лунатик, но как-то слабо. - Я ведь ненадолго... А у вас тут уютно... Просто удивительно, до чего может свет обыкновенной керосиновой ламп преобразить, казалось бы, невзрачный дом. Мягкие золотистые отсветы ложились на стены, преломлялись в складках оконной занавески и каких-то мешков на лавке, а когда огонек подрагивал, тени и свет причудливо перемещались, отчего казалось, что дом живет, дышит, двигается. В таком свете и Кандид показался Лунатику... совсем другим. Не таким, каким она его помнила по первому знакомству, по событиям Гражданской войны, не таким, каким он появился перед ней из тайги. Как сказал капитан? Спокойствие? Да, до настоящего покоя было еще далеко, но все-таки... Лунатик тихонько вздохнула и потерла лоб. - Знаете, я и правда... Пойду я. Она сделала шаг к двери, но остановилась и, повернув голову, спросила: - Скажите, вы зайдете как-нибудь? Или... Или я... могу прийти еще? Руки лейтенанта уже легли на засов, когда тени в очередной раз качнулись. Покачав головой, девушка повернулась к начальнику и, стараясь, чтоб голос оставался ровным, сказала, чуть криво улыбнувшись: - Мне тебя очень не хватает. Правда.

Romero: Взгляд вампира потух. Может, действительно, зря он сегодня вышел в город? Не стоило подходить к Дому Офицеров? Ведь керосин можно было достать и в другом месте. Однако же, большим облегчением было узнать, что Лунатик жива и здорова. Ещё большим - самому в этом убедиться, но столь скорый её уход накладывал свой отпечаток, впрочем, сливавшийся со множеством других. Надо, значит надо. Последние её слова заставили Невструева в прямом смысле вздрогнуть. В кои-то веки он почувствовал что-то сам, а не впитал от другого. Собравшись, вампир подошёл к Лунатику, покинув пятно света вокруг лампы. Всё же, он не хотел, чтобы лейтенант видела его таким. - Знаете... знаешь, я хочу извиниться, - начал он, глядя ей в лицо единственным глазом. - За всё. За то, что пришлось увидеть и испытать в ту осень... И за все те лишения. Ведь это по моей вине вы попали сюда... Без надежд, без сил... - он замолчал и вдруг опустил взгляд. - Хотя, наверное, лучше просто держаться подальше...

SleepWalker: Выходит, Кандид все это время обвинял во всем только себя? Лунатик почувствовала, как внутри все переворачивается от понимания того, что ему приходится переживать... Хотя... Наверно, она никогда не сможет понять его по-настоящему. - Для кого - лучше? - переспросила Лунатик, чуть пожав плечами. - И... Не пытайся казаться хуже, чем ты есть. Не бери всю ответственность на себя, ведь все мы... Лунатик опять усмехнулась. - Ну вот, сейчас и я начну просить прощения, и все пойдет по кругу. Если ты не хотел меня видеть, значит, у тебя были причины... Девушке вдруг стало жарко и она стянула шарф и шапку. Не найдя, куда бы повесить вещи, она просто сложила их на ближаший табурет и снова подошла к Кандиду. - А сила и надежда... Они никуда не ушли, просто... Нужно время. Нам всем... Будет новый день и новый путь. Это то, что я знаю наверняка. Лунатик поняла, что она хочет слишком много сказать, что она слишком долго молчала и держала все возражения в себе. Не время для пустой болтовни. Но все-таки одна вещь... - А еще я надеюсь, что ты простишь меня за то, что так и не смогла тебя понять. И надеюсь, что мы еще увидимся... Иначе... Иначе все бессмысленно, потому что все это было ради... Лейтенант запнулась и почти испуганно посмотрела на начальника.

Romero: Вампир лишь молча улыбнулся, однако улыбка на заросшем лице получилась какой-то страшной, хоть и живой. Дело-то было вовсе не в понимании - насколько человек вообще мог понять многовековое мёртвое существо, если это не под силу порой и ему самому - а в том, что нельзя было закрывать глаза на происходящее вокруг. Никогда. - Действительно, - протянул Кандид. - Извинения ни к чему - всё равно ими ничего не вернуть. Всё равно, сколько не проси прощения, а ученица не оживёт, и ужас, прокравшийся в сердце, никуда не исчезнет. Хорошо хоть, тому ребёнку Зоны чудом удалось спастись... Нельзя вечно смотреть назад, но что поделать, если впереди только тьма. - Просто... я думал, ты злишься на меня, ведь я не оправдал доверия, да ещё и привёл к этому... - вампир невольно потёр левую руку, будто ощутив на ней металл. Снова поглядел на Лунатика. Кто сказал, будто он не хотел её видеть? Хотя, не удивительно, потому что подобные кривотолки только и порождаются трусостью. Бояться придти, бояться сказать. Получается, вампир был просто трусом? - Ещё увидимся, - повторил Невструев. - Да, пора бы уже и жить настоящим, и решать насущные проблемы. Наверное... Можешь... заходить сюда, когда захочешь... Да...

SleepWalker: Она только развела руками и улыбнулась в ответ на его улыбку. - Ну вот видишь... Сколько всего мы еще могли надумать, если бы я не пришла без спросу? А ведь иногда достаточно просто спросить... Лейтенант вдруг почувствовала, как заныла недавно зажившая рука - наверное, к перемене погоды, хотя утро было вполне ясным и спокойным. - Я просто не могла понять, почему ты оставил меня тогда одну - после всего... На Лунатика опять нахлынули воспоминания о том дне - вернее, не столько воспоминания о событиях, сколько те ощущения - казалось, тогда произошло все самое плохое, самое черное и самое больное, что только может вынести человек. Она вынесла все, но что-то все-таки сгорело вместе со штабом Отряда. Или... нет? За окном все сильнее шумели деревья, и Лунатик поняла, что это что-то посерьезней обычного ветра. Подобрав свои вещи, она сказала: - А я ведь тогда не успела поблагодарить тебя. Оказывается, ты хорошо умеешь накладывать шины, - девушка подняла в воздух левую руку. - Вот. Отлично срослась, только немного ноет к непогоде. Вот и сейчас... Поэтому, я, пожалуй... Порывисто обняв Кандида, она поцеловала его в заросшую щеку. - Спасибо, Кандид. Я еще прийду, с твоего разрешения... Я... "Я потеряла слишком многих и не хочу потерять еще и тебя," - хотела добавить Лунатик, но все-таки не решилась - уж слишком эгоистичной была подобная фраза.

Romero: - Позволь... - вампир аккуратно взял Лунатика за руку, закатал ей рукав и провёл по коже холодными пальцами. - Ровно, даже смещения нет. А остальное пройдёт со временем... Кандид пожал плечами. Организм всегда сам восстанавливает себя, надо лишь дать ему необходимый импульс, мотив, чтобы он захотел это сделать. Время лечило тоже, но только до тех пор, пока оно не превышало отведённую норму. Дальше оно перетекало через край и накапливалось, всё большим грузом давя на голову и сердце. Невструев опомнился и отпустил руку лейтенанта, виновато потупив взгляд. Шагнул к выходу, отодвинул засов. Дверь открылась каким-то рывком, с силой ударив вампира по лбу и заставив его сделать шаг назад. В проёме тут же завыл холодный колючий ветер. Неба и деревьев не было видно за сплошной стеной кружащегося снега, уже засыпавшего порог. - Буран, - констатировал бывший старлей, налегая плечом на дверь и возвращая в избушку сравнительную тишину и тепло. Наконец задвинув засов, он поправил повязку на глазу и повернулся к Лунатику. Обвёл её взглядом с ног до головы. Та была тепло одета, но даже шарф и длинная шуба не могли нормально защитить от здешней непогоды. К тому же легко было просто заблудиться. - Снова извини, но я тебя в такую бурю отпустить не могу, - тихо, но решительно произнёс вампир. - Может... останешься, пока она хотя бы немного не утихнет?..

SleepWalker: - Да... останусь. И теперь, наверное, чай будет в самый раз... - рассеянно ответила Лунатик, не глядя на Кандида. Медленно расправив рукав, она подумала, что это, пожалуй, первый случай на ее памяти, когда начальник прикоснулся к ней - тот раз, когда он оказывал ей первую медицинскую помощь, не в счет - девушка была без сознания. Ощущение было странным, но не пугающим. Лейтенант прекрасно отдавала себе отчет, что все это время искала повод, чтобы задержаться - и вот он, отличный повод, воет за дверью, заметает снегом все дороги и пригибает деревья к земле... Теперь главное - не перестараться. "А ведь Нарком и Нелл сейчас пошли на станцию, - вспомнила Лунатик. - Надеюсь, они успели вернуться..." Вдруг она поняла, что впервые думает о капитане с чувством, больше всего похожим на благодарность, и что, наверное, стоило пережить все, что было - ради того, к чему она пришла сейчас. Посмотрев на вампира, рыжая покачала головой и сказала: - Эк тебя дверью-то приложило... Теперь наверняка шишка вскочит. Йод есть? Сейчас сеточку нарисую...

Romero: - Чай... - задумчиво протянул Невструев, будто бы что-то вспоминая. - Сейчас будет... А ты присаживайся пока. В ногах правды нет... Он выдвинул из-под стола табуретку и смахнул с неё несуществующие пылинки. Прошёл к печи и достал закопчёный чайник. Рядом нашлась большая пластмассовая канистра, из которой этот чайник и был наполнен. Кандид снял с керогаза верхушку и зажёг фитили, просто проведя по ним ладонью. Вернул её на место, а на решётку поставил кипятиться воду, только вечером набранную из родника. - Откуда ж здесь йод, - проговорил вампир, один за другим подкручивая регуляторы. - Из медикаментов разве что спирт. Да и тот - разбавленный. А, и бинты ещё... - до сих пор зажили ещё не все раны. - Обойдётся, думаю. Полушарья не задеты - и главное... За зелёным стёклышком керосинки плясали три огонька, облизывая дно чайника, ветер всё усиливался, но у вампира не выходил из головы тот факт, что даже абсолютно спонтанное прикосновение к Лунатику оставило сознание на месте. Он поставил на стол две кружки и коробок с сахаром. Присел напротив лейтенанта. - Так... А к чаю сегодня есть сухари... кажется, - он снова потёр саднящий лоб. - А также шоколад и сгущёнка.

SleepWalker: - Разбавленный спирт - это немного для других случаев... А сейчас в самый раз чай с сухарями. Подперев подбородок рукой, Лунатик размешивала сахар и наблюдала за Кандидом, думая о том, что во всей этой ситуации есть что-то иррациональное - пить чай со сгущенкой в компании высшего вампира в его избушке посреди сказочной тайги, а снаружи буран, а внутри - свет лампы и тепло... И как будто уже привычно и нормально, и не было ни войны, ни пожаров... Ведь, по идее, все должно быть совсем не так - высшим вампирам полагается быть неприступно-готичными, а лунатикам... Хотя, к черту все. Кто сказал, что тогда было лучше, чем сейчас? Просто было по-другому... Но можно ли вести себя так, словно ничего не было? Лунатик подняла кружку с чаем. - Твое здоровье, начальник. Как там было? Желаю вам счастливо разбить своих врагов...

Romero: - Тоже ведь лекарство... в некотором роде, - пожал плечами вампир. К этому времени чайник уже остывал на керосинке, а на столе лежал пакет сухарей с изюмом, рядом с банкой сгущёнки, которой, за неимением потерявшейся где-то открывалки, попросту свернули завальцованную верхушку. Кубики сахара, брошенные в кипяток, тут же растворялись, осыпаясь на дно белыми крупинками. Наверное, так же падал и снег за дверью, только во стократ сильнее, заметая и лес, и далёкий город. Когда-то давно Невструев в такую погоду выбирался на улицу, куда-нибудь повыше и просто сидел или стоял, глядя в даль, на кружащиеся в порывах ветра снежинки. Потому что больше ничего не оставалось... Вампирское существование во многом идентично человеческому, только растянуто гораздо больше. Но ни на какую пургу он не променял бы вот такое утро... и такую компанию. А может, это было просто напросто ретроградством... Кандид поднял глаз на Лунатика и встретился с ней взглядом. - Своих врагов я давно уже разбил, - покачал он головой. - Так что, давай просто за здоровье... Будь здорова. Кружки ударились друг о друга с глухим звоном.

SleepWalker: - Куда я денусь, - усмехнулась Лунатик, подув на обжигающий чай. - Оказалось, что человеческий организм... многое может выдержать. А еще здесь в округе очень много лекарственных трав. Правда, к заготовительному сезону я опоздала, но в следующем году непременно надо будет собрать. Знаешь, а ведь их тут можно не везде собирать... Места знать надо, - важно заключила рыжая и взяла сухарик. - Волхвы говорили, что у меня получится собирать правильно, потому что это надо делать в одиночестве и молча... "Молча, как же. Можно подумать, ты умеешь. Расслабилась, успокоилась..." - опять принялась ругать себя Лунатик. Оборвав болтовню, она опустила голову и принялась сосредоточенно размачивать сухарь, макая его в чай. Время от времени она поглядывала на Кандида из-под упавшей на глаза пряди волос и слушала вой метели за окном. Если бы не буран, Лунатик сейчас бы вернулась в Штаб, наверняка закатила бы там молчаливую истерику и... работала бы дальше? Лейтенант поняла, что нескоро бы решилась еще раз прийти к начальнику, несмотря на его разрешение... А раз так - то можно и посидеть, и полюбоваться на него... еще немного. - Ну вот, опять болтаю... Извини... Расскажи лучше, как ты тут... все это время.

Romero: - Конечно, на многое, - согласился Кандид. - В отличие от психики, которая очень хрупка. Да... Первая сотня лет всегда проходит более или менее нормально, но дальше обычно начинается форменный ужас, с каждым днём разрушая это самое сознание, уводя его всё дальше от человеческого. Невструев без опаски отпил горячий чай. Зачерпнул ложечкой сгущёнку и полил ею кончик сухаря. Попробовал... Нет, они определённо не сочетались, поэтому сгущёное молоко пришлось оставить до поры. - Насчёт лекарственных трав не знаю, - протянул вампир. - Но места здесь ягодные. Не сейчас, разумеется, - он снова чуть улыбнулся, - а летом, да по осени клюкву, морошку с малиной корзинами несут. Вампир помолчал. Где-то наверху устало заскрипела крыша, словно дом вздохнул, поёжился от мороза. - Да нет... Не болтаешь. Просто, что мне рассказывать... После... Штаба, как только оклемался, приехал сюда на машине. Помнишь "ГАЗ" тот?.. Нашёл вышку... нашёл ваш Дом офицеров. Постоял на пороге, да убежал в лес... сам даже не знаю, почему, - Невструев глотнул ещё чаю. - Вот, нашёл избушку, подлатал... потом себя латать стал. Да... Те несколько месяцев, проведённых в метаниях и борьбе с самим собой сейчас не очень хотелось вспоминать. Пусть просто лягут на глубину, рядом с другими такими же воспоминаниями. - Кстати, а кто такие эти Волхвы?

SleepWalker: - Ну... волхвы, - Лунатик сделала рукой с зажатой в пальцах чайной ложечкой неопределенный взмах. - Они... такие... Колдуны, друиды, ведуны. В общем, когда стали на Руси христианство вводить, их вытеснили. Сначала за Урал, а потом и дальше. А в Сибири... Здесь люди всегда были... другие. Вот и не стали их гнать. Они теперь выше по реке живут, на утесе. Вот только... - лейтенант погрустнела и опять подперла щеку кулаком. - Только к себе не пускают, вернее, то место само не пустит, кого не стоит. Если что надо - волхвы вниз спускаются. Они вроде тех, в Шамбале, только... Наши, понимаешь? Я ведь к ним хотела насовсем уйти... Просилась... Не пустили. Вспомнив, как и что говорили волхвы, чем объяснили, почему ей нельзя, Лунатик снова потупила голову и принялась тщательно размешивтаь в кружке уже давно растаявший сахар. Может, теперь-то, после того, как она наконец поняла все, о чем ей говорили, ей позволят? Но... Теперь она бы и сама не ушла, не бросила... - Просто им нужны те, кто светлее... А я... - она ухмыльнулась. - Мое место здесь.

Romero: - Кто есть волхвы-то, я знаю. Помню даже, один останавливался пожить... у Хозяйки. Просто, удивительно, что они ещё сохранились. В этот век, когда никто ни во что не верит. Кандид невесело вздохнул и развернул кружку, ручкой влево. С беспокойством глянул на лейтенанта, которой, казалось, этот разговор навевал плохие воспоминания. Умел же вампир подпортить настроение... - Здесь... - задумчиво повторил он. - Знаешь, звучит, как приговор. Только вот отчаиваться не надо... Не стоит. Если это действительно твоё место - хорошо. В противном случае, никто ведь не сдерживает от принятия того или иного решения, так? Просто, порой приходится от чего-то отказываться, чтобы, наконец, найти свой собственный путь. И порой цена отказа бывает слишком высокой... Вампир замолчал, не зная, что ещё добавить. Снаружи всё падал снег, после которого мир снова станет ослепительно-белым, но, впрочем, ненадолго. Люди выйдут из домов, будут топтать его валенками, счищать с улиц - и те вернут себе свой цвет. Серый. А потом снова пойдёт снег...

SleepWalker: - Кто бы говорил об отчаянии, - пробормотала Лунатик и покраснела. - Извини... Окончательно стянув пуховик, лейтенант подняла глаза к потолку, словно надеялась разглядеть сквозь него верхушки мачтовых сосен и темную хвою заметенных снегом елей. Все-таки ей нравилось это место, несмотря на нелюбовь к холоду. Вздохнув, она опять перевела взгляд на Кандида. - Цена... - повторила Лунатик. - Не знаю... Каждый раз, когда мне казалось, что она слишком высока... Происходило что-то, чтобы я поняла, насколько ошибаюсь! Выбор есть всегда, правда? Я, например, могла спокойно начать новую, нормальную жизнь в нормальном мире... Только это все равно был бы побег от того, чем я на самом деле являюсь. Поэтому я и говорю, что мое место здесь. Без страха и отчаяния... Склонив голову к плечу и сдув с носа рыжую прядь, она решилась и договорила: - А ведь сначала... все было не так. Теперь-то я понимаю, что волхвы имели в виду, говоря о моих целях - что раз я думаю только о себе, то мне самое место там, где все заняты только собой... Да, когда я шла на сигнал, я меньше всего думала о благе Коалиции, о долге перед товарищами, о идеалах, целях и задачах КМ. Я хотела просто разыскать тебя, даже не думая, нужно ли тебе, чтобы тебя нашли. Вот так... Повернув голову, Лунатик принялась до рези в глазах всматриваться в пламя лампы, словно та могла дать совет, как вести себя дальше. Как не начать бояться происходящего и произнесенного...

