Форум » Фронтовые сводки » Избушка в лесу » Ответить

Избушка в лесу

Romero: Небольшой старый домик в таёжной глуши, неизвестно кому принадлежавший. За крепкими бревенчатыми стенами кроется уютная комнатка с русской печью, разгороженная пополам всего лишь длинной занавеской. Убранство внутри хоть и скудное, но вполне достаточное для жизни: ржавая пружинная кровать в углу, керосиновая лампа под потолком, выскобленный стол и несколько табуреток в центре, да полки и лавки с сундуками вдоль стен. В лютые зимние морозы можно отогреться, забравшись на лежанку на печи. Сбоку к дому приставлена поросшая мхом деревянная лестница, ведущая на чердак. Долгое время дом пустовал и потихоньку врастал в землю. Единственное окно даёт мало света: через него можно увидеть только деревья, да услышать стук колёс дальнего поезда. В былые времена строили на совесть, и, несмотря на свой преклонный возраст, изба ещё готова принять жильцов. Было бы только кого... [more][/more]

Ответов - 132, стр: 1 2 3 4 5 6 7 All

SleepWalker: Перед полузакрытыми глазами Лунатика плыли разноцветные круги, кожу словно покалывали острые, горячие иголки и такие же иголки были под кожей - ощущения были настолько странными, что казалось, будто ничего подобного раньше с ней не происходило. То ли она так давно не целовалась, что успела отвыкнуть, то ли дело было совсем в другом... Лунатик быстро бросила все попытки понять свое состояние - ей тепло и хорошо, не все ли равно - почему? Девушка как-то лихорадочно, судорожно гладила Невструева по спине, плечам, рукам - это вовсе не было похоже на ласки, скорее на то, что она снова и снова хотела убедиться, что он по-прежнему рядом, что ей это все не видится в очередном приступе бреда. Только один раз Лунатик слегка вздрогнула - но не от испуга, а от неожиданности - когда ощутила рядом со своими губами клыки вампира. "Вот это называется - по-настоящему забыться," - подумала она и, мысленно улыбнувшись, продолжила целовать Кандида.

Romero: Правильным ли было то, что они тут делали, или неправильным - вампира это больше не интересовало. Обычно служебные романы ничем хорошим не кончаются, вот только двумя этими пустыми словами уже никак не назвать то, что сейчас творилось в душе. Да и судить-то было некому: кто сам без греха, пусть первым бросит камень. В какой-то момент Невструев осознал, что ему стало лучше, легче от самого ощущения присутствия лейтенанта. От её прикосновений, запаха, от теплоты её губ. Теперь стало совершенно ясно - чувства эти не были заимствованы ни у кого. Руки Кандида плавно переместились под телогрейку на плечах Лунатика, продолжая гладить её спину. Просто хотелось быть как можно ближе в это холодное утро. В трубе дымохода снова завыл ветер, за занавешенным окном совсем потемнело. Кажется, буря сегодня действительно разгулялась не на шутку.

SleepWalker: Раньше Лунатику казалось, что фраза "Прошли минуты, а быть может и часы" - не более чем красивый оборот, но сейчас девушка сама абсолютно потеряла счет времени. Мимоходом заметив, что за окном опять темно, она было подумала, что уже наступил вечер, и эта мысль, какой бы нелепой она не была, вернула рыжую к действительности. Лунатик обнаружила, что ее руки затекли от крепких объятий, а голова начинает нездорово кружиться. Нехотя отстранившись от Кандида, она сообразила, что вдобавок дышит тяжело, как после марафонского бега с препятствиями, а грохот сердца, наверное, разносится по всему дому. Пару минут лейтенант просто сидела, не шевелясь, и старалась успокоиться. Наконец, утихла дрожь в руках, вернулись на место душа и способность мыслить более-менее внятно. Тишина, покой и тепло... Продолжая таять и почти мурлыкать от поглаживаний Ромеро, Лунатик прильнула к нему всем телом, уже привычно склонила голову на плечо и закрыла глаза. "Ну вот... Теперь все будет хорошо... Поцеловать Кандида и умереть," - подумала она и поняла, что последние слова произнесла вслух.