Romero: - Жизнь - это выбор, - зачем-то проговорил вампир, констатируя очевидное. - И развитие... Огонёк в лампе дрогнул и, кажется, чуть померк, добравшись до последних сантиметров фитиля, но теперь-то Кандид знал, что даже когда тот погаснет, свет в избушке не пропадёт. И дело тут вовсе не в вампирском зрении. - Нужно ли, не нужно ли... Какое это вообще имеет значение? Хорошие дела делаются спонтанно, их не обдумывают, - он помолчал. - Хотя, откуда мне всё это знать. Может, я всё это время ошибался. Семьсот лет прожить, ошибаясь - жуть, а?.. Он усмехнулся. Стоило задуматься над тем, зачем вампир вообще приехал сюда. Не из благих побуждений. Тоже... поставил себе задачу найти лейтенанта? Но тогда почему он оставил её в Зоне? Какова тогда была причина? Обычный эгоизм? Невструев посмотрел на Лунатика. - Но ведь всё же нашла... Сделала хорошее дело, значит думаешь не только о себе... - он улыбнулся по-доброму. - Так что, меньше печали... А то уже голова начинает болеть. Улыбка стала чуть шире, но вампир вовремя остановился, чтобы не показать клыки. В этот же момент огонёк в лампе колыхнулся, будто сопротивляясь порыву ветра, и погас, погрузив избушку в непроглядную темноту.

SleepWalker: Лунатик согласно кивнула, потом, сообразив, что в темноте ее кивок незаметен, сказала вслух: - Конечно... Можем поговорить о... добре и зле, весне и осени, капусте и королях. А можем, - продолжила она, аккуратно передвигая табурет, чтобы оказаться поближе к Кандиду, - Просто сидеть, пить чай и слушать вьюгу... А что касается ошибок... Их ведь не совершает только тот, кто ничего не делает. Человеку свойственно... Нет, не так. Всему живому свойственно ошибаться. На том и порешим, хорошо? Темноты рыжая хотя и не любила, но боялась мало. Временами даже наоборот - предпочитала, чтобы царила непроницаемая тьма, потому что несовершенному человеческому зрению Лунатик доверяла еще меньше, чем изменчивому лунному свету, блеску звезд или бликам ламп. А так... Можно просто довериться своим чувствам и предчувствиям. Это не сложнее, чем искать дорогу через минное поле, хотя последствия ошибки могли оказаться гораздо масштабнее... В кружке оставалось чая еще на пару глотков, и Лунатик решила пошарить по столу в поисках сухарика, но в темноте наткнулась на руку вампира. Поколебашись всего долю секунды, девушка осторожно сжала ее и улыбнулась.

Romero: Вампир дрогнул, но руки, впрочем, не убрал. Напротив, повернул её так, чтобы ощущать ладонь лейтенанта. - Зачем?.. - раздался вопрос из темноты. Грусти в нём не было - скорее, искреннее удивление. Действительно, для него это была довольно странная ситуация. Не сказать, чтобы в новинку - всё же, за семь веков многое удалось испытать - но было и что-то необычное. А вместе с тем и пугающее. Уже почти год не хотелось в который раз приходить к тому же самому окончанию. Верно... ошибаться мог любой. И самым скверным было то, что никто на эти ошибки не укажет, а ведь без этого очень и очень сложно не только их исправить - признать, найти. Метель снаружи всё усиливалась, ветер стучал в дверь, снег, видимо, не собирался заканчиваться в ближайшее время. Совсем, как тогда. Только вместо стальных бортов были деревянные стены, табуретки, заменяющие покрытые рваным дермантином лавки, сладкий чай вместо сивушной водки, а единственный источник тепла... Кандид и сам придвинулся к Лунатику. - Если хочешь... я могу поискать другой фитиль. Или свечу... Может, найдётся.

SleepWalker: - Не хочу. Ни капельки не хочу, - стараясь оставаться спокойной, ответила Лунатик. - А... что зачем? Не я в Коалиции телепатка, прости... Зачем она пришла? Зачем так стремилась остаться? Или зачем сейчас касается его руки так, будто хочет согреться, но боится обжечься? Словно снова и снова ищет и не находит то расстояние, на которое можно приблизиться, не боясь вторгнуться и нарушить... Несмотря на то, что в избушке было довольно прохладно, рыжей стало аномально жарко - а потом вдруг снова пробрал озноб. Может, она все-таки простудилась - Лунатику казалось, что ее щеки горят так, что освещают помещение получше любой лампы. Лейтенант старалась не дрожать, чтобы Кандиду не показалось, что она его боится. Ведь... не боится же? Ни его, ни того, что он может сделать или сказать. Или - не сделать и не сказать. Впервые Лунатик не боялась молчания начальника, но ей все-таки не хотелось, чтобы оно затягивалось.

Romero: - Зачем делаешь это... - пояснил Кандид, чуть сжав руку Лунатика. - Правда не боишься?.. Вспоминать сейчас прошлое не было повода, но страх - не менее актуальная для вампира тема, чем ошибки. И страх не за себя. Нет, он уже не боялся случайно навредить лейтенанту физически, но вот ранить душевно... За долгое время сердце стало жёстким и холодным, что та железная перчатка. Холод... Только сейчас Невструев понял, что девушка дрожит, хоть и пытается скрыть это. Искать шубу было долго, поэтому старлей просто встал, мысленно ругая себя, стянул телогрейку и аккуратно надел её на плечи Лунатика. Вернулся на место, почему-то оказавшись совсем рядом с лейтенантом. - Вот... Извини, просто я не успел принести дров с улицы, - тихо произнёс он, зябко поправив рукава байковой рубашки. - Да и всё равно печь бы долго топилась...

SleepWalker: Коротко поблагодарив, Лунатик закуталась в телогрейку, хотя и вздрагивала совсем не от холода. Немного подумав, она сказала: - А чего тут бояться? Что может случиться? По-моему, я и так потратила много времени... на придумывание страхов. У меня вообще почти все, что связано с тобой - было на грани... - лейтенант усмехнулась и покачала головой. - Уважение почти до страха и немоты, боязнь оказаться ближе, чем позволено и... смешно, но какая-то детская обида, когда все мои попытки привлечь внимание были безрезультатны. А мне всего-то хотелось создать достойный тебя Отряд... Чтобы тебе нравилось и ты... гордился... Чтобы ты хоть раз... мимоходом... сказал что-то вроде:"Лунатик, а у тебя хорошо получается", а не больше подходящие для партсобрания фразы, которыми мы обычно обменивались... Сообразив, что последняя фраза похожа на упрек, Лунатик замолчала, опустила голову, но потом все-таки договорила: - Зачем, почему... Потому что я устала бояться. Потому что я хочу, чтобы было по-другому... Чтобы потом не жалеть, что я чего-то не сделала. Что могла прийти - и не пришла, не сказала... Я не боюсь. К тому же... вроде бы я не делаю ничего страшного... - пальцы девушки снова коснулись руки начальника. - Или... делаю?

Romero: - Не делаешь... - поспешил заверить вампир. А что он ещё мог сказать... Признаться в том, что с давних пор не способен ни на что, кроме уважения? И поэтому нарочно не сближается с людьми, потому что растерял где-то все остальные чувства? Или что попросту не заслуживает ничего такого? - А придумывать страхи и не надо, когда один из них стоит перед тобой, - тихо проговорил Кандид. - Лунатик... я ведь не такой хороший, каким ты, наверное, меня считаешь. Я убиваю людей. Присоединившись к капитану и развязав войну, я, в конце концов, развалил Отряд, который у тебя... так хорошо получилось собрать. Я просто не заслуживаю, не могу заслуживать твоего уважения. Невструев замолчал. Со стороны это казалось просто смешным - не пробовать изменить себя, чтобы можно было оправдать ожидания, а бесконечно унижать, выискивая всё новые и новые причины для этого. Как будто это могло помочь, хотя с самого начало являлось обычным мазохизмом. - Ты сильная, Лунатик, - улыбнулся вампир сквозь темноту. - Сильная и решительная - у тебя великолепное будущее.

SleepWalker: - К черту это будущее, - неожиданно зло проговорила, почти прорычала Лунатик, наклонилась вперед и уже с силой сжала руку Невструева. - Если я говорю, что кого-то уважаю, люблю - да что угодно! - значит, я это и правда чувствую. Значит, человек не может не стоить того, что есть! И зачем отрицать и отворачиваться?.. Опомнившись, она ослабила хватку. - Неужели... нельзя просто принять то, что ты нужен кому-то таким, какой ты есть?.. Поверь, я... никогда не считала тебя... - девушка постаралась подобрать нужное слово, но не нашла более подходящего, - Хорошим. Я многое знаю, многое видела своими глазами... И дело даже не в том, что все мы не без греха! Просто ты - это ты... Если бы не ты... Лунатик задумалась, вспоминая свои первые дни в Коалиции, создание НЕРВа и улыбнувшись, сказала: - Ты помог мне понять смысл и цель всей моей работы... Ты помог мне поверить в себя и в НЕРВ... Да, эта была всего пара фраз, но мне хватило, чтобы понять - я расшибусь, но сделаю все правильно. Чтобы понять, что я всегда буду верна... - лейтенант покачала головой. - Порой для меня не существовало КМ и фюрера, а был лишь НЕРВ и старлей... Что бы ни произошло - наверное, ты всегда останешься для меня начальником. Бывших НЕРВовцев не бывает... И это не потому, что я цепляюсь за прошлое, а просто потому что.

Romero: - Не бывает, просто потому, что это действительно так, - протянул Ромеро. - Пусть даже это никому и не нужно, кроме нас с тобой... Да и цепляться за прошлое на всякий случай не советую. Не то в один прекрасный момент проснёшься и поймёшь, что кроме него у тебя ничего не осталось. Уж поверь... Голос стихал, терял интонации, и последние слова были произнесены совсем пресно, на одной ноте, смешавшись с завываниями ветра в печной трубе. Кандид посмотрел сквозь тьму на ладонь лейтенанта. - Хотя, до этого лучше не доводить, - подытожил он. Ветер - единственное, что напоминало о непогоде за дверью. В избе даже ещё сохранялось кое-какое тепло со вчерашнего вечера, но чайник, верно, уже остыл. Вампир усмехнулся про себя. Последний раз вот так посидеть за чашкой чая и поговорить удалось чуть меньше года назад. А за последние месяцы нелюдимый вампир и вовсе отвык от общества. Не умея хорошо разговаривать, разучился полностью - Хорошо, что у тебя есть цель, Лунатик, - в голосе снова читалась улыбка. - Потому что у меня её нет. Потерял, уж что поделать... Не в КМ, нет. Намного раньше. Со временем, когда кончились и фантазия и силы жить дальше. Но ведь меня нет в Её списках, - он прищёлкнул клыками, поясняя, что речь про костлявую. - И после смерти меня ждёт не Рай и не Ад - вечное забвение. Так что, я очень рад, что хоть это дело будет кому продолжать. Он вдруг обнял Лунатика, прижав её к себе и чуть отстранив голову, чтобы не поцарапать лицо девушки своей щетиной. Промолчав где-то с минуту, отпустил. - Можно спокойно помирать, - с новой усмешкой произнёс вампир.

SleepWalker: Лунатик хотела было рассказать, где она видела и что думает о своих целях и делах, которые стоит продолжать. Все, что она любила - ее Отряд, коллеги, работа - все это осталось в прошлом, обратилось в дым и пепел, развеяно по ветру и ушло в землю... Девушка уже открыла рот, но тут Кандид обнял ее, и все тщательно подобранные слова вылетели из головы. "Туда им и дорога," - решила Лунатик и решила впредь быть сдержаннее. В конце концов, зачем вспоминать прошлое или думать о будущем, если и в настоящем очень даже неплохо? Остановись, мгновенье... Когда начальник отпустил ее, Лунатик немного разочарованно вздохнула и вдруг почувствовала, как внутри нее образовалась странная, саднящая душу пустота, как будто рыжая упустила что-то важное, что вот-вот исчезнет навсегда. Словно стараясь не дать пустоте разрастись и поглотить все, лейтенант протянула руки и сама обняла вампира. - Покой нам только снится, - пробормотала она и улыбнулась. - И вообще... Умирать он тут вздумал! Еще чего... - Лунатик покачала головой, уткнулась носом в плечо старлея и вдруг с удивлением поняла, что плачет. Оставалось только надеяться, что в темноте и за воем метели этого не будет заметно. - Не пущу...

Romero: - Не пустишь... - вздохнул бывший старлей, запустив руки под телогрейку и обвив ими Лунатика. - Да уж, я ещё потреплю вам... психику... - казалось, он избегал самого упоминания о приснопамятном Отряде. Если посмотреть на вещи с другой стороны, то Там его действительно никто не ждал. Впрочем, равно как и здесь - так он думал до поры. Точнее, до сегодняшней ночи, до того момента, как подошёл к окнам Дома офицеров, и сквозь пелену отчаянья глянул лучик надежды. Хотя, это мог быть очередной самообман. Метель немного ослабла. Вероятно, чтобы в скорейшем времени разрастись с новой силой. Ещё быстрее гнать снежные волны, заметать следы, дороги... воспоминания. Целые города. Порушенных одиночеством и затушенных потрясениями чувств вампира вдруг коснулись едва заметные колебания. Прислушавшись, он понял, что девушка плачет. Не из-за его ли слов? Так или иначе, выяснять это было бы глупо. Кандид вновь прижал к себе лейтенанта и аккуратно смахнул слезинку с её щеки. Успокаивающе погладил Лунатика по волосам. - Надо бы тебе отдохнуть... - проговорил он тихо. - Ты просто устала. Наверное, не спала всю ночь?..

SleepWalker: - Спала, - ответила Лунатик и покачала головой. - Только не очень хорошо. Сны всякие... Хотя временами даже интересно. Поучительно... Каждую ночь девушке снились события той осени, Гражданская война, гибель Империи... Она даже не старалась как-то отогнать их, наоборот - с какой-то мучительной страстью погружалась в эти кошмары, переживая все снова и снова, просматривая под всеми возможными углами. Искала и не находила ответы на, в общем-то, риторические вопросы - зачем, почему и за что... И каждое утро Лунатик просыпалась будто после лихорадки, и долго еще ее преследовал едкий запах гари, оружейной смазки и раскаленного металла - запахи, которые не мог перебить даже свежий, обжигающе холодный воздух Излучинска и аромат хвои. - Но это пройдет... Уже проходит. Глаза лейтенанта понемногу привыкали к темноте - она уже могла различить очертания предметов и силуэт Кандида. Еще раз вздохнув, она слегка отстранилась от вампира, уперевшись ладонями ему в грудь и пристально вглядываясь в лицо. Девушка хотела было что-то сказать, но передумала, опять склонила голову на плечо начальника и спросила только: - Ты не замерз?

Romero: - Низкие температуры не доставляют вампирам дискомфорта, ты же знаешь... - протянул Кандид, продолжив аккуратно водить ладонью по голове лейтенанта. - Мы чувствуем холод, но замёрзнуть не можем - так уж устроены. Он хотел было пожать плечами, но удержался, боясь потревожить Лунатика. - А ещё мы почти не видим снов, - с едва заметной горечью вздохнул вампир. - Конечно, бывает, что нам что-то снится, но в большинстве своём - это мало понятный или не понятный вовсе бред неживого разума. Так что, береги свои сны!.. - закончил он шуточным наставлением. На самом деле, вампирские сновидения были явлением очень интересным и не менее осмысленным, но расшифровывать их не брались даже знатоки этого дела. Нежить - по крайней мере, насколько Невструев был с ней знаком - всегда балансировала между видимой реальностью и некими тонкими материями, мирами. Некоторые проводили в них почти весь свой срок. Ромеро тоже некогда весьма искусно управлялся с ними, но, со временем, погряз в рутине, в человеческом быте, за что нередко потом себя ругал. - А что, здесь стало совсем зябко? - вдруг спросил он.

SleepWalker: - Нет, здесь тепло, - скорее из вежливости быстро сказала Лунатик, а потом поняла, что ей действительно ни капли не холодно. - Знаешь... Здесь теплее, чем в Штабе. Несмотря на то, что там хорошее отопление... Да, если подумать, то даже в тайге во время метели и то обстановка теплее и дружелюбнее, чем в ДОФе. Лейтенанту совсем не хотелось возвращаться туда, особенно теперь... Рыжая вдруг подумала, что, наверное, никто раньше так не гладил ее по голове - наоборот, это было ее делом - успокаивать, утешать, поддерживать. И, скорее всего, так и будет дальше, но сейчас Лунатик могла позволить себе просто побыть... слабой, сидеть и радоваться этим прикосновениям, этой темноте, говорить что-то спокойное и не очень сложное и благодарить местную погоду за так вовремя начавшуюся метель. Обняв старлея покрепче, она перехватила его ладонь и прижалась к ней еще мокрой от слез щекой. - Вот так, если ты не против... У тебя тут уютно, - пробормотала она и осторожно погладила Кандида по щеке. - Если бы еще... тиканье часов и сверчка за печкой. Или я это уже говорила?

Romero: Прикосновение пальцев Лунатика вызвало будто бы слабый электрический разряд, хоть та сторона лица, на которую легла её ладонь, полностью потеряла чувствительность ещё со времён битвы в отеле, в Лондоне. Вместе с глазом. - Теперь говорила... - чуть улыбнулся вампир. - Сверчка не гарантирую, но старые ходики где-то тут были. Рабочие даже... Ещё один повод гордиться старыми, пожившими вещами. Когда Невструев обнаружил эту избу посреди леса, единственными исправными устройствами в ней оказались керогаз и часы с кукушкой. У первого пришлось заменить один из фитилей, но часы, покрытые толстым слоем пыли и паутины, запустились сразу, словно их забыли завести только вчера. Свободной рукой Кандид ласково провёл по спине лейтенанта. Помолчал немного, обдумывая слова, затем, отбросив нерешительность, проговорил тихо: - Если хочешь... можешь остаться здесь. Дом большой, места хватит... Надо только часы найти и повесить.

SleepWalker: Лунатик захлопала глазами и пару раз открыла и закрыла рот. Чего-чего, а такого поворота она, мягко говоря, не ожидала. Когда девушка заявилась в избушку, она вообще не была уверена, пустят ли ее в дом, а тут вдруг... Или не вдруг? И в первый раз Лунатик пожалела, что нет света - ей очень захотелось увидеть выражение лица Кандида. Не стоит, конечно, говорить ему что-то вроде: "Если ты хочешь," - если бы он не хотел, то не предложил бы такого... Поэтому... что ей-то мешает? Только страх в очередной раз помешать вампиру, который еще совсем недавно не искал ничьего общества. - Хочу, - призналась она и легонько потерлась щекой о его ладонь. - Очень хочу. Мне раньше никто... Девушка замолчала и, приподнявшись, поцеловала Ромеро, угодив в темноте в кончик носа. Смущенно хмыкнув, Лунатик пробормотала: - А еще я умею печь топить... Вареники делать... И варежки вязать.

Romero: Вампир лишь молча улыбнулся и погладил Лунатика по щеке сухой ладонью. На мгновение показалось, словно лейтенант была готова к такому вопросу. Но это были только догадки - бывший старлей ныне и сам почти ничего не видел в темноте. Куда уж приметить в глазах что-то, еле уловимое даже на свету. Но появилась новая мысль: в Доме офицеров явно было что-то нехорошее, а в стремлении оградить девушку от возможной опасности, не слишком ли далеко Кандид на сей раз зашёл? Не подвергнет ли её опасности ещё большей, да и нужна ли ей самой такая защита? Стоит только снова потерять контроль... Вампир отрицательно покачал головой самому себе. Это послужит великолепным стимулом к возвращению душевного покоя. А там - кто знает... - Всё когда-то бывает впервые, - проговорил он тихо. - Одним словом... располагайся. Чувствуй себя как... дома... Последнее слово прозвучало немного странно и отрешённо. Уж слишком плохие воспоминания у вампира связывались со всеми местами, что так или иначе можно было назвать "домом". - Вот метель закончится, надо всё же натащить дров, - Невструев крепче обнял лейтенанта. - Не то замёрзнем тут к ночи...

SleepWalker: - Угу, - согласилась Лунатик сразу со всеми словами Кандида. - Натащим и наколем. Или просто хвороста... Правда, я даже не знаю, как долго тут могут длиться метели. Мысль жить под одной крышей с начальником, сперва почти напугавшая девушку, теперь казалась ей вполне нормальной и естественной. К тому же, это был отличный способ держаться подальше от Штаб-квартиры. В конце-концов, отсюда до ДОФа не так уж и далеко - на случай, если Лунатик вдруг кому-то понадобится. Хотя... все первоочередные дело были давно сделаны, дальше там могли обойтись и без лейтенанта... Вдруг рыжей опять пришло в голову, что она вряд ли там кому-то нужна вообще. Наверное, это чувство было взаимным... Продолжая тихонько гладить Кандида по руке - от плеча к пальцам и обратно - Лунатик вдруг вспомнила старую историю про двух индейцев, которые на замерзли, потому что ночевали под одним одеялом. Покраснев, она опять несколько раз глубоко вдохнула и выдохнула, чтобы успокоить бившееся где-то под горлом сердце, и прошептала: - Я постараюсь... чтобы тебе не пришлось жалеть, что ты впустил меня...

Romero: - Я имею в виду, когда она немного ослабнет... Потому что длиться метели здесь могут сутками, - задумчиво протянул Невструев. - По крайней мере, длились сорок лет назад. Как сейчас - не знаю. Вот, помню, мы БАМ строили... Он осёкся на полуслове, осознав, что его занесло совершенно в другую степь. Хотя, до БАМа-то было всего километров... двести. Ничто, по сравнению с длиной пройденного вампиром пути. Во всех смыслах. Кандид аккуратно поправил телогрейку, съехавшую с плеча Лунатика. Ему снова показалось, будто девушка мёрзнет, несмотря на то, что её щека загорелась огнём. Вампир ласково провёл кончиками пальцев по рыжему виску. - Перестань... - тихо улыбнувшись, проговорил он. - Ведь это не услуга и не одолжение. О таких вещах не жалеют, что бы не произошло. Однако, за внешним спокойствием на этот раз скрывалась непроглядная тьма, которую всколыхнули слова девушки. Вероятно, сама того не желая, она голосом, тончайшими интонациями напомнила вампиру о прошлой зиме. Нет, даже раньше, когда почти эти же слова соскальзывали с уст другой. Другой рыжей. Молчание получилось черезчур звонким - в избе чего-то не хватало. Через мгновение вампир понял, чего: дверь больше не содрагалась от ударов ветра. - Стихло, вроде... - предположил Ромеро. - Попробуем выйти? Тут, за домом... навес...

SleepWalker: Куда-то выйти, значит, надо встать. Значит, надо разомкнуть руки и отодвинуться... - Да, конечно, - почти обреченно ответила Лунатик и привстала. - А у тебя запасная лопата есть? Там наверняка дом по крышу замело... И снова эта незнакомая ранее пустота на месте сердца... Девушка уже который раз старалась понять и не могла разобраться, что с ней происходит. Ведь раньше все было понятно, Невструев был начальником, она - его заместителем... Теперь тоже вроде все ясно. Тогда что это? Почему внутри все переворачивается, почему руки сами тянутся обнять?.. Не отпускать... "Так и влюбиться недолго," - подумала лейтенант и испугалась. Лунатик тихонько застонала и уселась обратно, обхватив руками голову. - Да, надо идти, но... - проборматала она и вдруг вцепилась в плечи Кандида. - Но только не сейчас, пожалуйста... Я не могу, понимаешь?.. Потом, потом...

Romero: Вампир едва заметно пошатнулся от нахлынувшей на него волны ощущений, которая с лёгкостью пробила почти все барьеры, установленные за столь долгий срок. Руки скользнули по телу Лунатика, и он снова обнял девушку, прижав её к себе. Погладил по волосам, по накрытой телогрейкой спине, проговорил тихо и успокаивающе: - Всё в порядке... В порядке... Никуда не идём, если нельзя... Затем чуть отстранился и посмотрел в глаза лейтенанта, то ли стараясь прочитать в них что-то, то ли просто в попытке успокоить. Ведь теперь ко всей ответственности, что он чувствовал к ней, как к младшей по званию, снова добавилось может и изрядно подзабытое, но всё ещё сильное желание - защитить любой ценой. Защитить не просто как коллегу, но как живого человека. Дышащего и чувствующего. Но как бы только не сделать хуже. Даже если казалось, что хуже быть уже не могло... - Всё в порядке... - осторожно повторил Ромеро. - Да, это была плохая идея. В доме тепло, пока мы внутри...

SleepWalker: Лунатик смотрела на вампира, не отрываясь, и хотела что-то сказать, хотя бы даже "Спасибо", но не смогла произнести ни звука. Все те чувства, которые она всегда испытывала не то что в присутствии - при мысли о начальнике - казалось, все это сейчас усилилось в миллионы раз, не давало дышать, говорить, внятно мыслить... Подумать только, а ведь девушка рассчитывала, что ей удастся сохранить спокойствие и не потревожить Ромеро своими эмоциями!.. Она постаралась было взять себя в руки, но быстро поняла, что это бесполезно. Близость Кандида сводила ее с ума, было одновременно и хорошо, и страшно больно, хотелось закричать, взвыть, что-то разбить с грохотом - словом, сделать хоть что-то, чтобы натянутая до предела струна души не лопнула, чтобы сердце не разорвалось... И Лунатик сделала то единственное, что на ее месте, наверное, сделала бы любая женщина - обвила руками шею Кандида и что было сил поцеловала его.

Romero: Вампирье сердце пропустило удар. Ещё не восстановившийся барьер рухнул окончательно, рассыпавшись маленькими искрящимися осколками, один из которых больно кольнул в глазу. Только на этот раз дело было не в лейтенанте. Последний удар произошёл оттуда, откуда Невструев ожидал меньше всего - изнутри. И вместе с этим на поверхность стало пробиваться потревоженное, то, что долгие годы скапливалось в потёмках, на глубине. Однако, вопреки всем предположениям, трагедии не случилось. Вероятно, чувства и переживания Лунатика послужили новой защитой - настолько они были сильны, как показалось Ромеро, и настолько же ослабли его собственные. Едва достигнув переливающейся всеми мыслимыми цветами стены, они тут же опадали, возвращаясь на дно. Совсем скоро осталось всего одно ощущение - теплота. И Невструев никак не мог понять, от кого же она исходила, кому принадлежала... Время словно остановилось. Кандид лишь опустил руку и обхватил Лунатика за талию, не считая нужным прерывать затянувшийся поцелуй.

SleepWalker: Перед полузакрытыми глазами Лунатика плыли разноцветные круги, кожу словно покалывали острые, горячие иголки и такие же иголки были под кожей - ощущения были настолько странными, что казалось, будто ничего подобного раньше с ней не происходило. То ли она так давно не целовалась, что успела отвыкнуть, то ли дело было совсем в другом... Лунатик быстро бросила все попытки понять свое состояние - ей тепло и хорошо, не все ли равно - почему? Девушка как-то лихорадочно, судорожно гладила Невструева по спине, плечам, рукам - это вовсе не было похоже на ласки, скорее на то, что она снова и снова хотела убедиться, что он по-прежнему рядом, что ей это все не видится в очередном приступе бреда. Только один раз Лунатик слегка вздрогнула - но не от испуга, а от неожиданности - когда ощутила рядом со своими губами клыки вампира. "Вот это называется - по-настоящему забыться," - подумала она и, мысленно улыбнувшись, продолжила целовать Кандида.

Romero: Правильным ли было то, что они тут делали, или неправильным - вампира это больше не интересовало. Обычно служебные романы ничем хорошим не кончаются, вот только двумя этими пустыми словами уже никак не назвать то, что сейчас творилось в душе. Да и судить-то было некому: кто сам без греха, пусть первым бросит камень. В какой-то момент Невструев осознал, что ему стало лучше, легче от самого ощущения присутствия лейтенанта. От её прикосновений, запаха, от теплоты её губ. Теперь стало совершенно ясно - чувства эти не были заимствованы ни у кого. Руки Кандида плавно переместились под телогрейку на плечах Лунатика, продолжая гладить её спину. Просто хотелось быть как можно ближе в это холодное утро. В трубе дымохода снова завыл ветер, за занавешенным окном совсем потемнело. Кажется, буря сегодня действительно разгулялась не на шутку.

SleepWalker: Раньше Лунатику казалось, что фраза "Прошли минуты, а быть может и часы" - не более чем красивый оборот, но сейчас девушка сама абсолютно потеряла счет времени. Мимоходом заметив, что за окном опять темно, она было подумала, что уже наступил вечер, и эта мысль, какой бы нелепой она не была, вернула рыжую к действительности. Лунатик обнаружила, что ее руки затекли от крепких объятий, а голова начинает нездорово кружиться. Нехотя отстранившись от Кандида, она сообразила, что вдобавок дышит тяжело, как после марафонского бега с препятствиями, а грохот сердца, наверное, разносится по всему дому. Пару минут лейтенант просто сидела, не шевелясь, и старалась успокоиться. Наконец, утихла дрожь в руках, вернулись на место душа и способность мыслить более-менее внятно. Тишина, покой и тепло... Продолжая таять и почти мурлыкать от поглаживаний Ромеро, Лунатик прильнула к нему всем телом, уже привычно склонила голову на плечо и закрыла глаза. "Ну вот... Теперь все будет хорошо... Поцеловать Кандида и умереть," - подумала она и поняла, что последние слова произнесла вслух.

Romero: - Умирать не обязательно... - проговорил Ромеро с улыбкой. Должен ли он был услышать эти слова или нет, так и осталось неясным. Но, так или иначе, они, слова, остались в избе и скоро осядут, подмешаются к остальным произнесённым и утаённым, что пробыли здесь десятилетия, покроют гаснущие осколки барьера, один из которых, кажется, засел под железной пластиной сердца. Снаружи ветер неистово нагонял волны снега на деревянные стены, скрипевшие под его морозным напором. Но в доме было спокойно, не хотелось думать ни о каком городе и его суетных обитателях где-то за лесом. Нет, наверное, никакого города уже - только бескрайние снежные поля, уходящие далеко за горизонт. А здесь была лишь зима, метель. И Лунатик с Кандидом. Вампир аккуратно водил ладонями по телу лейтенанта, и переохлаждение ей точно не грозило, хоть он и смутно понимал, что причина не в этом. - Да и, говорят, жить интереснее... - предположил Невструев, отодвинув рыжую прядку с лица девушки.

SleepWalker: - Ну, раз так говорят, - потянула Лунатик с улыбкой, - То, видимо, придется... Наверное, ни для кого в Коалиции не было секретом, что Лунатик неравнодушна к своему начальнику, но ей самой не приходило в голову, насколько... Когда все это началось? Только теперь, когда они наконец-то были равны, или гораздо раньше, когда еще существовал Отряд, когда... Неважно. Это было давно, в какой-то другой жизни, где все было неправильно, а быть может, ничего этого вообще не существовало, ни Зоны, ни НЕРВа, ни тем более - Империи... И можно было попытаться начать все... если не с начала, то как-то иначе. От каждого прикосновения Кандида по телу Лунатика словно волнами расходилось тепло и сжималось сердце. Абсолютно не хотелось шевелиться, девушка даже боялась сделать лишний вдох. Ей очень хотелось рассказать ему, что она чувствует, но... надо ли? - А еще говорят, - наконец вымолвила она, - Что у вампиров ледяные пальцы и нет сердца... Все врут.

Romero: - Просто преувеличивают... - проговорил Ромеро. - Сердце есть... А вот что до души... А, действительно, что до души? У вампиров она тоже была. Фактически, душа для вампира - то единственное и бесценное, оберегаемое до последнего. Но кто же виноват, что Невструев относился к ней столь небрежно? Подвергал сознательным экспериментам, зная, что ничем хорошим это не кончится, дробил, надеясь на что-то, вот и остался с жалкими калечными остатками, не способный ни на чувства, ни на собственные эмоции. Он посмотрел сквозь тьму на Лунатика, и в груди снова что-то кольнуло. Вампир вдруг сообразил, что так случалось уже с месяц, стоило только вспомнить о лейтенанте. Отголосок чего-то смутно знакомого, но в то же время безгранично далёкого и нового. Однако, выработанная за долгие столетия способность к простейшему анализу отчаянно не хотела что-либо выдавать. - Одним словом, сложно всё это... Даже для вампиров, - он вздохнул и мягко дотронулся кончиками пальцев до виска Лунатика. - А что, они разве не ледяные?

SleepWalker: - Не знаю, - прошептала Лунатик, взяла руку Кандида в свои и принялась гладить. - Может, и ледяные... Но от них все равно тепло. Пожалуй, даже слишком тепло... Лунатик чувствовала как от этой передозировки тепла снова сдавило горло и позвоночник словно плавится. Да, все оказалось гораздо серьезнее, чем симпатия и уважение, и совсем не было времени сомневаться и выяснять, не сама ли она это себе внушила, напридумывала... Девушка не находила в себе сил отпустить вампира, но находиться настолько близко к нему без вреда для рассудка казалось невозможным. Нет, ей необходима была хотя бы маленькая передышка. - Знаешь, а давай все-таки зажжем лампу, - попросила рыжая, виновато улыбнулась, разжала руки и чуть-чуть отодвинулась. - Чтобы было совсем-совсем немного света. Я просто очень давно тебя не видела... Если быть честной, то Лунатик вообще редко смотрела на начальника прямо - стеснялась, боялась, терялась в его присутствии... И потом очень часто себя за это ругала.

Romero: Вампир поднял глаз к потолку, к погасшей лампе, одновременно стараясь припомнить, был ли где-нибудь запасной фитиль для неё. - Можно попробовать... - вздохнул он, поднимаясь. - Только было б, на что смотреть... Но сейчас... Как это часто и случается, в памяти запросто всплывают все события, произошедшие два, три года назад, а вот что ел на завтрак или куда положил фитиль - вспомнить не можешь. Невструев исключением не был, разве что диапазон памяти был раз этак в семьсот больше. Он прошёл к одному из сундуков у печи и принялся копаться в его недрах. Спустя несколько минут, между форсунок для примуса и каких-то мелких автозапчастей был найден заветный фитиль, завёрнутый в промасленную бумажку. - Всё-таки, это последний, - посетовал Кандид, поставив керосинку на стол и сняв верхнюю её часть. - А хозмаг откроется только через несколько часов... Если вообще сегодня откроется. Вставив ленту фитиля в крепления и окунув его конец в керосин, Невструев закрыл лампу. По щелчку пальцев внутри колбы загорелся крохотный огонёк. Вампир нарочно не стал увеличивать его, чтобы не потревожить глаза Лунатика, которые, верно, уже привыкли к темноте. - Вот... - чуть улыбнулся он, подвешивая лампу обратно и вытирая руки. - Да будет свет...

SleepWalker: - Пусть будет, - согласилась Лунатик и, подперев голову рукой, уставилась на старлея. - Вот... Теперь на тебя полюбуюсь. Соскучилась же... Ну вот, вроде бы внутри все успокоилось, улеглось, не штормит... Сердце бьется ровно, дышится полегче. И никаких сомнений. Стараясь все-таки не особо "поедать глазами начальство", Лунатик вдруг опять вспомнила, при каких обстоятельствах они с Кандидом виделись в прошлый раз. Вот уж действительно - чем сильнее стараешься отогнать какие-то мысли и чувства, тем настойчивее они напоминают о себе. И тем больнее. Так вот почему в ДОФе лейтенант, абсолютно не осознавая причин, старалась пореже пользоваться свечами или керосиновыми лампами... А ведь, когда она пришла, все было в порядке! Но цепь ассоциаций замкнулась и... Огонь - даже такой слабый - профиль вампира - огонь - Кандид - огонь - огонь - Кандид - огонь - пожар... Смерть. Лунатик пошатнулась и схватилась за край стола, чтобы не упасть. С шумом втянув воздух, она хрипло сказала: - Кандид... Погаси ее... К черту... Пожалуйста... - и добавила, зажмурившись и для верности закрыв глаза ладонями: - У меня слишком хорошая память, наверное... И я теперь отношусь к огню... настороженно. Прости...

Romero: Огонёк лампы тут же колыхнулся и потух, вновь оставив избу в кромешной тьме и с лёгким привкусом дыма, подмешавшегося к запахам керосина и дров, которыми был пропитан дом. Только в душе вампира беспокойно перевернулось что-то тёмное, густое, норовившее всякий раз затуманить и взор, и сознание. Стало не по себе, ведь Невструев прекрасно понял, из-за чего вдруг последовала такая реакция лейтенанта на огонь. Молодец, что уж и говорить - наградил девушку фобией. - Не за что извиняться... - проговорил он, осторожно коснувшись ладонью плеча Лунатика. - Тем более, это моя вина, не надо отрицать. Вампир аккуратно погладил лейтенанта, но, сообразив, что от присутствия поблизости источника главной беды лучше не станет, убрал руку. Конечно, ещё бы на время попользоваться спичками для разжигания огня, но и их в доме, кажется, тоже не было. Какой бардак... - Но... ты же понимаешь, что лампу рано или поздно придётся зажечь... - тихо продолжил Кандид. - Тот огонь давно погас... Да, возможно он разгорится снова, только... на этот раз может принести с собой лишь тепло и свет. Зачем он и нужен был когда-то...

SleepWalker: - Тогда за огнем нужно постоянно следить... - так же тихо ответила рыжая. - А кому понравится, когда за ним следят? Ограничивают, не дают разойтись... Даже если в итоге будет тепло и светло. Поэтому стоит ли думать, что будет - потом?.. Потянувшись, она положила руки на плечи Кандида и продолжила: - А лампу зажжем попозже, обязательно. Нельзя же всю жизнь в темноте просидеть. Особенно когда где-то есть место, где свет. И... Давай не будем больше выяснять, где чья вина, хорошо? Я в порядке, честно. Это так, остаточные явления после затяжной болезни, - усмехнулась Лунатик и мотнула головой. - А сейчас... Обними меня, пожалуйста. И все будет хорошо. Я знаю.