Romero: - Умирать не обязательно... - проговорил Ромеро с улыбкой. Должен ли он был услышать эти слова или нет, так и осталось неясным. Но, так или иначе, они, слова, остались в избе и скоро осядут, подмешаются к остальным произнесённым и утаённым, что пробыли здесь десятилетия, покроют гаснущие осколки барьера, один из которых, кажется, засел под железной пластиной сердца. Снаружи ветер неистово нагонял волны снега на деревянные стены, скрипевшие под его морозным напором. Но в доме было спокойно, не хотелось думать ни о каком городе и его суетных обитателях где-то за лесом. Нет, наверное, никакого города уже - только бескрайние снежные поля, уходящие далеко за горизонт. А здесь была лишь зима, метель. И Лунатик с Кандидом. Вампир аккуратно водил ладонями по телу лейтенанта, и переохлаждение ей точно не грозило, хоть он и смутно понимал, что причина не в этом. - Да и, говорят, жить интереснее... - предположил Невструев, отодвинув рыжую прядку с лица девушки.

SleepWalker: - Ну, раз так говорят, - потянула Лунатик с улыбкой, - То, видимо, придется... Наверное, ни для кого в Коалиции не было секретом, что Лунатик неравнодушна к своему начальнику, но ей самой не приходило в голову, насколько... Когда все это началось? Только теперь, когда они наконец-то были равны, или гораздо раньше, когда еще существовал Отряд, когда... Неважно. Это было давно, в какой-то другой жизни, где все было неправильно, а быть может, ничего этого вообще не существовало, ни Зоны, ни НЕРВа, ни тем более - Империи... И можно было попытаться начать все... если не с начала, то как-то иначе. От каждого прикосновения Кандида по телу Лунатика словно волнами расходилось тепло и сжималось сердце. Абсолютно не хотелось шевелиться, девушка даже боялась сделать лишний вдох. Ей очень хотелось рассказать ему, что она чувствует, но... надо ли? - А еще говорят, - наконец вымолвила она, - Что у вампиров ледяные пальцы и нет сердца... Все врут.

Romero: - Просто преувеличивают... - проговорил Ромеро. - Сердце есть... А вот что до души... А, действительно, что до души? У вампиров она тоже была. Фактически, душа для вампира - то единственное и бесценное, оберегаемое до последнего. Но кто же виноват, что Невструев относился к ней столь небрежно? Подвергал сознательным экспериментам, зная, что ничем хорошим это не кончится, дробил, надеясь на что-то, вот и остался с жалкими калечными остатками, не способный ни на чувства, ни на собственные эмоции. Он посмотрел сквозь тьму на Лунатика, и в груди снова что-то кольнуло. Вампир вдруг сообразил, что так случалось уже с месяц, стоило только вспомнить о лейтенанте. Отголосок чего-то смутно знакомого, но в то же время безгранично далёкого и нового. Однако, выработанная за долгие столетия способность к простейшему анализу отчаянно не хотела что-либо выдавать. - Одним словом, сложно всё это... Даже для вампиров, - он вздохнул и мягко дотронулся кончиками пальцев до виска Лунатика. - А что, они разве не ледяные?

SleepWalker: - Не знаю, - прошептала Лунатик, взяла руку Кандида в свои и принялась гладить. - Может, и ледяные... Но от них все равно тепло. Пожалуй, даже слишком тепло... Лунатик чувствовала как от этой передозировки тепла снова сдавило горло и позвоночник словно плавится. Да, все оказалось гораздо серьезнее, чем симпатия и уважение, и совсем не было времени сомневаться и выяснять, не сама ли она это себе внушила, напридумывала... Девушка не находила в себе сил отпустить вампира, но находиться настолько близко к нему без вреда для рассудка казалось невозможным. Нет, ей необходима была хотя бы маленькая передышка. - Знаешь, а давай все-таки зажжем лампу, - попросила рыжая, виновато улыбнулась, разжала руки и чуть-чуть отодвинулась. - Чтобы было совсем-совсем немного света. Я просто очень давно тебя не видела... Если быть честной, то Лунатик вообще редко смотрела на начальника прямо - стеснялась, боялась, терялась в его присутствии... И потом очень часто себя за это ругала.