Romero: - Всё будет хорошо... - повторил вампир. - Будет... хорошо... Он послушно обнял Лунатика. Притянул её к себе и мягко коснулся губами рыжей макушки. Свет не был важен или нужен, пока можно было вот так просто... осязать друг друга. Но и границ никто не отменял. Ладонь снова заскользила по спине лейтенанта. Надо было возвращать зыбкий душевный покой. - Свет может быть искусственным... - проговорил Невструев тихо. - Я очень часто наблюдал, как он почти заменяет настоящий. Иногда настолько, что и не отличить сразу... Вот это по-настоящему страшно... Он замолчал, когда брёвна глухо охнули от нового снежного вала. Однако, в прочности стен сомнений не возникало. - А ещё огонь топит снег, - вдруг протянул вампир, краем уха слушая завывания ветра. - Как думаешь, засыплет нас по самую крышу или обойдётся?..

SleepWalker: - Не знаю, - ответила Лунатик и, почему-то поежившись, прижалась к Кандиду. - Я раньше видела столько снега только в горах, но там он совсем другой... Вот по чему Лунатик действительно скучала как в Зоне, так и в этих местах, так это по горам. Нигде девушка не чувствовала себя настолько спокойно и в безопасности, так уверенно, как там. Конечно, в тайге тоже было по-своему красиво, но... Лейтенант вдруг подумала, что ее жизнь была разделена на две вовсе не равноценные части - то, что было до КМ, и то, что связано с Коалицией. И в первой "жизни" было и тепло, и покой, и дом, и даже, наверное... любовь. А потом? Что она получила взамен, ринувшись в бой за чьи-то - неужели свои? - идеалы?.. Боль, ложь, смерть. Но, взглянув на старлея, Лунатик подумала, что, может быть, все это было не зря. Может быть, после всего, что произошло, она имеет право немного посидеть вот так, жмурясь от удовольствия и едва заметно вздрагивая от каждого прикосновения вампира, и чтобы кружилась голова, и по телу снова и снова разливалось почти позабытое тепло, и не пугала метель снаружи, даже если заметет по самую крышу... Может, они оба имеют на это право?.. Запустив руки под рубашку Кандида, Лунатик тоже осторожно погладила его по спине и спросила: - А ты когда-нибудь был в горах зимой? "Похоже, я все-таки сошла с ума..."

Romero: - Был, кажется, - слегка пожал плечами вампир. - Но очень-очень давно... И воздух вокруг тогда был красен от крови. Так что, наверное, это не считается... Пальцы лейтенанта оказались неожиданно тёплыми. Едва ощутив их касание, Ромеро с удивлением заметил, что сердце забилось чаще. Плохо... надо будет найти кровь. А впрочем, может, и обойдётся. Взбаламученный осадок вновь оседал на дне сознания. Раны на душе хоть и не зажили, но перестали саднить. Может, всё действительно было или скоро станет... хорошо. Кандид бережно водил ладонями по плечам и спине Лунатика, одновременно следя, чтобы пальцы девушки не обнаружили бинтов, плотно обвязанных поперёк его туловища. Незачем причинять излишнее волнение. - К тому же, солнце не очень-то полезно для нас... - продолжил Невструев. - А в горах, на снегу ведь его очень много. Вот и приходится... по подвалам, да по тоннелям. И лишь догадываться, каково это - стоять выше облаков. Он невесело усмехнулся. Могло показаться, что пребывание вдали от дневного светила всё ещё волнует этого древнего монстра, но из-за окружения ли, либо из-за чего другого, вполне человеческое влечение к свету быстро сошло на нет после превращения. Притом, вампир отдавал себе отчёт в том, что это вовсе не нормально.

SleepWalker: - Выше облаков... - повторила Лунатик. Надо же, она опять напрочь забыла, что ее начальник был вампиром, и его "для нас" больно резануло сердце. Все эти фразы - "таким, как я", "для нас"... Не то чтобы рыжая старалась не думать о том, насколько он был другим, но эти и подобные им слова... Как будто перед Лунатиком снова и снова вырастала та невидимая стена, об которую она уже не раз разбивала нос в прошлом. Лейтенант сталась уверить себя, что Кандид не стал бы делать это нарочно - он просто сказал, как есть. И, в конце-то концов, она знала, на что идет... - Да, иногда даже солнце бывает лишним, - пробормотала Лунатик. - Я ведь когда-то и представить не могла, что мне придется обходиться без него. А на этой широте уже могут быть полярные ночи... Переместив руки, Лунатик замерла и еле слышно выдохнула, наткнувшись на бинты. Сердце противно заныло и девушка с силой стиснула зубы, чтобы не задать бессмысленные вопросы - что это, как, откуда?.. - Еще болит? - наконец, мягко спросила она, продолжая, впрочем, держать пальцы у края повязки. - Может я это... Слишком сильно прижимаюсь? Не потревожить бы...

Romero: Вампир вздохнул. Впрочем, всё равно утаивать это от Лунатика долго бы не получилось. До первой перевязки. - Терпимо... - честно ответил Ромеро после небольшой паузы. - Пожалуйста, не беспокойся об этом... Я ведь всё ещё жив. Он хотел было поправиться - пусть, мол, и мёртв - но вовремя остановился, как только пальцы ощутили напрягшиеся скулы девушки. Да, за эти месяцы он действительно совсем отучился разговаривать с людьми. И не только с людьми. Со всеми. Больше, чем когда бы то ни было. Но что поделать, когда чувство юмора чернее сажи в печной трубе... - Не потревожишь... - протянул Кандид. - Наоборот... от тебя... Тепло. В такую погоду, даже если в доме не было холодно, раны имели обыкновение противно ныть, что было ощутимо даже для вампира. Но в это утро, едва Лунатик прижалась к Невструеву всем телом, наступило странное облегчение. Будто бы просвет на горизонте, когда небо обложено свинцовыми тучами. Свет... - Скоро станет светло, вот увидишь... - Ромеро снова коснулся волос лейтенанта. - Я ведь не собираюсь отлучать тебя от Солнца. А полярная ночь если и есть, то вряд ли затянется надолго...

SleepWalker: - Конечно, это ненадолго... Скоро, очень скоро... - чуть не плача бормотала Лунатик, касаясь бинтов и думая вовсе не о полярной ночи. Слова Кандида... Она подумала, что готова превратить для него день в ночь, только чтобы услышать еще раз что-то подобное. - Скоро все это пройдет, заживет... И как будто ничего и не было... Все проходит... Наконец, мысли девушки снова вернулись к полярной ночи. Лейтенант не сомневалась, что спокойно перенесет отсутствие света, но ведь существует еще полярный день... Лунатику даже не пришло в голову, что при таком соседстве для нее это может оказаться опасным - она думала только о том, каково будет Невструеву в такое время. Наверняка поводов для беспокойства не было, ведь вампир тоже знал, на что идет, поселившись в этом месте, но все-таки... "Надо же, а ведь я уже просчитываю варианты, обдумываю технические и биологические аспекты вопроса... Это уже профессиональная деформация. Нельзя так. Не время и не место для гипотез..." Виновато улыбнувшись, Лунатик прошептала: - Прости, я... Тут же и полярный день бывает, а это очень много света. Ты как?..

Romero: - Бывает, - согласился вампир. - Но всего несколько суток. Может, неделю... Мы же не так близко к полюсу. Он, как мог, старался успокоить девушку, чувствуя вновь появившееся дрожание её пальцев, голоса... Ведь мог и сам не заметить, как скажет что-то такое, чего вовсе говорить не следовало бы. То ли это было причиной нелюдимости, то ли следствием - как знать. - К тому же, он будет только летом. До той поры что-нибудь придумаем... Действительно, жизнь в последнее время набирала столь дикие обороты, что к лету уже может не стать ни КМ, ни вампира. Хотя, по поводу первой вопрос был спорным - выживала и не в таких передрягах. А по поводу второго? Чёрт бы с ней, с КМ - существование не прервётся, если его не прерывать. А оканчивать жизнь пока что не было смысла. Почему? Кандид лишь покрепче обнял Лунатика, улыбнулся ей сквозь тьму. На свету это выглядело бы жутковато. Но не очередной ли это самообман... - В любом случае, есть крыша над головой и стены... И город под боком. Прорвёмся...

SleepWalker: - Да, не впервой, - согласилась девушка и снова погладила Кандида по щеке. Провела кончиками пальцев по губам, осторожно коснулась повязки на глазу. - Эх... Досталось тебе... Хотя... Им всем досталось - тем, кто теперь собрался в Излучинске... Интересно, хоть для кого-то последствия Гражданской войны оказались не такими тяжелыми? Лунатик снова повела плечами, будто озябнув - очень кстати к воспоминаниям о тех днях заныла рука. Но тело - это всего лишь тело, раны всегда заживают, пусть даже и оставляя страшные шрамы. С душами и сердцами сложнее... Когда-то у Лунатика получалось совсем неплохо читать в сердцах, но в последнее время она была слишком занята своими собственными переживаниями, чтобы обращать внимание на окружающих. В результате лейтенант почти позабыла даже то немногое, что умела раньше. - Кандид... Тебя что-то беспокоит? - полуутвердительно-полувопросительно сказала рыжая, в который раз пожалев о том, что не обладает хотя бы зачатками телепатии. Тогда бы ей не пришлось ломать голову и дергать вампира лишними, наверное, вопросами. - Пожалуйста...

Romero: Вампир лишь молчал. А что он мог ответить Лунатику? Что душа его до сих пор не может успокоиться после убийства ученицы? И что разум нет-нет, да и ускользает - и каждый раз вампир погружается в тёмную и вязкую пучину воспоминаний: своих и чужих, одновременно глядя на ушедшее время сразу многими тысячами глаз. Что он мог сказать, чтобы не напугать девушку? Пожалуй, только промолчать и стараться - нет, не стараться, а именно справиться со своими проблемами. Иначе никак. Не следовало нагружать лейтенанта лишними переживаниями. Хуже от них станет не только ей. - Ничего особенного... - донеслось из темноты. - Всё в порядке. Бывало и хуже... Тут же от нового удара стихии дверные петли натужно заскрипели, потолочные лаги издали тихий протяжный стон. Старый дом отчаянно сопротивлялся бурану. Глаз вампира вспыхнул ярко-золотым, но, впрочем, тут же погас. Кандид на мгновение замер, вслушиваясь в дыхание непогоды. - Разгулялась метель сегодня... - бесцветно протянул он, успокаивающе погладив лейтенанта по волосам и поправив ватник на её плечах. - Кончится не скоро. Похоже, в город сегодня не попасть...

SleepWalker: Лунатик подумала, что она, наверное, будет последней, кому старлей расскажет о том, что с ним творится. Несмотря ни на что... Почему? Это недоверие - или что-то совсем другое? Лейтенант поняла, что у нее почти не осталось сил выяснять отношения. - Метель, город... - рассеянно повторила она, погрузившись в не слишком веселые мысли. - Лично мне, вроде, в город и не нужно... Лунатик хотела сказать что-то еще, но понимала, что добавить ко всем сказанным сегодня словам ей почти нечего. В конце-то концов, она сказала все, что думала и чувствовала... Хотя, скорее всего, ее мысли и переживания по сравнению с проблемами Кандида были мелкими и безобидными. - Я не знаю... - пробормотала рыжая, прижавшись лбом к плечу начальника. - Я же на самом деле почти ничего о тебе не знаю... Как же так можно - не знать кого-то, а все равно ничего не бояться. Или знать то, что знаю я, но... И даже... Прости, это уже бред какой-то. Послушай, - она подняла голову и пристально, до рези в глазах всмотрелась в лицо Кандида. - Ты... Ты мне доверяешь?

Romero: Темнота по своему обыкновению молчала. Слова Лунатика вновь погрузили Невструева в тяжкие думы, заставляя вспоминать, ворошить, поднимать из ила на дне. Но теперь, даже взглянув назад, на тьму прожитых дней, он начал понимать, как мало они - эти дни - значат, когда доходит до практики, до жизни. Даже смешно - ведь и сам НЕРВовец знал о лейтенанте не больше, чем было написано в её деле. Но не прочь был узнать... Что ж, у них впереди ещё вся метель... - Это подсознательное... - проговорил Ромеро. - Ты не боишься, потому что не хочешь... Да и бояться надо живых, а не... Он вовремя остановился, поняв, что забредает в какую-то глушь, которую, к тому же, видимо, не очень приятно слышать Лунатику. Да и действительно, не учитывая физиологии, есть ли разница между живыми и неживыми - души-то у них одинаковы. А порою живой бывает хуже мёртвого... - Но... да, - Кандид мягко погладил щёку девушки. Чуть улыбнулся: - Я тебе доверяю...

SleepWalker: - Ну вот и хорошо, - Лунатик вздохнула с явным облегчением. - И я тебе доверяю и не боюсь. Мне этого достаточно, чтобы... Чтобы быть здесь. Но я уже об этом говорила... Лейтенант смутилась и опустила голову. Ей очень хотелось, чтобы все остальные вопросы решались так же просто как вопрос о том, стоило ли ей сюда приходить. Слишком много накопилось нерешенного и несказанного, и Лунатик понимала, что время от времени она будет срываться и задавать вопросы, на которые не нужен ответ. Хотя бы потому, что эти ответы уже ничего не смогут изменить. Снова вздохнув, она прижалась щекой к ладони Кандида и прошептала: - Мне очень хочется сделать для тебя что-то... большое и хорошее. Но все, что я могу - это обнять и говорить какие-то глупости. Я не знаю, что делать дальше...

Romero: - Не стоит так... Это не глупости, поверь... - проговорил Ромеро, смотря прямо в глаза Лунатику и надеясь, что в темноте ей не придётся отворачиваться от этой изуродованной физиономии. - Да большего и не надо... Ведь ты здесь... сейчас... И это главное. Именно в такие моменты важно только "сейчас", а не "потом" и "тогда". Зазря вспоминать прошлое или пытаться спрогнозировать будущее, которое ещё может измениться не один раз - занятие не слишком благодарное, бессмысленное, а порой и опасное. Зачастую, увлекаясь анализом былого, в поисках корней, истоков происходящего, можно упустить то, что лежит под носом именно сейчас. И упустить навсегда. От созерцания Лунатика Кандида оторвал взвывший дымоход и порыв ветра, едва не выбивший оконное стекло. Невструев лишь вздохнул, выпустив еле заметное облачко пара и притянул девушку к себе, заключив её в объятия. Дом понемногу охлаждался. - Там... ставни... - нехотя, но по-хозяйски протянул Ромеро. - Надо бы закрыть...

SleepWalker: - Надо, наверное - согласилась рыжая , но все равно осталась сидеть, прижавшись к вампиру. Немного подумав, она сказала: - И я, наверное, даже спокойно смогу тут посидеть одна, пока ты сходишь закрыть ставни... И, наверное, подожду даже, пока ты дрова принесешь... Это ведь недолго, правда? А потом мы сможем разжечь камин и тут станет совсем уютно. Да, все-таки, несмотря на то, что Кандид ее обнимал, девушка чувствовала, как холод потихоньку щиплет за кончик носа и забирается за ворот платья. Нельзя дать дому совсем остыть, иначе потом очень сложно будет согреться. И тут же у Лунатика защипало в носу. Успев только буркнуть:"Не пугайся", она прикрылась ватником и от души расчихалась. - Ну вот... - извиняющимся тоном сказала девушка и еще пару раз шмыгнула носом. - Видимо, и правда пора...

Romero: - Будь здорова, - улыбнулся Ромеро, затем добавил недоуменно: - Куда пора?.. Подождут - ничего с ними не случится. Они там в тёплом Штабе, как-никак... Он покрепче обнял девушку, затем всё-таки отпустил, последний раз ощутив её ладони в своих. Поднялся, сразу почувствовав, как по телу разливается холод. За окном стояла сплошная бело-серая пелена, и было совсем непонятно, сколько же прошло времени... Может быть, дому давно пора было остынуть, и низкие температуры да метель тут вовсе не при чём. - Я быстро... вот увидишь... Быстро... - Кандид аккуратно поправил ватник на плечах Лунатика и повернулся к двери. Там, за тонкой, но крепкой деревянной преградой по-видимому разыгралось настоящее бедствие, подобных которому Невструев давно не был свидетелем. Он отодвинул засов, рывком открыл дверь и так же быстро скрылся в свистящем и рокочущем гуле, захлопнув её за собой. Как был, в одной рубашке. Через минуту к завываниям метели добавился еле слышный шорох под окном.

SleepWalker: Лунатик поплотнее укуталась в ватник - без Невструева стало совсем холодно и пусто. Девушка запоздало сообразила, что он вышел без верхней одежды, и решила выбраться наружу и отдать ему ватник, но вспомнила, как старлей говорил, что вампирам холод не страшен. Поколебавшись, лейтенант все-таки двинулась к выходу. Прежде чем добраться до двери, она в темноте несколько раз споткнулась о что-то твердое и зацепила плечом что-то тяжелое. Но, видимо, Кандид на совесть захлопнул за собой дверь, потому что, как Лунатик ни старалась, открыть ее не смогла. Дернув еще пару раз, девушка пожала плечами и прислонилась к спиной к стене у двери. С каждой секундой темнота и тишина, нарушаемая воем метели снаружи и странными голосами старого дома - внутри, угнетала все больше и больше. Появилось в ней что-то безнадежное, давящее... Лунатик помотала головой, чтобы отогнать эти неприятные ощущения, не дать им добраться до сердца, но в одиночку сделать это оказалось очень сложно. "Скорей бы он вернулся," - в который раз подумала рыжая и уселась прямо на пол, обвив колени руками и закрыв глаза. Она уже почти не пыталась разобраться в своих чувствах - просто хотелось быть рядом. Как можно ближе и дольше... Не прошло и минуты, как Лунатик задремала, положив голову на согнутую руку.

Romero: Ставень у стены не оказалось, и Невструев резонно предположил, что те находятся на чердаке. Там они, впрочем, и нашлись, аккурат между портативной радиостанцией и автомобильным аккумулятором. И через несколько минут в доме воцарилась полная темнота, а шум метели немного поутих. Спустя ещё минуту вернулся и сам Кандид с охапкой дров и полными волосами снега. Тусклый свет озарил пустую комнату. Ромеро поискал глазами Лунатика и обнаружил её спящей у стены. Вздохнув, вампир положил дрова у печи и тихонько запер дверь. После чего присел возле девушки, слушая её мерное и безмятежное дыхание. Здесь, в затерянной посреди леса избушке, оно навевало смутные воспоминания. Вокруг мела метель, а внутри было тепло, и хорошо, и уютно, и так могло бы продолжаться... Кандид до хруста сжал пальцы, как только понял, куда на этот раз завела его память. Однако, кой-чего всё же не хватало... Невструев протянул ладони к Лунатику, но будить её не стал. Только осторожно взял на руки и перенёс в угол, где уложил лейтенанта на кровать. Аккуратно снял с неё обувь и, бережно укрыв шерстяным одеялом, отошёл в сторону. Подобрал с пола телогрейку и повесил её на гвоздь, рядом с лейтенантским пуховиком. Рядом оставаться было нельзя - иначе в голове снова вспыхнут воспоминания о той ночи, когда исчезло всё, что за долгие годы стало таким родным... Огонь весело трещал в печи, поедая сухие поленья. Невструев сидел на полу у самой топки, время от времени ломая кочергой угли и подбрасывая новые дрова, которые высыхали прямо у него в руке. Несмотря на это, огонь там, внутри был настоящим. Кандид давно научился разжигать и гасить его лишь усилием мысли, но это был бы совсем другой огонь. Способный лишь на то, чтобы сжечь, разрушить, а не осветить и обогреть. Вампир оглянулся на Лунатика, про себя всё ещё переживая, через что ей пришлось пройти из-за него. И вина эта была несмываема.