Romero: Вампир поднял глаз к потолку, к погасшей лампе, одновременно стараясь припомнить, был ли где-нибудь запасной фитиль для неё. - Можно попробовать... - вздохнул он, поднимаясь. - Только было б, на что смотреть... Но сейчас... Как это часто и случается, в памяти запросто всплывают все события, произошедшие два, три года назад, а вот что ел на завтрак или куда положил фитиль - вспомнить не можешь. Невструев исключением не был, разве что диапазон памяти был раз этак в семьсот больше. Он прошёл к одному из сундуков у печи и принялся копаться в его недрах. Спустя несколько минут, между форсунок для примуса и каких-то мелких автозапчастей был найден заветный фитиль, завёрнутый в промасленную бумажку. - Всё-таки, это последний, - посетовал Кандид, поставив керосинку на стол и сняв верхнюю её часть. - А хозмаг откроется только через несколько часов... Если вообще сегодня откроется. Вставив ленту фитиля в крепления и окунув его конец в керосин, Невструев закрыл лампу. По щелчку пальцев внутри колбы загорелся крохотный огонёк. Вампир нарочно не стал увеличивать его, чтобы не потревожить глаза Лунатика, которые, верно, уже привыкли к темноте. - Вот... - чуть улыбнулся он, подвешивая лампу обратно и вытирая руки. - Да будет свет...

SleepWalker: - Пусть будет, - согласилась Лунатик и, подперев голову рукой, уставилась на старлея. - Вот... Теперь на тебя полюбуюсь. Соскучилась же... Ну вот, вроде бы внутри все успокоилось, улеглось, не штормит... Сердце бьется ровно, дышится полегче. И никаких сомнений. Стараясь все-таки не особо "поедать глазами начальство", Лунатик вдруг опять вспомнила, при каких обстоятельствах они с Кандидом виделись в прошлый раз. Вот уж действительно - чем сильнее стараешься отогнать какие-то мысли и чувства, тем настойчивее они напоминают о себе. И тем больнее. Так вот почему в ДОФе лейтенант, абсолютно не осознавая причин, старалась пореже пользоваться свечами или керосиновыми лампами... А ведь, когда она пришла, все было в порядке! Но цепь ассоциаций замкнулась и... Огонь - даже такой слабый - профиль вампира - огонь - Кандид - огонь - огонь - Кандид - огонь - пожар... Смерть. Лунатик пошатнулась и схватилась за край стола, чтобы не упасть. С шумом втянув воздух, она хрипло сказала: - Кандид... Погаси ее... К черту... Пожалуйста... - и добавила, зажмурившись и для верности закрыв глаза ладонями: - У меня слишком хорошая память, наверное... И я теперь отношусь к огню... настороженно. Прости...

Romero: Огонёк лампы тут же колыхнулся и потух, вновь оставив избу в кромешной тьме и с лёгким привкусом дыма, подмешавшегося к запахам керосина и дров, которыми был пропитан дом. Только в душе вампира беспокойно перевернулось что-то тёмное, густое, норовившее всякий раз затуманить и взор, и сознание. Стало не по себе, ведь Невструев прекрасно понял, из-за чего вдруг последовала такая реакция лейтенанта на огонь. Молодец, что уж и говорить - наградил девушку фобией. - Не за что извиняться... - проговорил он, осторожно коснувшись ладонью плеча Лунатика. - Тем более, это моя вина, не надо отрицать. Вампир аккуратно погладил лейтенанта, но, сообразив, что от присутствия поблизости источника главной беды лучше не станет, убрал руку. Конечно, ещё бы на время попользоваться спичками для разжигания огня, но и их в доме, кажется, тоже не было. Какой бардак... - Но... ты же понимаешь, что лампу рано или поздно придётся зажечь... - тихо продолжил Кандид. - Тот огонь давно погас... Да, возможно он разгорится снова, только... на этот раз может принести с собой лишь тепло и свет. Зачем он и нужен был когда-то...