SleepWalker: Во сне Лунатик впервые за долгое время увидела не пожары и смерть, а море. Когда она в последний раз была у моря? Пять лет назад или даже больше? Не вспомнить... Море было темно-зеленым и теплым даже на вид, и девушка не смогла удержаться - зашла в воду сначала по щиколотку, а затем как была, в одежде, бросилась и поплыла вперед. Воспоминание о том, что плавать Лунатик не умеет, пришло несколько запоздало, и девушка испуганно оглянулась на берег - и увидела только занесенный снегом лес. Судорожно перебирая руками и ногами, она поплыла было обратно, но лес все отдалялся и отдалялся, пока от него не осталась лишь ослепительно белая полоска на горизонте. Охнув, лейтенант проснулась и, резко сев на кровати, некоторое время оглядывалась, пытаясь сообразить, где она находится и что вообще происходит. В печи разгорался огонь, а у печи сидел Кандид. Причем сидел с таким видом... Словом, не нравился Лунатику этот вид, и дело было вовсе не во внешности вампира. Рыжая вдруг поняла, что знает, о чем он сейчас думает. О чем он думает снова, снова и снова... О том же, о чем изо дня в день вспоминает она сама. Покачав головой, она соскользнула с кровати и на цыпочках подошла к старлею. У печи было тепло и совсем светло, так что девушка могла наконец видеть начальника. Окинув его долгим и пристальным взглядом, словно желая убедиться, что в метель с ним ничего не сделалось, и присев рядом, Лунатик положила руку на плечо Невструева и произнесла безо всяких предисловий: - Я ведь не говорю, что надо забыть то, что было. Нет... Помнить надо - чтобы это не повторилось в будущем. Но надо и научиться прощать и отпускать - иначе никакого будущего не будет вовсе... Прошлое должно принадлежать прошлому. Излучинск - не Энск и не Зона, а я - не она, но... А вот эти слова, уже долго вертевшиеся на языке, явно были лишними. - Прости... - уже шепотом закончила Лунатик и отодвинулась.

Romero: Один из угольков с искрами рассыпался под ударом кочерги. Кандид ещё немного поворошил пламя, затем обернулся к Лунатику. Оглядел её с головы до ног. - Не сиди на полу - простудишься... - протянул он с какой-то тоскливой полуулыбкой. Оранжевые отсветы плясали на заросшем лице, перечёркнутом пополам угольно-чёрной повязкой, состаривая его сразу лет на шестьдесят и одновременно придавая более человеческие черты. Погляди со стороны - сидит себе местный житель, привычно пережидает зиму. - Кроме прошлого у меня ничего не осталось, - вздохнув, продолжил Невструев. - Нет, разумеется, постоянно цепляться за него нельзя - я и сам так всегда говорил... Но иногда бывает вот такое вот, когда уже никак не прогонишь наплывшие воспоминания. Да и не сказать, чтобы я хотел их прогонять... - признался он, бессильно пожав плечами. - Тут то же самое, что и в герметичной камере. Отсутствуют внешние раздражители - и мозг, сознание начинает воспроизводить старые, закапываясь всё глубже и глубже... Да... Ромеро закинул назад упавшую на нос седую прядь. Те или иные воспоминания даже доставляли ему какое-то извращённое удовольствие. Лишь одно из них отличалось и всегда перехватывало дыхание и заставляло сердце бешено стучать. Воспоминание о той ночи, когда он лишился Хозяйки. Скажи он это вслух, наверное даже стало бы смешно - как можно зацикливаться на настолько далёких событиях. Потому и не говорил. - И ни к чему извиняться... - подытожил Кандид. - Ты всё верно говоришь... Пережитое, забытое... не ворошить. Так что, это новый виток. И всё будет хорошо... я хочу в это верить. Посмотри... - он кивнул в сторону стены за печкой. Там тихо качался маятник настенных часов. С кукушкой. - Работают... Я только не выставил на них время... не знаю, который сейчас час.

SleepWalker: Тепло медленно, но верно распространялось по избе, и Лунатик чувствовала, как слегка покалывает в кончиках пальцев все-таки замерзших рук и ног. Послушно поднявшись с пола, девушка подошла к часам и провела пальцем по циферблату. - Я тоже не представляю, который час... Мне никогда не удавалось следить за временем. Знаешь, память хорошая, но вот от рассеянности никуда не деться, - Лунатик улыбнулась и развела руками. Сняв с гвоздя свой пуховик, она вернулась к печи и, расстелив пуховик на полу, снова села рядом с Кандидом. - Вот так я точно не простужусь... Когда я была маленькой, - помолчав, сказала лейтенант, глядя в огонь, - Нас отвозили в деревню... Снега там было - по самую макушку! И по вечерам дедушка топил печь, а бабушка вышивала... И мы смотрели черно-белый ламповый телевизор... Это было так давно. Потом была школа, университет... Обычная жизнь. Нормальная... А потом... Потом все рухнуло. И все изменилось... А потом опять рухнуло. Но я никогда не жалела. Новый виток... Лунатик придвинулась поближе к старлею, осторожно обняла его и поцеловала в щеку. - А еще в такой печи можно испечь хороший хлеб. Бабушка меня научила... Она говорила, что каждая женщина должна уметь печь хлеб, независимо от того, какая у нее будет жизнь и профессия...

Romero: Как и полагалось русской печи, больше всего она нагревала верх. На полу же всё ещё было относительно холодно. Кандид удостоверился, что девушка позаботилась о здоровьи и подбросил в топку ещё несколько дров. Ничто теперь не говорило о времени, даже о существовании его. Дом был готов к этому и привычно сравнял углы темнотой, укутав своих жителей тихим уютным покрывалом, в центре которого было только пятно оранжевого света. - Когда-то я мог определять время по Солнцу, да по звёздам... - протянул Невструев, склонив голову к Лунатику. - Впрочем, раньше это умели делать все... Нужны были лишь звёзды и Солнце... которых сейчас нет. Да и так ли это важно, в самом деле... Говорят, счастливые часов не наблюдают, и вампир, хоть почти никогда и не пользовался самими часами, но только теперь потихоньку начинал верить этим словам. - Жалеть - лишь тратить силы попусту, - кивнул вампир, наконец оторвав взгляд от удивительно мерцающих волос девушки. - А их сейчас терять нельзя... - он вдруг склонил голову и проговорил извиняющимся тоном: - Нельзя... Прости глупого вампира... Если проголодаешься, только скажи. Муки или зерна для хлеба, разумеется, не было, да и других продуктов тоже не в избытке, но их вполне должно было хватить, чтобы переждать непогоду.

SleepWalker: - Пока не хочу, - заверила Лунатик начальника. - Я в последнее время очень мало ем... Иногда мне даже приходится напоминать, что пришло время ужина. Так что все в порядке. Сейчас девушка не чувствовала ничего, кроме тепла, которое наконец-то добралось до самых темных закоулков души, заставляя сердце биться все сильнее и сильнее. Еще немного - и это тепло начнет перехлестывать через край... Повернувшись, Лунатик некоторое время не мигая молча рассматривала вампира. - Смотрю вот на тебя, - наконец произнесла она подозрительно севшим голосом, - И каждый раз - как будто впервые вижу... Так странно... Если не сказать больше. Сердце снова противно заныло и будто повело в сторону. Стоило ей посмотреть на Кандида - и душу словно разрывали изнутри раскаленные лезвия. А не смотреть Лунатик не могла... Вздрогнув, она обвила шею старлея руками и принялась целовать, горячо шепча между поцелуями: - Ох, глупый вампир... Вот ты умный же, начальник, умный, но порой такой глупый... Интересно, это все мужчины такие или мне везет?..

Romero: - Ну это не дело... - покачал головой Кандид. Улыбнулся: - Надо ж себя заставлять. Действительно, что такое бескровная диета, он хорошо знал и мог представить как это - обходиться без пищи. Когда сперва всё нормально, да и есть особо не хочется, а потом случается голодный обморок. А когда откачают - вся принятая еда сразу же возвращается обратно. - Дежа вю, - продолжил было он, но уже ощутил на себе тёплые руки девушки. От неожиданности вампир выронил кочергу и повалился на пол, увлекая за собой и лейтенанта. Впрочем, может и нарочно, потому что он тут же и сам обхватил её талию, прижав Лунатика к себе. Ладони вновь ощутили изящную спину, а близость лейтенантского тела вскружила голову, прогнув хрупкий барьер. - Не сравнивай... - проговорил Ромеро. - Каждый по-своему умный... и по-своему глупый... Он хотел ещё что-то сказать, но слова сейчас были бессмысленны. Поэтому Кандид просто запечатал уста Лунатика долгим жарким поцелуем.

SleepWalker: И каждый сходит с ума по-своему. Сперва Лунатик еще помнила, что может ненароком задеть повязки, но очень скоро эта мысль исчезла, словно растворилась в кипящей лаве. Девушка всем телом прижалась к Кандиду, ей казалось, что стоит прервать поцелуй хотя бы на мгновенье - и она задохнется, стоит ему разжать руки - и она замерзнет раз и навсегда. А еще она не могла понять, почему так долго ждала, как могла жить без всего этого?.. В голове еще некоторое время бились какие-то воспоминания о боли и страхе, мысли о границах, которые не стоит нарушать - но и они одна за другой исчезали за огненной пеленой. - Кандид... - простонала Лунатик на выдохе. - Кандид, я... Но так и не придумав, как сказать ему о том, что она чувствует, рыжая снова прильнула губами к губам вампира, а ее руки осторожно скользнули ему под рубаху.

Romero: От каждого прикосновения пальцев лейтенанта по телу расходились электрические волны, намереваясь совсем разрушить едва восстановившийся барьер. Но вампир об этом не беспокоился. Отчего-то было ощущение полного контроля не только над телом, но и над той тьмой что клубилась внутри. Контроль благодаря Лунатику, будто сдерживающей всё это одними лишь словами, одним движением губ. Нет, Невструев и помыслить не мог о том, чтобы подпитываться от девушки! Это было что-то другое. Вновь что-то знакомое аж до боли в сердце, которое так и норовило в клочья разорвать железные путы. - Позже... Слова потом... - чуть улыбнулся Ромеро, прервав поцелуй только чтобы начать новый. Где-то у пределов сознания загорелась крохотная искра, однако осветившая добрую половину всего, что происходило сейчас между Лунатиком и Кандидом. Это словно потерянная вещь, извлечённая из дальнего и тёмного угла. Настолько давно забытая, что кажется совсем новой, хоть это и не так. Едва пальцы лейтенанта дошли до края бинтов, Невструев, не разнимая губ, просто накрыл ладонь Лунатика своей ладонью.

SleepWalker: Почему-то это прикосновение его руки подействовало на рыжую сильнее, чем все поцелуи вместе взятые. Ей показалось, что какая-то сила забросила ее далеко в невесомость, где нет ничего кроме жара и грохота сердца. Лунатик даже испугалась этого ощущения и ухватилась за ладонь Кандида, чтобы ее не отнесло еще дальше, откуда уже нет возврата. И ей очень хотелось говорить, как всегда в моменты сильного волнения. Очень хотелось сказать, чтобы он не думал, будто это от тоски, отчаяния или холода... Но нужные слова все еще не находились - может, это было и к лучшему. Когда душа наконец вернулась на свое место, Лунатик пробурчала сквозь поцелуй что-то неразборчивое, но явно вопросительное и убрала руки от бинтов. Опершись ладонями о пол по обе стороны Невструева, девушка немного приподнялась, и, тяжело дыша, помотала головой, чтобы упавшие на лицо волосы не мешали ей видеть старлея. - Как будто в первый раз... - повторила она еле слышно.

Romero: Сознание почти совсем пришло в норму, полурассыпавшийся барьер собирался вновь. Ромеро понемногу осознавал, что пока не способен достаточно долго поддерживать настолько сильные эмоции. Но не чувства. К железному сердцу, окаменевшей душе возвращался былой жар, который, впрочем, неизменно нёс с собой и тяжесть. Глубоко вздохнув, вампир сел на полу и, вновь приблизившись к девушке, коснулся руками её плеч. - Так может это и есть в первый раз... протянул он, заглянув в глаза Лунатику, но быстро отведя взгляд. - В некотором роде. Время раскручивается по спирали... Поэтому, даже когда тебе явно кажется, что так уже было, ты уже знаешь, что дальше... вдруг понимаешь, что это и есть тот новый подъём. Хотя, может это вовсе и не так... Невструев покачал головой и посмотрел на поглощавший поленья огонь. Что он вообще мог понимать во времени, в спусках и подъёмах. Для вампира эта самая спираль представляла собой лишь ровную натянутую проволоку, обоими концами уходящую в вечность.

SleepWalker: - Опять ты за свое, - обреченно простонала Лунатик и обняла Кандида. - Нет, не отворачивайся. Пожалуйста... Каждый раз, когда ты так делаешь, мне кажется, что ты уходишь куда-то далеко... Туда, где я тебя никогда не найду. Туда, где мне нет места... Может, это эгоизм - но мне страшно. Я... Ей опять показалось, что между ними вырастает непроницаемая стена, о которой рыжая успела позабыть. Парой поцелуев - даже взрывающих мозг и уносящих душу куда-то в далекую-далекую галактику - эту преграду не разрушить. Девушка пыталась поймать взгляд вампира, потому что ей очень сложно было говорить о таких вещах, не видя его лица - ведь так можно не успеть остановиться и даже испугать. Она все не могла - да и не хотела успокоить бьющееся о грудную клетку сердце и кипевшую от возбуждения кровь. Если сердце болит, значит, оно еще есть... - Я не хочу тебя терять. Господи, ну неужели это так незаметно, а, Кандид? Все, наверное, знали... - Лунатик покраснела и опустила голову, но закончила:- Не могу... Это все, что я знаю. Не могу. Не могу без тебя. Раньше еще... А уж теперь - и подавно.

Romero: А сейчас пришло время пристыдиться и Невструеву, как только он понял, насколько же был слеп. Потому что любую ситуацию пытался подвергнуть анализу, что ни в коем случае нельзя было делать. Да и просто бессмысленно. Всё равно, что выкопать ямку в сыпучем песке. - Теперь понимаю... - хрипло проговорил вампир. Он аккуратно коснулся подбородка Лунатика и поднял её лицо, чтобы посмотреть в глаза. Вновь нарастало давно забытое чувство погружения, будто падаешь с огромной высоты в эти глубокие озёра. Лишь бы не наткнуться на каменистое дно... Ромеро знал каково это и с ужасом представил, что приходилось испытывать лейтенанту. - Тебе не придётся терять... - чуть улыбнулся он. - Я никуда не уйду, Лунатик... Я здесь, с тобой... и всегда... Он говорил это не просто, чтобы утешить девушку. Нет, слова шли от сердца, которое, кажется, только радо было снова чувствовать тепло. И под одним из ударов рассыпался и барьер. Разлетелся стеклянными кусочками, один из которых полоснул по рёбрам. На правом боку по рубахе медленно расплывалось тёмно-красное пятно.

SleepWalker: - Кандид, я... - снова заговорила лейтенант, но закончить опять не успела - безумное облегчение и радость, взметнувшиеся откуда-то снизу, с самого дна сердца, где до сих пор они сонно ждали свого часа, и затопившие сознание, сменились неимоверным испугом, когда Лунатик заметила темное пятно на рубахе Кандида. - Дура... - прошипела она и сжала кулаки так, что ногти глубоко впились в кожу. "Это называется - оберегать старлея? Сколько раз тебе было говорено - покой, покой ему нужен, а не дурацкие признания... Что, слишком тяжело было нести это в одиночку, решила и на него взвалить? Эгоистка, эгоистка... Говорили же - слишком тяжелая штука - твоя любовь... И чего ты добилась? Дура, идиотка безмозглая! И что теперь? "Прости, я не подумала"? А о чем ты вообще думала?" Решив больше не тратить время на ругательства, Лунатик перевела дух и произнесла, стараясь говорить как можно спокойнее: - Тихо... Только не двигайся, ладно? Сейчас я все сделаю... И все будет в порядке... Где у тебя аптечка, бинты, или что еще? Должно же оно быть, раз такие дела...

Romero: Понимание пришло к вампиру, только когда он увидел страх в глазах Лунатика и проследил её взгляд. Тут же накатила знакомая волна слабости пополам со жгучей болью под правыми рёбрами. Вокруг потемнело. Кандид снова поглядел на Лунатика потухшим взором. - Нет, нет... Это не из-за тебя... - хрипло запротестовал он. - Это не может быть из-за тебя... Раны периодически кровоточили без всякой на то причины, но предыдущий приступ случился буквально на днях, и Невструев действительно не ожидал чего-то подобного столь скоро. Он отполз назад и тяжело привалился спиной к ножке стола. - Аптечка... Там, - он вяло махнул рукой в дальний угол, здраво рассудив, что от помощи лейтенанта отказываться не стоит. - В ящике, справа от лавки... Там всё нужное. Склонив голову, Кандид расстегнул и стащил с себя рубашку. Бинты покрывали почти всё тело. - Этот бок меня и так беспокоит, - блёкло улыбнулся Ромеро, разматывая липкую от крови повязку. - Так Кармилла ещё всадила в него свои когти... Гвардейцы... исполнители... каратели, будь они неладны...

SleepWalker: - Не болтай, - резко бросила Лунатик через плечо, открывая ящик. - Я все это уже слышала... Слышала, слышала... И рассказы, и догадки, уже ставшие почти мифом. Исследуя содержимое ящика при неверном свете огня в печи, рыжая все больше и больше хмурилась и кусала губы. Да, здесь было все нужное - но этого ей казалось мало, чтобы привести в порядок раны Ромеро. Обработать рану и перевязать - это все, что она могла сейчас сделать. "Прошлое никогда нас не отпустит... Империи и Гвардии больше не существует, Кармилла исчезла... Но все равно. Мы никогда от этого не избавимся." Присев рядом с Кандидом, Лунатик скрипнула зубами и принялась вытирать кровь. - А ведь ходят слухи о том, что у вампиров неимоверная способность к регенерации! Кто зашивал тебе рану? Если вообще кто-то это делал... Кошмар! - лейтенант выругалась и отшвырнула перепачканные бинты. - Тебе лежать надо, ле-жать! А не шляться по лесам! Вот что я теперь сделаю? Сюда бы тысячелистник... Промыть и хотя бы листья приложить... Он бы кровь мигом остановил и... - девушка вглянула на лицо старлея и заговорила совсем другим тоном, стараясь не зарыдать: - Эй, Кандид, только не теряй сознание, ладно? Держись, слышишь? Я быстро, все будет хорошо... Не оставляй меня...

Romero: Невструев лишь слабо улыбнулся, глядя в тёмный потолок пустым взглядом. Как только бинты были сброшены, стало ясно, что раны не открылись - они попросту не закрывались. Выглядел вампир так, будто только что вылез из центрифуги, наполненной топорами и лезвиями ножей. - Подожди-подожди... - дёрнувшись, вдруг сказал Ромеро. - Не спеши... И лучше отвернись. Он достал из кармана штанов перочинный нож, раскрыл его и, протерев лезвие, с силой вонзил в кровоточащую плоть. Из горла непроизвольно вырвался болезненный стон. Несколько движений трясущимися пальцами... - Чщщёртов монстр!.. - уронив нож, прохрипел Кандид, поднимая к глазам небольшой заострённый и изогнутый полумесяцем предмет. Показал его Лунатику. Извлечённый из тела коготь вампирши влажно блестел в мерцающем свете пламени. С кончика на пол капала густая кровь. - Слухи не врут... - отдышавшись, проговорил Невструев. - Раны заживают быстро, если нанесены обычными ударами, а не с использованием... всякой чёрной магии... Я даже представить не могу, что она была за существом, если её куски то появляются... то исчезают, - он прикрыл глаз и откинулся назад. - Перевязывайте... доктор... Я ещё здесь...

SleepWalker: - Была бы у меня лаборатория, я бы разобралась, в чем дело, - задумчиво протянула Лунатик, скосив глаза на извлеченное инородное тело. По-прежнему кусая губы, девушка принялась бережно, но уверенно, привычными, доведенными до автоматизма движениями накладывать повязку. - Магия, магия... Магия тоже подчиняется законам. Другое дело, что мы не всегда их знаем... И каким бы существом Кармилла не была, - сказала лейтенант, умудрившись даже улыбнуться, - Когтей у нее не может быть бесконечное количество... Но теперь я понимаю, что зашивать бесполезно. И, пожалуй, даже опасно... Ничего, ничего... Главное - нет воспаления, что меня радует, особенно учитывая твою привычку копаться в ране нестерильным инструментом, - Лунатик укоризненно покачала головой. - Ничего, ничего... Вот переждем зиму - найду волхвов и попрошу посмотреть, что к чему. Наверняка есть способ... Не может не быть! Закрепив бинт, она прищурилась и некоторое время придирчиво изучала результат своей работы. Удовлетворенно кивнув, Лунатик огляделась и задумалась. С одной стороны, Кандиду лучше было бы прилечь, а с другой - она сомневалась, стоило ли его тащить до кровати. - Не знаю, не знаю... - пробормотала она. - Не стоит тебя сейчас беспокоить, но на полу сидеть - тоже не дело. Тебе бы еще кровопотерю восстановить... Ох, начальник...

Romero: - Обойдётся... - вяло махнул вампир. - Не в снегу же валяюсь. Тут какое-никакое... а тепло... Про кровь он тактично умолчал. У последних пакетиков медицинской уже подходил срок хранения, а до местных ещё надо было добраться, затуманить рассудок, да ещё и вовремя остановиться, чтобы ненароком не убить. Перерасход сил получался едва ли не больше, чем их пополнение. Надев рубашку, испорченную багрово-чёрным пятном, Невструев попытался встать. Тело, однако, всё ещё плохо слушалось. - Другими словами... спасибо тебе, Лунатик... - оставив попытки, уже увереннее улыбнулся Кандид. - Даже если это и вызвано эмоциями... так только лучше. Хотя бы поскорее... избавлюсь от этих штуковин. Осталось две... Так что к весне всё будет... хорошо. Да... И комната с печью, и лейтенант понемногу расплывались, теряли очертания, темнели. Но Ромеро каждый раз старался вернуть их к прежнему состоянию, не заснуть, остаться в сознании. Получалось это с переменным успехом, хотелось спать - а не допускал этого вампир лишь потому, что боялся больше не проснуться. Хоть когтей в организме и преуменьшилось, яд на них слабее не стал, и тело запросто могло решить, что бороться больше нет смысла. И тогда будет стыдно перед Лунатиком... Вот станет лучше - тогда можно будет и поспать.

SleepWalker: Девушка пожала плечами и поднялась. Начальник проигнорировал ее замечание насчет крови - ну что ж, так тому и быть... Не ей решать. Чтобы размять немного затекшие ноги, рыжая несколько раз обошла вокруг стола, подбросила в печь пару поленьев и сходила за ватником. Стянув с Кандида окровавленную рубаху, она одела ему на плечи ватник и аккуратно запахнула. - Так-то лучше. А рубаху я потом постираю... Да. Снега принесу, растоплю и постираю... Придвинувшись поближе, Лунатик запустила руки под ватник, обняла старлея и бережно погладила его по спине. Легонько поцеловав Кандида, она потерлась щекой о его щеку и сказала: - Да, все будет в порядке. Все будет хорошо. А шрамы... Иногда они не затягиваются потому, что мы сами этого не хотим... Чувство вины, знаешь ли, мощный антикоагулянт. Но и это проходит. Ты, главное, держись. Куда ж я без тебя... Вот сейчас посидим немного, надо будет чаем горячим тебя напоить. С медом... Лейтенант вдруг почувствовала, что вампир снова будто куда-то уплывает. Этого нельзя было допустить. Любой ценой. - Нет-нет-нет, - запротестовала она, всхлипнула и осторожно встряхнула его. - Ты опять куда-то уходишь! Не смей засыпать, слышишь?! Нельзя... Не затем я сюда по морозу тащилась, чтобы ты вот тут угасал! Поговори со мной что ли...

Romero: - Я здесь... Я всё ещё здесь... - балансируя на грани забытья, пробормотал Ромеро. - Я не ухожу... Его зябко передёрнуло. Невструев вдруг понял, насколько же холодно пока тут, внизу. С одной стороны, хороший знак - возвращается чувствительность. С другой - так можно и вовсе замёрзнуть. Впору делать ставки на то, что случится раньше: нагреется дом или окоченеет вампир. - Кровь плохо отстирывается... - вымолвил он первое пришедшее на ум. - Но не надо... беспокойства. Просто вынести рубаху под прямые солнечные лучи... и она сама сойдёт, рассыплется... А не сойдёт... так ещё есть... на всякий случай. Боль в боку потихоньку успокаивалась. Почувствовав на себе прикосновения Лунатика, Кандид вдруг и сам обхватил её за талию одной рукой. Сильно, будто цепляясь за последнюю надежду, за жизнь. Наверное, это было как-то оправдано, ведь, не будь повода, давно бы уже не стало и Невструева. С ядом в организме долго не живут. Да и вообще... - Такими темпами... и манией к самохлёсту я ещё сам удивляюсь... как протянул столь долго... - попытался улыбнуться вампир, повернув голову к девушке. - Ладно... прорвёмся... И не такое бывало. Помнится, в девятьсот пятнадцатом... Кандид быстро осёкся и тихо извинился, рассудив, что Лунатику вряд ли будет интересно и приятно слушать про войну. Да ещё и про Первую Мировую.

SleepWalker: Все-таки с посиделками на полу пора было завязывать - Лунатик почувствовала, что скоро опять начнет чихать, да и заметно было, что Кандиду тоже не очень комфортно, что бы он там не говорил про холодостойкость вампиров. - Прекрати извиняться, - она притворно-сурово поморщилась. - И знаешь что... Давай-ка хватайся за меня покрепче - оттащу тебя на кровать. Посидели тут - и будет. Главное - ей надо перестать нервничать и волноваться... Лейтенант понимала, что до нормального состояния старлею еще далеко, но что толку дергаться? Нужно успокоиться и подумать, чем еще можно ему помочь в таких условиях. Улыбнувшись про себя, Лунатик чуть заметно покачала головой. Ну вот, она опять вернулась к своему обычному занятию - помогать. Быть сильной, спокойной, понимающей и рассудительной... Переместив руки так, чтобы удобнее было в случае чего подхватить Невструева, она повторила: - Ну же, Кандид... Держись за меня - и мы аккуратненько поднимемся. А потом аккуратненько дойдем до кровати. А потом я заварю чай... и ты все-таки расскажешь мне, что тогда было, в девятьсот пятнадцатом.

Romero: Вампир молча смотрел на Лунатика, забывая даже моргать. В доме воцарилась тишина, нарушаемая только треском поленьев в печи. Наконец, Невструев судорожно вздохнул и снова прислонился к ножке стола. Сквозь свежую повязку проступила крохотная капля крови. Этим, впрочем, всё и ограничилось. - В девятьсот пятнадцатом... - зачем-то повторил Ромеро. - Не помню я, что тогда случилось... Попали в окружение... Успел только заметить, как снаряд в нашу сторону летит... Прямо на бригадира. Поперёк пояса - и прочь. Потом темнота и боль... - он невольно поёжился, отгоняя ассоциации с сегодняшним днём. - Он-то выжил, только руку сломал. А меня, извини за подробности, в клочья. И ни креста потом себе не нашёл... ни чего ещё. Был солдат Его Величества - и нету... Ужасно всё это... Невструев хрипло вздохнул. Сил немного прибавилось, и, при поддержке лейтенанта, получилось всё же подняться на ноги. - Не надо... не надо на кровать... - проговорил Кандид, ухватившись за столешницу, чтобы снять с Лунатика нагрузку. - Там простыни чистые... А мне уже лучше... кажется... Он осторожно потрогал бинты, проговорил что-то тихое и неразличимое и опустился на табурет возле стола. Было просто по-человечески стыдно от того, что лейтенант увидела его таким.

SleepWalker: Рыжая снова до боли закусила губу и опустила глаза. Да, события почти столетней давности - это явно не то, что стоило обсуждать с Ромеро. Она по-прежнему будто шла в темноте наощупь и слишком легко и часто забывала, что он - не обычный человек... Пожалуй, сейчас разговоры о бытовых мелочах - самые безопасные, поэтому Лунатик сказала с улыбкой: - Ну и что, что чистые. В случае чего я просто потом вынесу их на солнечный свет... Ну, как тебе будет удобнее. Посиди немного, я чайник поставлю... Я быстро. Девушка сполоснула стоявшие на столе кружки и, долив в чайник воды, поставила его на уже ощутимо горячую печь. Тихонько напевая под нос какую-то детскую песенку, она вернулась к Кандиду. - Ты как-то странно на меня смотришь, - пробормотала она смущенно и машинально пригладила волосы и одернула платье. - Что-то не так?

Romero: - Да нет... Всё так... - пожал плечами Кандид. - Всё нормально... даже более чем. Лунатик действительно была на высоте. И дело не в волосах или одежде... Наблюдая за каждым движением лейтенанта, прослеживая её жесты, ловя её улыбку, вампир, невольно углубляясь в воспоминания, понимал, что подобных ей он не встречал никогда. Вернее, встречал раз, но очень, очень и очень давно - когда люди были ещё совсем другими. Когда и сам он был другим. По дому неспешно расплывалось тепло, потрескивающий в печи огонь освещал совсем немного, но и этого, казалось, хватало, чтобы развеять темноту по углам. Вьюга свистела за дверью, не иначе решив засыпать избушку по самую крышу, однако внутри от этого становилось едва ли не уютнее. Опомнившись, Ромеро выдвинул из-под стола вторую табуретку и, вновь смахнув с неё пылинки, вежливо предложил Лунатику присесть. - Он там ещё долго будет греться... - протянул Невструев, поглядывая на чайник.

SleepWalker: Лунатик кивнула и присела на табурет, не переставая нервно теребить подол и время от времени то поглядывая на Кандида, то резко отворачивая голову, словно боялась теперь встретиться с ним глазами. Что-то такое было в его взгляде... Но усидеть на одном месте у лейтенанта все не получалось. Поднявшись, она потянулась, пробормотала:"Погоди-ка, я только гляну..." и, приподняв ватник, еще раз осмотрела повязку. Не обнаружив новых пятен, девушка кивнула и вернулась на свое место, но все равно продолжала сидеть, как на иголках - то оглядывалась на чайник, хотя понимала, что закипит он нескоро; то поворачивалась к Невструеву и будто хотела что-то сказать, но в последний момент останавливалась; то просто вспыхивала до корней рыжих волос и опускала глаза. Глубоко вздохнув, Лунатик подвинула стул так, чтобы сидеть вплотную к Кандиду, и объяснила: - Тянет... Сил нету, как тянет. Еще раз вздохнув, она взяла руку вампира и сжала ее в своих ладонях.

Romero: Невструев, заметив, как нервничает лейтенант, поспешно опустил взгляд в стол. - Заживёт... - протянул он, поправляя ватник. - Теперь... скоро заживёт... Всё же, яду в организме стало меньше, значит восстановление должно пойти быстрее. Ещё один коготь - и можно будет смело собирать себя по частям. Или нельзя... Тут уж как повезёт. Вновь почувствовав близость Лунатика, Кандид покачал головой и поднял к ней красноватый глаз. Коснулся кончиками пальцев её плеча, но осёкся и опустил руку, накрыв своей ладонью ладони девушки. - Это тоже... нормально... - проговорил он негромко. - Чувства - порой, единственное... говорит о том, что ты ещё жива... Что ты дышишь, существуешь. Любые чувства: симпатия, ненависть... даже боль. Но их нужно проверять. Иногда это не сложно... - Ромеро вдруг осознал, что с каждым словом понемногу приближается к Лунатику. - К примеру, согреть руки у огня. Или взглянуть на выпавший снег... или на ночной город. А иногда... Мысль, достигшую кульминации, прервал раскатившийся по избушке звон. Это кукушка впервые за долгую пору выполнила свой долг и сообщила людям верное по её мнению время. Прокуковав, она исчезла за своей дверкой, снова вернув в дом тишину. - Город... - отведя взор, обесцветившимся голосом произнёс вампир. - Надо бы поглядеть на него... наконец.

SleepWalker: - Обязательно посмотришь... - произнесла Лунатик. - Правда, там смотреть-то особо не на что... Говорят, раньше здесь было совсем по-другому, а теперь... Прости, кажется, чайник закипел. Поднявшись, девушка отошла к печи и вернулась уже с полным кипятка чайником. Отыскав заварку, она всыпала в кружки по ложке, залила водой и некоторое время любовалась завитками пара, поднимавшимися над столом. - А теперь тут Штаб-квартира... Она то ли умышленно, то ли просто так, но не сказала "наша Штаб-квартира". - Знаешь, меня все тянет назвать Штаб не то сумасшедшим домом, не то домом, где разбиваются сердца, - невесело усмехнулась лейтенант. - Странные ассоциации, правда? Слишком много эмоций связано, слишком много воспоминаний... Все время службы в Коалиции я только и делала, что загоняла глубоко внутрь разные чувства. Потому, что они не соответствовали высокому рангу твоего заместителя, - в голосе Лунатика явно слышалась горькая ирония. - И потому, что они никому не были нужны... Я думала, что это закончилось - но ошиблась. Проверять чувства вовсе не сложно, ты прав, но только тогда, когда дело касается кого-то одного. А если замешаны двое... - она покачала головй и придвинула одну кружку Кандиду. - То тогда некоторые чувства... Да, чувствую, следовательно, живу, но порой я не знаю, чего мне из-за них хочется больше - жить или умереть, чтобы не мучаться самой и тебя в это не впутывать... Обойдя стол, Лунатик остановилась перед начальником и спросила: - Почему ты все время от меня отворачиваешься? Кандид... Только мне начинает казаться, что я вот-вот пойму что-то важное - как ты опять уходишь неведомо куда, и все сыпется, будто песок, - рыжая протянула руки и растопырила пальцы, словно показывая, как уходит песок. - Только я начинаю согреваться - как на меня будто ведро ледяной крошки...

Romero: Невструев отрешённо смотрел куда-то вглубь кружки, наблюдая, как медленно оседают на её дно раскрывающиеся листики чайной заварки. Затем медленно повернул голову в сторону лейтенанта и, поднявшись, чтобы быть с ней вровень, всё-таки решился заглянуть ей в глаза. - Если в песок добавить воды, он становится податливым, из него можно даже что-то вылепить, - протянул Кандид, мягко сжав пальцы Лунатика в кулачок. - Нужно только знать меру, иначе рискуешь перелить... Утянет, задушит... то, что недавно казалось крепким. Я не заставляю тебя скрывать чувства. И теперь дело даже не в званиях или положении... Мы тут на равных... надеюсь. Так что это совсем не нужное занятие - закапывать вглубь себя. Перед тобой пример, почему этого делать не стоит... - губы чуть исказились, пытаясь изобразить улыбку. - Однажды скрыв, ты можешь больше не найти. А если сверху накроет новая волна, тут уж... Вампир замолчал, то ли подбирая слова, то ли раздумывая, говорить ли их. В отличие от знакомого всем телепата, чужие мысли для него были скрыты снегом, туманом и прочими осадками подсознания. На поверхности иногда проглядывали зыбкие силуэты, за которые и приходилось хвататься, поэтому вместо нужной ниточки вполне можно было вытащить глубинную бомбу. - Я не хочу стать той волной... - признался Ромеро. - Потому и держал барьер до последнего. Глупо звучит, наверное...

SleepWalker: Девушка выдержала взгляд вампира, только слегка наклонила голову к плечу и попыталась улыбнуться. Получилось плохо, и лейтенанту стало поневоле неловко. - Глупо - не глупо, кто знает... Я-то точно не берусь судить. Просто все дело в том, что, как не кажется, от твоего или моего желания уже мало что зависит... Барьеры, волны... Ох, начальник, как мне уже надоедает эта тайна, темнота и иносказание. Ведь все так просто. Все это началось не сегодня, ты же знаешь... Или не знаешь? Лунатик сделала шаг вперед, обняла Кандида и горячо зашептала: - Что с нами случилось, а? Ведь только что все было так тепло и понятно... Я как будто сделала шаг - а под ногой оказалась пустота... И я падаю, падаю... И так хочется схватиться за тебя, чтобы удержаться хотя бы еще чуть-чуть, но так страшно, знаешь, страшно... Страшно, что мы оба куда-то рухнем, потому что не за что уже будет хвататься. А я ведь... Не могу я так больше - и пусть даже это будет последнее, что я тебе скажу. Я ведь люблю тебя... Только если ты собираешься ответить что-то вроде того, что ты этого не стоишь - лучше молчи, потому что стоишь, потому что мне лучше знать... Ох, глупый, глупый вампир...