SleepWalker: - Тогда за огнем нужно постоянно следить... - так же тихо ответила рыжая. - А кому понравится, когда за ним следят? Ограничивают, не дают разойтись... Даже если в итоге будет тепло и светло. Поэтому стоит ли думать, что будет - потом?.. Потянувшись, она положила руки на плечи Кандида и продолжила: - А лампу зажжем попозже, обязательно. Нельзя же всю жизнь в темноте просидеть. Особенно когда где-то есть место, где свет. И... Давай не будем больше выяснять, где чья вина, хорошо? Я в порядке, честно. Это так, остаточные явления после затяжной болезни, - усмехнулась Лунатик и мотнула головой. - А сейчас... Обними меня, пожалуйста. И все будет хорошо. Я знаю.

Romero: - Всё будет хорошо... - повторил вампир. - Будет... хорошо... Он послушно обнял Лунатика. Притянул её к себе и мягко коснулся губами рыжей макушки. Свет не был важен или нужен, пока можно было вот так просто... осязать друг друга. Но и границ никто не отменял. Ладонь снова заскользила по спине лейтенанта. Надо было возвращать зыбкий душевный покой. - Свет может быть искусственным... - проговорил Невструев тихо. - Я очень часто наблюдал, как он почти заменяет настоящий. Иногда настолько, что и не отличить сразу... Вот это по-настоящему страшно... Он замолчал, когда брёвна глухо охнули от нового снежного вала. Однако, в прочности стен сомнений не возникало. - А ещё огонь топит снег, - вдруг протянул вампир, краем уха слушая завывания ветра. - Как думаешь, засыплет нас по самую крышу или обойдётся?..

SleepWalker: - Не знаю, - ответила Лунатик и, почему-то поежившись, прижалась к Кандиду. - Я раньше видела столько снега только в горах, но там он совсем другой... Вот по чему Лунатик действительно скучала как в Зоне, так и в этих местах, так это по горам. Нигде девушка не чувствовала себя настолько спокойно и в безопасности, так уверенно, как там. Конечно, в тайге тоже было по-своему красиво, но... Лейтенант вдруг подумала, что ее жизнь была разделена на две вовсе не равноценные части - то, что было до КМ, и то, что связано с Коалицией. И в первой "жизни" было и тепло, и покой, и дом, и даже, наверное... любовь. А потом? Что она получила взамен, ринувшись в бой за чьи-то - неужели свои? - идеалы?.. Боль, ложь, смерть. Но, взглянув на старлея, Лунатик подумала, что, может быть, все это было не зря. Может быть, после всего, что произошло, она имеет право немного посидеть вот так, жмурясь от удовольствия и едва заметно вздрагивая от каждого прикосновения вампира, и чтобы кружилась голова, и по телу снова и снова разливалось почти позабытое тепло, и не пугала метель снаружи, даже если заметет по самую крышу... Может, они оба имеют на это право?.. Запустив руки под рубашку Кандида, Лунатик тоже осторожно погладила его по спине и спросила: - А ты когда-нибудь был в горах зимой? "Похоже, я все-таки сошла с ума..."

Romero: - Был, кажется, - слегка пожал плечами вампир. - Но очень-очень давно... И воздух вокруг тогда был красен от крови. Так что, наверное, это не считается... Пальцы лейтенанта оказались неожиданно тёплыми. Едва ощутив их касание, Ромеро с удивлением заметил, что сердце забилось чаще. Плохо... надо будет найти кровь. А впрочем, может, и обойдётся. Взбаламученный осадок вновь оседал на дне сознания. Раны на душе хоть и не зажили, но перестали саднить. Может, всё действительно было или скоро станет... хорошо. Кандид бережно водил ладонями по плечам и спине Лунатика, одновременно следя, чтобы пальцы девушки не обнаружили бинтов, плотно обвязанных поперёк его туловища. Незачем причинять излишнее волнение. - К тому же, солнце не очень-то полезно для нас... - продолжил Невструев. - А в горах, на снегу ведь его очень много. Вот и приходится... по подвалам, да по тоннелям. И лишь догадываться, каково это - стоять выше облаков. Он невесело усмехнулся. Могло показаться, что пребывание вдали от дневного светила всё ещё волнует этого древнего монстра, но из-за окружения ли, либо из-за чего другого, вполне человеческое влечение к свету быстро сошло на нет после превращения. Притом, вампир отдавал себе отчёт в том, что это вовсе не нормально.

SleepWalker: - Выше облаков... - повторила Лунатик. Надо же, она опять напрочь забыла, что ее начальник был вампиром, и его "для нас" больно резануло сердце. Все эти фразы - "таким, как я", "для нас"... Не то чтобы рыжая старалась не думать о том, насколько он был другим, но эти и подобные им слова... Как будто перед Лунатиком снова и снова вырастала та невидимая стена, об которую она уже не раз разбивала нос в прошлом. Лейтенант сталась уверить себя, что Кандид не стал бы делать это нарочно - он просто сказал, как есть. И, в конце-то концов, она знала, на что идет... - Да, иногда даже солнце бывает лишним, - пробормотала Лунатик. - Я ведь когда-то и представить не могла, что мне придется обходиться без него. А на этой широте уже могут быть полярные ночи... Переместив руки, Лунатик замерла и еле слышно выдохнула, наткнувшись на бинты. Сердце противно заныло и девушка с силой стиснула зубы, чтобы не задать бессмысленные вопросы - что это, как, откуда?.. - Еще болит? - наконец, мягко спросила она, продолжая, впрочем, держать пальцы у края повязки. - Может я это... Слишком сильно прижимаюсь? Не потревожить бы...

Romero: Вампир вздохнул. Впрочем, всё равно утаивать это от Лунатика долго бы не получилось. До первой перевязки. - Терпимо... - честно ответил Ромеро после небольшой паузы. - Пожалуйста, не беспокойся об этом... Я ведь всё ещё жив. Он хотел было поправиться - пусть, мол, и мёртв - но вовремя остановился, как только пальцы ощутили напрягшиеся скулы девушки. Да, за эти месяцы он действительно совсем отучился разговаривать с людьми. И не только с людьми. Со всеми. Больше, чем когда бы то ни было. Но что поделать, когда чувство юмора чернее сажи в печной трубе... - Не потревожишь... - протянул Кандид. - Наоборот... от тебя... Тепло. В такую погоду, даже если в доме не было холодно, раны имели обыкновение противно ныть, что было ощутимо даже для вампира. Но в это утро, едва Лунатик прижалась к Невструеву всем телом, наступило странное облегчение. Будто бы просвет на горизонте, когда небо обложено свинцовыми тучами. Свет... - Скоро станет светло, вот увидишь... - Ромеро снова коснулся волос лейтенанта. - Я ведь не собираюсь отлучать тебя от Солнца. А полярная ночь если и есть, то вряд ли затянется надолго...

SleepWalker: - Конечно, это ненадолго... Скоро, очень скоро... - чуть не плача бормотала Лунатик, касаясь бинтов и думая вовсе не о полярной ночи. Слова Кандида... Она подумала, что готова превратить для него день в ночь, только чтобы услышать еще раз что-то подобное. - Скоро все это пройдет, заживет... И как будто ничего и не было... Все проходит... Наконец, мысли девушки снова вернулись к полярной ночи. Лейтенант не сомневалась, что спокойно перенесет отсутствие света, но ведь существует еще полярный день... Лунатику даже не пришло в голову, что при таком соседстве для нее это может оказаться опасным - она думала только о том, каково будет Невструеву в такое время. Наверняка поводов для беспокойства не было, ведь вампир тоже знал, на что идет, поселившись в этом месте, но все-таки... "Надо же, а ведь я уже просчитываю варианты, обдумываю технические и биологические аспекты вопроса... Это уже профессиональная деформация. Нельзя так. Не время и не место для гипотез..." Виновато улыбнувшись, Лунатик прошептала: - Прости, я... Тут же и полярный день бывает, а это очень много света. Ты как?..