Romero: - Я знаю... - тихо протянул Невструев, прижав Лунатика к себе. - И, кажется, знал всё это время, только не мог понять. Или поверить, признать, что это на самом деле, а не во сне... В печи с треском и искрами обвалились остатки особо большого полена, заставив свечение от огня поколебаться и отбросить длинную тень на стену избушки. Но всё быстро успокоилось, и в трубе вновь загудел ветер. Дом прогревался. - Даже если рухнем - не беда... - ласково погладив лейтенанта по спине, уже увереннее продолжил вампир. - Ты, главное, держись за меня, Лунатик. Держись... может быть, там вовсе не пустота, а земля... Твёрдая, осязаемая, на которую можно опереться и встать. А может даже снег. Глубокий и мягкий, упав в который нельзя даже ничего себе повредить... Он помолчал, осуждая себя за то, что снова заговорил сравнениями. В самом деле, вредная привычка, поглощавшая нужные слова. - В любом случае, не стоит бояться. Я тебя не отпущу. Потому, что ты дорога мне... И я не хочу тебя... потерять.

SleepWalker: Лейтенант почувствовала, что от его слов у нее снова подкосились ноги. Одно дело - надеяться на что-то подобное, мечтать, и совсем другое - услышать это от старлея здесь и сейчас. Крепче обняв его, чтобы и правда не упасть, девушка закрыла глаза и подождала, пока пол и потолок перестанут вращаться и вернутся на свои места. Отдышавшись и открыв глаза, она опять улыбнулась - на этот раз тепло и уверенно. - Ну вот и хорошо. Вот и не отпускай, в конце-то концов... - сказала Лунатик и немного ослабила хватку, словно убедившись, что Кандид все-таки никуда не исчезнет, и потихоньку успокаиваясь. - Есть некоторые вещи, которые не нуждаются в том, чтобы их признавали или верили в них. Они просто существуют - и ничего с этим не поделать. Да и не нужно... Потому что это никакой не сон. А если и сон, значит, он снится нам обоим... И лично я просыпаться не собираюсь. Продолжая улыбаться, лейтенант погладила начальника по щеке. - Сон, сон... Ты же знаешь, что я никуда не исчезну. Понадоедаю еще... долго и счастливо.

Romero: - Да, это был бы очень хороший сон... - кивнул вампир, поглаживая рыжий затылок лейтенанта. - Но как там поётся... "...чтоб сказку сделать былью"? Кандид чуть улыбнулся, глядя на Лунатика. Кукушка, сама того не подозревая, подарила им всё время этого мира, пускай он и ограничивался пока бревенчатыми стенами, за которыми лежал лишь бескрайний заснеженный лес с вкраплениями домов. - А есть вещи, существование которых и вовсе невозможно с точки зрения логики... - задумчиво проговорил он, стараясь ощутить каждое прикосновение девушки. - Как огонёк, который видишь только краем глаза... А если заостряешь внимание... Невструев дёрнулся и замолчал от нового болевого укола под рёбрами. Снял руки с лейтенанта и устало опустился на табурет, тяжело дыша. - Извини... я ещё не совсем в норме... - проговорил он, после того, как боль немного успокоилась. - Давай-ка пить чай, пока не остыл...

SleepWalker: - Да, конечно, чай... Ты тоже извини - совсем из головы вылетело, а он и правда уже остывает. Да и тебе лучше сидя... - пробормотала Лунатик, потупившись, уселась за стол и обхватила ладонями кружку с чаем. На поверхности напитка плавали чаинки, и девушка вспомнила, что когда-то ей говорили, что это к счастью. Искоса глянув на Невструева, она не смогла сдержать вздоха. Вот так и не знаешь, где найдешь, а где потеряешь... Хотя Лунатик не могла бы сказать, что она несчастлива - несмотря ни на что. Может быть, все еще будет хорошо... - Все будет хорошо, - повторила Лунатик вслух. - Реальность иногда лучше любой сказки, хотя бы потому, что сказки короче... Сделав пару глотков, лейтенант подперла щеку кулачком, но, поморщившись, убрала руку и потерла место перелома. - Ноет... Надо отвлечься, - решила Лунатик. - Скажи, у тебя тут шахмат нет? Или нард... Просто в города играть как-то несерьезно.

Romero: - У сказки неизменный конец, - заключил Кандид, укутавшись в ватник. - А реальность делаем мы сами... Он отпил чаю, с интересом приметив, что у лейтенанта тот удался лучше, несмотря на ту же воду и ту же заварку. За столько лет, с самого его появления на Руси, напиток не только не приелся, наоборот - полюбился ещё больше. - Отвлечься... Но откуда ж здесь нарды, - вздохнул Невструев, задумчиво перебирая в памяти содержимое сундуков. - Да и были б - всё равно я в них играть не умею. Карты где-то лежат... кажется. И шашки. И... домино. До сих пор вампир ничем подобным себя не развлекал, потому и не мог вспомнить, есть ли что в доме. Разной техники для перебору на чердаке было немало, а вот что до мирного времяпрепровождения... Ещё раз глубоко вздохнув, Ромеро устало поднялся. Подошёл к сундуку у печи и со скрипом открыл кованную крышку. - Так... Нет... домино нет, - с сожалением отметил он. - Зато, действительно, есть шашки, карты и... и посмотри, пожалуйста, сама... У меня в глазах двоится... - вампир потёр бровь и опустился на лавку у стены.

SleepWalker: Девушка не успела сказать Кандиду, чтобы он не беспокоился, что она сама потом поглядит и что-нибудь найдет, что это совсем не срочно, как вампир поднялся и пошел к сундуку. Захватив кружку старлея, Лунатик двинулась следом. - Не бережешь ты себя, начальник... - укоризненно произнесла она, и вручив ему чай, заглянула в сундук. - Так... Шашки. Ну, тут явно фишек не хватает. Карты, карты, тройка, семерка, туз... А, вот они. Вынырнув из недр сундука, Лунатик присела на лавку рядом с вампиром и, сняв резиночку, которой были стянуты карты, принялась изучать колоду. - Хотя... - внимательно взглянув на Ромеро, вздохнула девушка, - Игрок из тебя сейчас неважный. Нельзя тебе напрягаться. Извини, что не подумала... Да и карты тут... Не игральные. Интересно, кому в этой глуши понадобилась классическая колода карт Таро?.. - рыжая наугад вытащила одну карту. - Гляди-ка... Висельник. Ин-те-рес-но...

Romero: - Мозгу отдых давать нельзя... - отхлебнув чаю, слабо кивнул Ромеро. - А ничего тяжелее шашки и не надо поднимать. Открыв глаз, он повернулся в сторону лейтенанта. Вгляделся в колоду на её руках. Это порождало ещё больше вопросов, относительно того, чьей вообще могла быть избушка много-много лет назад. Относительно самого дома в таёжной глуши вопросов не возникало. Исследовав местность, Кандид обнаружил за километр отсюда целую заброшенную деревню, которую постепенно обступал Лес. Просто дом на отшибе. С другой стороны, почти всё, что сейчас было в ящиках и сундуках, Ромеро привёз с собой из Упячки. В состоянии полузабытья он сгребал в мешок всё, что находилось на полках некогда приборного шкафа третьего головного. Так что вещь вполне могла принадлежать и Ангелу. - Висельник... - подтвердил Кандид, фокусируя взгляд на карте Лунатика. Спросил с нотками смущения в голосе: - А... что он означает?.. Я как-то не очень в гаданиях...

SleepWalker: - Я тоже не особо, - призналась Лунатик. - Я все-таки биолог, а не гадатель... Но эту карту запомнила. Потому что... В общих чертах, во многих толкованиях она в первую очередь означает жертву во имя великой цели - и именно такое ее значение очень любят пылкие юноши, рвущиеся грудью на очередную амбразуру. Мол, чем благороднее цель - тем больше надо принести в жертву, - усмехнулась лейтенант и, покачав головой, вернула карту в колоду. - Но вообще-то, она говорит о том, что настал переломный момент в жизни и пора сделать выбор. А для этого можно и... повисеть немного, ожидая, пока утихнет странная буря и наступит просветление. Но... Если ты и правда захочешь что-то приобрести, то все равно придется чем-то пожертвовать, но не потерять бесплодно что-то дорогое, а отдать во имя будущего... Взглянув на Кандида, девушка остановилась. - Прости, я белкой по древу разбежалась... Это уже философия. А я, когда не знаю, о чем говорить, люблю порассуждать на отвлеченные темы...

Romero: - Философия - тоже разговор... - протянул Невструев, созерцая расплывающийся потолок. - Тем более, если отвлечённые темы настолько... актуальны на этот момент. Да и не только на этот. Всё время своего существования вампиру приходилось выбирать. По большей части между плохим и наихудшим, но случались и редкие озарения, оканчивающиеся, впрочем, по традиции, темнотой. В очередной раз разогнав воспоминания, Ромеро повернулся к Лунатику. - Это закон природы, - вздохнул он. - Как и то, что зимой холодно или идёт снег. От этого не убежишь, и если хочешь продвигаться дальше, приходится чем-то жертвовать. Правда, цену устанавливаем не мы. Если её вообще кто-то устанавливает... Другое дело, что настоящий выбор даётся лишь единожды. Но что-то меня тоже занесло... Он покачал головой и залпом допил остававшийся в кружке чай, как только та, наконец, собралась воедино. Поднялся и пошатывающейся походкой направился к печи, чтобы подбросить в неё пару поленьев.

SleepWalker: - Выбор есть всегда. И каждый раз он настоящий... - покачала головой Лунатик и поднялась вслед за Кандидом. - Потому что каждый момент выбора рождает как минимум две альтернативные линии событий. Между прочим, отказываясь от множества альтернативных решений, мы своими же руками ограничиваем свободу своей воли... Перегородив старлею дорогу и аккуратно взяв его под локоть, девушка мягко потянула его обратно к лавке и сказала немного нарочито бодрым тоном профессиональной сиделки: - Эк тебя до сих пор шатает... Ты бы лучше сел обратно, начальник. Не переживай, я смогу поднять поленце и правильно положить его в огонь. И перестань это... хорохориться и пыжиться, вот. Сиди, отдыхай, я опять чаю налью и, если захочешь, придумаю что-нибудь перекусить... Кому станет легче, если тебе опять поплохеет посреди хаты? И не спорь... Вот придешь в норму - тогда и будешь делать, что тебе угодно. И вот еще что, - добавила Лунатик уже мягче, - Если ты вдруг вздумал стыдиться того, что ты, мягко говоря, не в форме... то бросай это бесполезное занятие. Лучше подумай о чем-нибудь... хорошем. О том, что скоро весна, например.

Romero: - Уговорила... - протянул, наконец, вампир, окинув лейтенанта долгим и отчасти благодарным взглядом. Невструева на самом деле сильно покачивало, что он даже ударился затылком о стену, когда возвращался на место. - Но зима мне как-то больше по нраву... - признался он, потирая голову. - Почему-то полюбил снег и холод ещё... с детства. Да... - Ромеро вздохнул и отставил кружку, чтобы ненароком не разбить. - Так что не поплохеет. Снаружи холодно, внутри тепло... Что ещё для счастья надо?.. Улыбнувшись Лунатику, Кандид снова откинулся назад и стал вслушиваться в хриплое дыхание метели за дверью. Оно не прекращалось вот уже много часов, и невольно думалось, что по её окончанию над снежным покрывалом останутся только макушки самых высоких сосен. - Тем более, если счастье - тоже последствие выбора, - решил он закончить мысль. - Мы-то можем этого не осознавать, а вот душа стремится... И если её сдерживать, она лишь будет биться птицей в неуютной клетке.

SleepWalker: - Если бы знать, к чему она стремится, - произнесла Лунатик, осматривая смолистые поленья перед тем, как бросить их в огонь. - Если бы точно знать... Или, скорее, если бы иметь смелость честно признаваться себе в собственных стремлениях... Осмотревшись, девушка нашла кочергу и старательно разворошила огонь в печи. - Так-то лучше, - довольно пробормотала она и, отряхнув ладони, вернулась к Кандиду. - Теперь долго гореть будут... Хорошие дрова. Ты сам запасал или... Лунатик спохватилась и замолчала, сообразив, что, должно быть, дрова были приготовлены еще летом, когда у главы НЕРВа и его заместителя были совсем другие заботы. Только сейчас лейтенант вдруг задумалась о том, кому мог принадлежать раньше этот дом и почему его оставили хозяева. Быть может, оставили по той же причине, по какой опустел военный городок? Но, с другой стороны, избушка и так располагалась на отшибе, значит, хозяина, кем бы он ни был, не очень заботило отсутствие соседей... С каким-то новым интересом рыжая оглядела комнату, но ничего умного ей в голову так и не пришло.

Romero: - Сам, сам... - развеял сомнения Невструев. - Как только понял, что останусь здесь жить... Проследив взгляд Лунатика, Ромеро вздохнул, потеплее запахнувшись в телогрейку. В таком свете дом действительно казался загадочным, но ни тел в подполе, ни черепов в печи, ни даже чьих-то тайных дневников вампир не обнаружил, когда приводил его в порядок осенью. Впрочем, как и других деталей, которые могли сказать, почему эту избушку оставили. - Дрова-то здесь были, но от них отсталась одна труха... Что не удивительно. Кандид кивнул в сторону печи, на стене возле которой висел неприметный отрывной календарик. Листик, смотревший на новых жителей, пожелтел и выцвел, но на нём ещё можно было различить дату: тридцатое августа тысяча девятьсот семьдесят девятого года. - Этот дом оставили тридцать лет назад... - вновь вздохнул вампир. - Непохоже, что здесь поработали мародёры, поэтому либо предыдущие жильцы предпочитали аскетизм, либо увезли всё с собой. Но тогда бы забрали и сундуки, и чугунки... Но не забрали.

SleepWalker: - Хорошо, что не забрали, - пробормотала Лунатик, склонив голову на плечо Кандида. - В чугунках можно картошку с мясом тушить... И капусту. Тридцать лет... За такой срок избушка вообще могла прийти в совершенную негодность, а гляди-ка... Продержалась. Знаешь, покинутые дома... Они очень быстро ветшают, даже новые и крепкие. Да и люди... тоже. Девушка закрыла глаза и замолчала. Снаружи по-прежнему бушевала метель, и Лунатик вдруг подумала, что почти привыкла к этим звукам и, когда буран стихнет, ей будет даже их недоставать. Лейтенант зевнула и поняла, что снова начинает дремать. Какое-то время она сопротивлялась сну, но перед ее глазами уже поплыли размытые, полузабытые образы и голос метели стал шумом волн... Но основательно заснуть Лунатику помешала кукушка - очевидно, птичка отрабатывала годы молчания и решила подавать голос как можно чаще. Вздрогнув, девушка открыла глаза, поморгала и смущенно поглядела на вампира. - Прости... Просто тут так тепло... Забравшись на лавку с ногами, Лунатик обняла Кандида и спросила: - Как ты себя чувствуешь?

Romero: - Тепло... - медленно повторил Невструев. - Мне кажется, из-за тепла этот дом ещё и стоит... Из-за тепла, которое в него вложили, когда строили... давным-давно. Очень странное ощущение... тепло-то мы поддерживаем, а вот заслужили ли его? В мыслях тут же проявились сцены забытого времени, когда люди по вечерам собирались в этом доме, топили печь, разговаривали, быть может так же пили чай. А ныне и людей-то этих, верно, нет, а дом стоит, потихоньку врастая в землю и зимой почти полностью укрываясь снегом. Вампир покачал головой, но быстро спохватился, что опять переходит на какие-то печальные и непонятные темы. - Впрочем, может он просто ждал кого-нибудь, чтобы вот так согреть... Закончив мысль, Ромеро мягко прижал к себе лейтенанта, чуть улыбнулся. - Я-то в порядке... кажется, - протянул вампир. - А вот тебе надо бы отдохнуть. Ты же на ходу засыпаешь, Лунатик... Упомянув про сон, вампир и сам с трудом сдержал зевок. К сумбуру в голове прибавилась вполне понятная усталость, и что-то подсказывало, что можно уже было и поспать. Тем более, по скромным подсчётам, день за заставленным окном уже клонился к вечеру.

SleepWalker: - Засыпаю, - покорно согласилась Лунатик, устраиваясь поудобнее и сонно моргая. - Но это так... Вот сейчас с тобой сижу - и отдыхаю. Хотя с чего мне было уставать? - девушка улыбнулась и неожиданно для себя от души зевнула, не успев прикрыть рот ладонью. - Ой. Извини... Просто я боюсь заснуть совсем. Вдруг проснусь - а ничего этого не было, просто привиделось. И опять - Штаб, майор, Нарком, казармы... Я же тогда с ума сойду. Или точно убью кого-нибудь... Штаб... Интересно, сколько уже прошло времени и хватился ли ее кто-нибудь? Лейтенант сказала фюреру, что отлучится ненадолго... Впрочем, она не проверяла, услышал ли он ее слова. - Тебе бы тоже... отдохнуть, - девушка почему-то не очень поверила словам Кандида о том, что он нормально себя чувствует. - Ты же с утра... аж до Штаба ходил. А тут неблизко... А потом еще рана... Так что, начальник? Командуешь отбой? Лунатик снова закрыла глаза и постаралась не шевелиться. Двигаться с места ей совсем не хотелось, казалось, она может провести так целую вечность. Но рыжая понимала, что Невструев прав - им обоим нужно было отдохнуть - слишком нервным выдался день.

Romero: - Нет, своё я уже откомандовал... - покачал головой Невструев. - Просто добрый совет... Заботой это вампир не смог назвать, потому что, если бы он заботился о здоровьи девушки, не предстал бы перед ней в настолько сильно расклеенном состоянии. Впрочем, это, действительно, были мелочи. Вставать, отстраняться от Лунатика очень не хотелось, а после того, как лейтенант снова начала засыпать, и вовсе показалось немыслимым и бесчеловечным. Однако, чтобы предоставить девушке время для полноценного здорового сна, необходимо было обеспечить все условия. - Спать полезно, - проговорил Ромеро, всё же пересилив себя и поднявшись. - И бояться не надо - всё останется таким... да... Всё ещё покачиваясь, вампир прошёл к кровати, перестелил простыни на ней и положил сверху тёплый плед, извлечённый из сундука у изголовья. После чего подбросил в огонь несколько поленьев и прикрыл горячее жерло печи заслонкой. В наступившей темноте Кандид аккуратно взял Лунатика за руку, чтобы провести к приготовленной постели. И только потом вспомнил, что раскладушка, на которой он мог бы устроиться сам, до сих пор мёрзнет на чердаке.

SleepWalker: - Да, полезно, - пробормотала Лунатик, усаживаясь на кровать и поглаживая плед. - Спасибо тебе... Надо же... Он такой мягкий... Даже странно. Наверное, я привыкла к... походным условиям. Смотри, разбалуешь меня. Человек быстро привыкает к хорошему, хотя плохо его потом помнит, - с сонной улыбкой добавила девушка, закрыв глаза и легонько потянув Кандида за руку, чтобы заставить сесть рядом с собой. - Не уходи... Я же чувствую - опять куда-то... Посиди со мной, пожалуйста, хотя бы пока я не усну... Если хочешь, можем еще поговорить про что-нибудь... безопасное. Лунатик смутно понимала, какая из тем может сейчас оказаться безопасной. Ее сознание медленно засыпало, уступая место подсознанию - и оставалось только надеяться на вековую, генетически обусловленную женскую мудрость.