Romero: - Бывает, - согласился вампир. - Но всего несколько суток. Может, неделю... Мы же не так близко к полюсу. Он, как мог, старался успокоить девушку, чувствуя вновь появившееся дрожание её пальцев, голоса... Ведь мог и сам не заметить, как скажет что-то такое, чего вовсе говорить не следовало бы. То ли это было причиной нелюдимости, то ли следствием - как знать. - К тому же, он будет только летом. До той поры что-нибудь придумаем... Действительно, жизнь в последнее время набирала столь дикие обороты, что к лету уже может не стать ни КМ, ни вампира. Хотя, по поводу первой вопрос был спорным - выживала и не в таких передрягах. А по поводу второго? Чёрт бы с ней, с КМ - существование не прервётся, если его не прерывать. А оканчивать жизнь пока что не было смысла. Почему? Кандид лишь покрепче обнял Лунатика, улыбнулся ей сквозь тьму. На свету это выглядело бы жутковато. Но не очередной ли это самообман... - В любом случае, есть крыша над головой и стены... И город под боком. Прорвёмся...

SleepWalker: - Да, не впервой, - согласилась девушка и снова погладила Кандида по щеке. Провела кончиками пальцев по губам, осторожно коснулась повязки на глазу. - Эх... Досталось тебе... Хотя... Им всем досталось - тем, кто теперь собрался в Излучинске... Интересно, хоть для кого-то последствия Гражданской войны оказались не такими тяжелыми? Лунатик снова повела плечами, будто озябнув - очень кстати к воспоминаниям о тех днях заныла рука. Но тело - это всего лишь тело, раны всегда заживают, пусть даже и оставляя страшные шрамы. С душами и сердцами сложнее... Когда-то у Лунатика получалось совсем неплохо читать в сердцах, но в последнее время она была слишком занята своими собственными переживаниями, чтобы обращать внимание на окружающих. В результате лейтенант почти позабыла даже то немногое, что умела раньше. - Кандид... Тебя что-то беспокоит? - полуутвердительно-полувопросительно сказала рыжая, в который раз пожалев о том, что не обладает хотя бы зачатками телепатии. Тогда бы ей не пришлось ломать голову и дергать вампира лишними, наверное, вопросами. - Пожалуйста...

Romero: Вампир лишь молчал. А что он мог ответить Лунатику? Что душа его до сих пор не может успокоиться после убийства ученицы? И что разум нет-нет, да и ускользает - и каждый раз вампир погружается в тёмную и вязкую пучину воспоминаний: своих и чужих, одновременно глядя на ушедшее время сразу многими тысячами глаз. Что он мог сказать, чтобы не напугать девушку? Пожалуй, только промолчать и стараться - нет, не стараться, а именно справиться со своими проблемами. Иначе никак. Не следовало нагружать лейтенанта лишними переживаниями. Хуже от них станет не только ей. - Ничего особенного... - донеслось из темноты. - Всё в порядке. Бывало и хуже... Тут же от нового удара стихии дверные петли натужно заскрипели, потолочные лаги издали тихий протяжный стон. Старый дом отчаянно сопротивлялся бурану. Глаз вампира вспыхнул ярко-золотым, но, впрочем, тут же погас. Кандид на мгновение замер, вслушиваясь в дыхание непогоды. - Разгулялась метель сегодня... - бесцветно протянул он, успокаивающе погладив лейтенанта по волосам и поправив ватник на её плечах. - Кончится не скоро. Похоже, в город сегодня не попасть...



полная версия страницы