Romero: - А что плохого в том, чтобы поспать в тепле и на мягкой постели... - пожал плечами вампир. - В штабе, верно, и подушек нормальных не было? Поправив пуховую подушку под головой Лунатика и аккуратно накинув плед на её плечи, Кандид всё же присел на краешек кровати. Нащупал в темноте ладонь лейтенанта и осторожно погладил, накрыл своей. - Я не ухожу, Лунатик... - тихо проговорил он. - Я здесь... с тобой. Дверь заперта, окно закрыто, избушка натоплена... Тебя ничто не должно потревожить. А разговоры подождут до утра... Вампир наклонился к девушке, чтоб хотя бы поцеловать её перед сном, но перед глазом вновь всё повело так, что он едва не свалился с кровати. Восстановив равновесие, Ромеро списал всё это усталость. И кровопотерю. В любом случае, не повод для беспокойства. - Спи, Лунатик... - мягко прошептал Ромеро, всё же коснувшись губами её щеки.

SleepWalker: - Попробую, - ответила лейтенант, хорошенько потянулась, обвила вампира руками и поцеловала его в ответ, угодив, кажется, опять в нос. - Просто бывает, что от сильных переживаний... не сразу получается уснуть. Нервы на пределе, все такое... Вот я и болтаю про все подряд. Лунатик подтянула плед так, чтобы укутать им и себя, и Кандида. - Ну вот, так совсем хорошо. Вот и будем тут... А то тебя все еще качает. Думаешь, я не замечаю?.. Эх, начальник... Перестань уже думать про то, какое впечатление производишь... Мы, слава Богу, не в Штабе. Погладив старлея по щеке, она опять поцеловала его и прошептала: - Не думай ни о чем, пожалуйста... Отдыхай. Просто отдыхай. А то... ты меня знаешь - я сейчас проснусь и буду о тебе заботиться...

Romero: - Утро вечера мудренее... - к чему-то проговорил вампир. - Сон сам придёт... Надо только успокоиться немного. В целом же, Невструев не мог сказать, что чувствовал себя уж очень плохо. Рёбра почти не болели, остальные раны тоже не доставляли неудобств - была только какая-то чересчур сильная тяжесть в теле. В сердце, особенно. Тихо вздохнув, он погладил лейтенанта по рыжей голове и понял, что желание ещё раз выходить наружу, в холод и метель окончательно исчезло. - Можно... к тебе? - немного нерешительно спросил Кандид, но, не дождавшись разрешения, лёг рядом с Лунатиком. Место-то было, а голова слишком уж кружилась. И ещё неизвестно, отчего. - Я не помешаю, честное слово... Я даже не храплю... Он ласково обнял лейтенанта за плечи, ловя погружающимся в дрёму сознанием каждое прикосновение. - Не в Штабе... - еле слышно повторил вампир: - Да, в лесу начальников нет ни над кем, впечатление производить не на кого... Сами себе... начальники...

SleepWalker: - Конечно, - ответила Лунатик, соглашаясь, должно быть, со всеми словами старлея сразу. Немного подвинувшись, чтобы ему было удобнее, она вздохнула, прижалась лбом к плечу Невструева и зажмурилась так сильно, что перед глазами поплыли пятна. "Можно, можно... Почему он всегда спрашивает, переспрашивает, постоянно, постоянно... Неужели нельзя просто - быть?.. Эх, Кандид-Кандид..." - Эх, Кандид-Кандид... - повторила девушка тихонько вслух. - Спи уже... Осторожно потянувшись, Лунатик попыталась расслабиться и все-таки заснуть, но ей это никак не удавалось. Снова и снова всплывали какие-то эпизоды из прошлого, далекого и не очень, вспоминались фразы, сказанные Кандидом сегодня и раньше... "Бесполезно. Я слишком устала, чтобы спокойно уснуть... Может, хоть подремаю немного." Немного повернувшись, она обняла начальника и принялась аккуратно поглаживать его по руке. - Все хорошо... Все хорошо... Спим...

Romero: - Спим... - повторил вампир еле слышно. - Завтра новый день... Свободной рукой Кандид медленно и ласково водил по спине и рыжим волосам Лунатика. В этом, наверное, не было никакого смысла, просто Ромеро хотел снять все тревоги девушки, чтобы та смогла спокойно заснуть. Ведь натерпеться за сегодняшний день ей пришлось многого - и всё вновь по вине вампира, поэтому он просто обязан был обеспечить лейтенанту полноценный спокойный отдых. Однако, и от её прикосновений уплывающее сознание Невструева становилось на место. Туда, где оно и должно было быть. А ощущение дыхания лейтенанта, настолько близкого, кружило голову получше всякой кровопотери. В какой-то момент Ромеро даже потерял из виду границу между сном и явью - то ли от усталости, то ли от того, что сама мысль о присутствии здесь Лунатика, мысль об этой близости казалась нереальной. Невструев успел прижаться щекой к щеке девушки, прежде чем колючие завывания метели и тёплое потрескивание поленьев в печи окончательно смешались в мерный шелест, окруживший со всех сторон, уютным серым туманом, накрыв и укутав поверх шерстяного пледа.

SleepWalker: "Уснул... Вот и хорошо. Начальника надо беречь... Интересно, сколько сейчас на самом деле времени? Закончился день или еще нет? Только бы кукушка не вздумала..." Лунатик запоздало сообразила, что часы следовало бы остановить, чтобы ничего не помешало. "Может, обойдется... Тихо-то как... - зевнув, невпопад подумала рыжая и прижалась губами к щеке старлея, обняв его чуть сильнее. - Тихо и тепло... Кто бы мог подумать..." Лунатик то незаметно проваливалась в дрему без снов, то выныривала и каждый раз тихонько улыбалась, осознавая, что изба никуда не делась, что за ее стенами по-прежнему метель, что никуда не исчез и вампир, что он по-прежнему рядом и можно осторожно, чтобы не разбудить, потереться носом о его щеку, погладить его по плечу, поправить сползший плед... Что она наконец-то может - просто быть с ним рядом и что он тоже этого хочет - чтобы она была... Девушка вдруг почувствовала, что вот-вот заплачет, попыталась сдержать слезы и вместо этого чихнула. Испуганно замерев, она прислушалась к дыханию Кандида - но он, кажется, не проснулся.

Romero: Несносная птица понемногу училась вежливости и не показывала носу уже много часов. Или попросту заснула в своём домике, сморённая поднимавшемся кверху теплом. Даже печная труба перестала гудеть от веселившегося в ней ветра. Метель больше не гнала снежные волны на старую избушку, не пыталась выбить дверь, заморозить. Она просто тихонько и уже заметно подустало насвистывала за заставленным окном свою зимнюю песню. Кандид сонно открыл глаз и какое-то время пытался сообразить, где находится. Воображение выдало картину низкого потолка и жёлтых стен с потемневшими поручнями, но наваждение тотчас же рассеялось, едва Невструев ощутил объятия Лунатика. Значит, не приснилось. Значит, действительно был столь неожиданный визит перед бураном. А за то, что сейчас вампир не видит очередной сон отчётливо говорил правый бок, снова разразившийся ноющей болью. Ромеро повернулся к девушке и, увидав, что она не спит, невольно улыбнулся, хотя в темноте этой улыбки видно не было. - Извини... я, кажется, заснул... - тихо проговорил он, аккуратно погладив лейтенанта по щеке. - Как ты?.. Не холодно?

SleepWalker: - Не холодно, не волнуйся... Мне очень-очень тепло и хорошо. Все-таки нормальная кровать - это не топчан в Доме офицеров... - ответила Лунатик и потянулась. - И чего ты все время извиняешься? Уснул - и уснул. И хорошо, что уснул, и правильно. Спать - полезно! - с тихим смехом процитировала девушка старлеевы слова и села, подтянув к груди колени. Протянув руку, она нашла ладонь Кандида и сжала ее. - Ты-то как себя чувствуешь? Отдохнул хотя бы немного? На душе почему-то стало если и не совсем спокойно, то гораздо легче и тише, чем было раньше, хотя что-то продолжало беспокоить. Штаб... Да, рыжая по-прежнему не могла выкинуть из головы мысли о тех, кто остался в ДОФе и о тех, кто мог прибыть за то время, что она провела здесь. "Я не хочу возвращаться... Что бы там не происходило - не хочу. Не сейчас... Не сегодня..."

Romero: - Немного... - повторил Невструев тихо. - На пару дней хватит. В обычной ситуации сон для вампиров не был настолько уж важен, однако любые раны отчего-то лучше затягивались именно в состоянии отключённого сознания. По старой памяти или в этом был какой-то смысл - непонятно. Но способ, не лишённый положительных моментов. Кандид мягко погладил ладонь девушки и на пару мгновений прикрыл веки, прислушиваясь к внешним звукам. - Сон странный привиделся... - вдруг проговорил вампир. - И ты была в нём, Лунатик. Мы ехали на каком-то... метровагоне старого типа, - он прервался, поняв, насколько это было бредово и в то же время - ожидаемо. - Не помню, куда. На бал, кажется... Времени мало. А вокруг туман... ночь. И роса. И равнина. На воздухе ехали. А потом кто-то появился из этого тумана... Ромеро замолчал и приподнялся на локте. - Какая-то тревога была. Как будто что-то случилось...

SleepWalker: Лунатик кивнула. - Я знаю. У меня тоже... ерунда какая-то, но... - девушка пожала плечами. - По-моему, это называется эмпатия. Но я ведь никогда... Перегнувшись через старлея, Лунатик нащупала ботинки и, спустив ноги с кровати, обулась. Опершись подбородком о ладонь, она зажмурилась и постаралась еще раз поймать то ощущение, которое, как казалось лейтенанту, было напрямую связано с Штаб-квартирой. - Тревога, да... - протянула рыжая и встала с кровати. - Мне этого очень не хочется, но... Я должна вернуться. Я хочу знать, что там происходит... Несмотря ни на что. Вздохнув, она сделала в темноте несколько шагов, потом вернулась и снова села рядом с вампиром. Поколебавшись, она попросила: - Зажги свет, пожалуйста... И... Если можно, Кандид... Сходишь со мной? Если тебе не трудно.

Romero: - Никогда не поздно открывать в себе новое, - пожал плечами вампир и щёлкнул пальцами. Но вместо керосиновой лампы под потолком вспыхнула только боль в рёбрах. Оправившись и прошипев что-то невнятное, Невструев поднялся, натянул сапоги, дошёл до стола и уже вручную зажёг фитиль. Спичками. Комната не изменилась. Разве что на одной из лавок валялась окровавленная рубашка, которую, за неимением других, Ромеро и надел. Отпускать лейтенанта в неведомую глушь, которой казался отсюда Штаб, очень не хотелось. В конце концов, там могло быть попросту опасно - за эти несколько часов его могли и взорвать, и разрушить. Было б только, кому. С другой стороны, именно эта неизвестность и подстёгивала к дальнейшим действиям. А держать Лунатика силой не было никакого права. - Всё это понятно... - вздохнул вампир, повернувшись к девушке. - Всё это разумно. Что ж... пойдём тогда... чего время тянуть. Он с опаской подошёл к двери и аккуратно распахнул её. Но, вопреки ожиданиям, не был сбит порывом ветра. На улице просто шёл снег. Густо сыпал с тёмного неба большими пушистыми хлопьями. - Тихо-то как... - подумал вслух Невструев.

SleepWalker: Лейтенант подошла к выходу и некоторое время просто стояла рядом с начальником, глядя на падающий снег. - Тихо... Это потому что снег, - сказала она и качнула головой. - Я никогда не видела столько снега... Затем Лунатик как-то судорожно обняла Кандида и прошептала: - Я не хочу... Но я должна. Это совесть, наверное. Не могу я их просто так оставить... Знаешь, я, наверное, все бы отдала, чтобы никого, кроме нас не существовало... Никого и ничего... Медленно разжав руки, она отошла на шаг и пристально осмотрела Невструева, запоздало сообразив, что вряд ли стоит куда-либо тянуть его в таком состоянии. Но, с другой стороны, мысль о том, что придется оставить его и уйти, пусть и ненадолго, неожиданно причинила рыжей боль. Мсленно резко одернув себя, лейтенант спросила: - Ты как себя чувствуешь-то? Если что, я и сама справлюсь. Сбегаю быстро - и вернусь...

Romero: - Ответственность это... - проговорил Кандид, легонько дотронувшись до плеча лейтенанта. - Но если ты всё отдашь, что потом останется?.. Всё так, как и должно быть. Однако же, как это - "так" - вампир не знал. Глубоко вздохнув, он снял с крючка потёртую ушанку и, нахлобучив её на голову, вышел наружу, тут же провалившись по колено в снег. Морозный воздух забрался под распахнутую телогрейку и больно резанул по перебинтованной ране. Чувствуя, как бок холодит расплывающаяся поверх старого пятна кровь, вампир лишь поморщился и поднял лицо к небу, подставив его сыпавшему сверху снегу. Наверное, это было щекотно, но Ромеро не ощущал ни холода, ни покалывания от крупных снежинок. Они просто ложились на чёрную повязку, украшая её причудливым узором. Нет, такой способ привести себя в порядок явно не подходил. - Я не могу отпустить тебя туда одну, - проговорил вдруг Невструев, повернувшись к Лунатику и стряхнув снег с носа. - Там очень опасно... кажется. Извини... Просто как-то не по себе.

SleepWalker: Девушка внимательно посмотрела на старлея, затем сунула руку под телогрейку и коснулась его рубашки - та, как и подозревала Лунатик, оказалась мокрой от крови. - Опять, - протянула рыжая и отрицательно покачала головой, словно на что-то решившись. - Ну нет, в таком случае никуда мы на ночь глядя не потащимся. А я тебя тут одного не оставлю... Давай-ка, заходи. Сейчас запрем дверь, поставим чайник... Перевяжу тебя, поужинаем и ляжем спать. Утро вечера мудренее... в любом случае. Отступив назад, Лунатик скрестила руки на груди и пробормотала: - Может, хватит с меня... нести ответственность за всех и каждого. У меня есть ты... К черту совесть и ответственность, они там уже не маленькие. Кандид, - позвала она. - Иди сюда...

Romero: Вампир, однако, остался стоять на месте. Внутри медленно разливалось едкое, жгучее и такое знакомое чувство вины. А может, просто недостаток крови наконец дал о себе знать. - Это нормально... - чуть севшим голосом проговорил он. - Пока в ране ещё есть обломки когтей, она будет кровоточить. Не обращай внимания, пожалуйста... Нет, всё-таки это была вина за то, что вампир понемногу превращался в своеобразные кандалы для лейтенанта, приковывающие её к этой избушке. Потому, следовало только быстрее избавиться от старых ранений и восстановить силы. Тем более, чтобы надёжно обеспечить безопасность девушки. Постояв немного в дверях, Невструев сделал шаг к Лунатику. - А вдруг у них там что-то действительно плохое?.. - вкрадчиво спросил он, но тут же покачал головой своим словам. - Хотя, что может быть хорошего при такой концентрации нелюдей на квадратный метр... Дверь со скрипом захлопнулась, прекратив выпускать наружу драгоценное тепло.

Undine: Было холодно. Жанна не относилась к тому типу девочек, которые, получив после долгой жизни призрака материальное тело, бежали нюхать цветочки, прыгать за бабочками, тискать котяток и петь про любовь к этому миру, чтобы все слышали. Нет, она не видела в этом ничего полезного. Но, в любом случае, тело подавало непрерывные сигналы. И сигналы эти были о холоде. Ей так холодно не было даже когда её сильной волной смыло с палубы в Берингово море, что, к слову, тоже было в зимнее время. К счастью, тело девушки пока справлялось с переохлаждением и не стучало зубами. Проклиная почём зря снежные зимы, человечество и лично Нелю, которая не потрудилась как следует одеться заранее, на сестёр, которые выбрали именно её для этой операции и на себя, что поверила полячке, дура и не натянула лишний свитер, рассудив, что живые лучше мёртвых разбираются в сохранении тепла. Ну да ладно, как говорится, не щадя живота своего. Избушку она нашла почти сразу - весь лес был изучен девочками вдоль и поперёк уже очень давно. Осталось напоследок провернуть всё в голове. Об избушке она узнала от Наркома, если спросят. С вампиром девушка вроде была знакома, но не сильно. Подмены никто не должен заметить, им сейчас будет не до этого. Если что, всегда можно уйти в грусть, она ведь безутешная ученица, которая потеряла своего наставника. Нелинелла перехватила поудобнее банку с прахом, придала своему лицу ожесточённое выражение и требовательно постучала в дверь избушки. - Кандид! Кандид, ты меня слышишь, открой! Это я, Неля!

Romero: Вскоре после отгремевшего от недалёкого взрыва эха, в избушке снова установилась уютная тишина, которую нарушало только потрескивание огня в печи. Хорошо натопив дом за эту ночь, он понемногу угасал, но всё ещё зыбко очерчивал светлое пятно на полу, в котором по какой-то привычке и сидел, скрестив ноги, вампир. Пальцы тихо постукивали по небольшому поленцу, в такт пульсирующим где-то глубоко ощущениям. Не самым приятным, стоит признать - Невструев чувствовал, что что-то произошло в городе. Да ещё и взрывы эти совсем-совсем близко... Для дальнейшего выяснения нужно было хотя бы подойти поближе, что в нынешнем состоянии не представлялось возможным. Ромеро вздохнул беззвучно и потянулся к лицу, но пальцы легли на изоленту, державшую сложенный вчетверо обрывок бинта, под которым прощупывалась пустая глазница. От очередного погружения в горестные мысли вампира спасла не невоспитанная птица, а чей-то крик из-за двери. Впрочем, крикун тут же представился. Вампир оглянулся на Лунатика, но та, кажется, не проснулась от стука. Тогда Кандид поднялся и задёрнул висевшую на струне занавеску, отгородив кровать от остального помещения. Пошёл к двери, на ходу надевая повязку. Однако, одна мысль всё же тревожила Кандида: как ученица телепата узнала, что он здесь? Нарком рассказал? Жаль, ведь вампир попросил его... А если с капитаном что-то случилось, и он послал ученицу за помощью? В принципе, это меняло дело... Невструев задумчиво потёр колючий подбородок. Не мешало бы, конечно, привести себя в порядок. Но единственная электробритва осталась в машине. Машина - посреди заброшенной деревни в лесу, а аккумулятор от неё - на чердаке. Поэтому вампир ограничился тем, что застегнул ватник, скрыв от чужих глаз уродовавшее рубашку кровавое пятно. - Слышу, слышу... - раздался хриплый голос из-за приоткрывшейся двери. Кандид обвёл взглядом Нелинеллу, которую никогда прежде не видел, но примерно так себе и представлял по рассказам Наркома. - Заходи, не мёрзни... - протянул вампир, освобождая проход. - С чем пожаловала?.. Только тише говори, пожалуйста, люди спят. После этой фразы он едва не врезал поленом себе по голове за слишком длинный язык. Оставалось только уповать на то, что начинающая телепатка не очень любопытна и ещё не умеет читать ауры.



полная версия страницы